Чтение онлайн

Появлялся он чаще всего один, но бывало, что с дамой или с другом (друга Марина тоже отследила и взяла на заметку), иногда заказывал столик на улице, садился, не спеша потягивался, оглядывался по сторонам и, улыбаясь в никуда, говорил официанту:

— Неси-ка мне, для начала, дружок, винца, да, как всегда, бордо, «Филипп де Нуанж» бутылочку… А голубки сегодня нежные?

Официанты с неизменной готовностью отвечали, что нежные, и бежали на кухню с заказом. Клиент ни разу не огорчился, смакуя так полюбившиеся ему крепинеты. И даже когда это блюдо убрали с первой страницы меню, заменив его следующим специальным предложением — бараньим боком, фаршированным

петушиными гребешками и кашей, крепинеты ждали своего ценителя, и клиенту даже меню не нужно было открывать, официанты летели шустрым бобиком, едва он говорил свое обычное:

— Ну, мне ваше фирменное…

Как-то банкир был в особенно благостном расположении духа, Марина вышла и представилась ему.

— Я в восторге! — увидев перед собой такого молодого и красивого директора ресторана, поспешил заявить важный клиент, которому давно наскучили люди. Он пригласил Марину к себе за столик, и она, не скрывая удовольствия, уселась напротив своего посетителя.

— Вам у нас действительно нравится? — с интересом спросила Марина, сияя улыбкой.

— Да, — протянул управляющий, представившийся просто Георгием. — Это вот все мое. Моя атмосфера.

К разговору подключился появившийся у столика друг Георгия, как успела позже выяснить Марина, — отъявленный бандит.

— Атмосфера, да, — заявил он, и Марина почувствовала, как умеет он придавать каждому своему слову вес и значение, будто на миллиграммы бандит эти свои слова продавал, — я-то раньше думал, что такое? А теперь понял: здесь хочется развалиться и восседать барином.

— Вот-вот, — подхватил его мысль Георгий, — я тоже это понял. Я, конечно, и на работе развалиться барином могу, и дома. Сесть так — и гонять всех подряд. Но духа нет такого. Романтизма, я бы сказал… А тут как в другом мире.

Марина прислала за столик в подарок от заведения бутылку лучшего белого вина, все трое выпили, причем гости от приятной предшествующей закуски и выпивки уже были в располагающей к общению форме, и Сема (так звали друга Георгия) заявил Марине:

— Хороший у тебя ресторан, девчонка. Уважаю такие места. Почему? Потому что люблю, когда люди знают предел. Я прихожу в кабак или ещё в какое заведение и хочу, чтобы меня порадовали. Порадовали, да причем по полной программе. У тебя дорого, конечно, но я не скажу, что запредельно. Нормально, в самый раз. У меня есть деньги, я готов платить. Но только за то, что меня радует. Вот хочу я сейчас романтизма, и если для меня постараются, я выше крыши заплачу за все это. Я мужик не жадный, я умею гулять, Георгий подтвердит. Но, знаешь, бывает, что прихожу в какой-нибудь кабак, смотрю на цены, смотрю на рожи, разворачиваюсь и ухожу.

— Почему?

— вот почему. Потому что я сразу понимаю — тут «разводят». Я же говорю, что готов платить. Но не люблю, когда меня «разводят», как последнего лоха. Я не бык с левыми деньгами, которые на меня по бешеному делу свалились. Знаешь, да, бывают. Ну и этот бычара радуется, что вокруг него все прыгают, дурные деньги ему глаза на лоб выкатывают — я, типа, все могу, я за все заплачу… А тут его как раз тепленького только и ждут, в момент раскручивают. Вот из таких мест я сразу ухожу, хотя вполне могу спокойно заплатить за них там за всех, вместе взятых. Я давно на это не ведусь, вижу, где вот так, а где меня уважают…

Для Марины эти слова были лучшей похвалой, она улыбалась Семе и согласно кивала головой.

— Так вот, я не люблю такие места, где меня принимают за этого лоха и просто откровенно вышибают из меня бабки. Я хочу жить в адекватном мире, видеть, что для меня

стараются. Вот тогда я добрый. Ты мне нравишься. Ты поняла это, поняла, чем меня можно порадовать. А я тебя уверяю: из нормальных мужиков не я один такой. Ты нас уважаешь, мы тебя. Так что обращайся.

Марина, при всей своей хрупкости и небольшом росте умела создавать ощущение солидности. Она с королевским достоинством высидела всю Семину речь, выдержала паузу после того, как он закончил говорить. И не бросилась с визгом Семе на шею, когда он предложил ей свою дружбу-приятельство, а с признательностью улыбнулась и, опустив на миг глаза, значительно кивнула.

Марина угадала, какие женщины нравятся Семе и Георгию — любителям жареных голубков и перепелок. Она показывалась им такой, какой нужно.

И момент, в который можно будет попросить кредит в банке Георгия, был уже не за горами. Марине нужны были свои собственные деньги. Вперед и вверх она хотела идти только одна. Но груз в виде Хана с семейством, Игоря и всех остальных её «друзей» был ещё очень тяжелым, и пока приходилось напрягаться и тащить его за собой.

Без особых торжеств, в рабочем порядке открылся «Топтыжка». Устроили, правда, перед входом небольшое шоу для детей, Карина со своим Олежкой были главными его участниками — как бы независимые мама с ребенком, случайно проходившие мимо. На это «повелись» и некоторые действительно случайно проходившие дети с родителями, и специально приехавшие, узнав об открытии «Топтыжки» из рекламы или пригласительного билета. К середине представления прикатили Лариса Стожарова с Настенькой. Недавно у Настеньки появилась сестричка Катя, и Лариса с Витей заявили Марине, что не собираются останавливаться на этих двух малышах.

— Будем рожать, пока у нас не получится одинаковое количество девочек и мальчиков, — вполне серьезно сказал Витя.

— На работу кто-то собирался возвращаться? — спросила Марина Ларису. Как же там, в «Сакунтале», без тебя?

— Работают же. А я координатор, — ответила Лариса. Теперь она уже не могла с уверенностью сказать, чего больше хочет: детей или работу. — У нас няня очень хорошая, я успеваю в ресторане бывать.

В «Сакунтале» дела шли сейчас так себе. Но Марина не чувствовала никаких угрызений совести, что ушла оттуда, переманила к себе и работников, и клиентов: дружба — дружбой, а работа у каждого своя, тем более в условиях конкуренции.

А «Топтыжка» получился замечательным. При составлении постоянного меню Марина даже с детским врачом советовалась, о чем было заявлено в самом низу карты. Стоили блюда в «Топтыжке» достаточно дорого, но родители, отправляясь в «Генерала Топтыгина», могли смело сидеть там до глубокой ночи, зная, что ребенка их, в «Топтыжке» оставленного, накормят вкусно и качественно, развлекут по полной программе и даже уложат спать, если надо.

Марина, долго наблюдавшая за процедурой открытия «Топтыжки» и последующими событиями, видела, как среди теремков, мостиков и лужаек из мягкого пластика начала ползать совсем молоденькая, хорошо одетая мама со своим малышом. Они смеялись, аукались, прятались друг от друга, рассматривали медведей, больших и маленьких, затем уселись в избушке трех медведей, и официантка принесла им туда целый поднос еды — горшочки с кашей, корзиночки с ягодами, легкие котлетки из зайчатины, морс, пирожные в виде самых разных зверей, большой коктейль для мамы… Марина не могла не умилиться. Тем более что посетителей даже в середине дня оказалось много.