Чтение онлайн

— Я уже сказала, что сэр Рассел умирает, и этот факт не смогут изменить лучшие доктора и медсестры в мире. Вот почему Хьюго попросил меня помочь, когда услышал обо мне и затем убедился в моих способностях.

В прекрасных темных глазах Нелл как будто зажглись два маленьких костра, и это сделало ее еще более обворожительной. Иссиня-черные локоны обрамляли ее лицо, подчеркивая высокие скулы и яркость блестящих губ. Том почувствовал напряжение, но это было приятное чувство, которое ускоряло бег крови. Он не заметил, когда она придвинулась ближе, но

теперь их колени соприкасались.

— Раз за разом медицина подводит нас, иногда даже убивает своими глупыми ошибками и невежеством, так что у людей просто нет выхода, кроме как искать другие способы лечения.

Он не мог отвести глаз от ее полной груди под блузкой: расстегнутые верхние пуговицы позволяли видеть возбуждающий отблеск обнаженной плоти. Хотя молодой человек до сих пор не понимал, нравится ли ему эта женщина, невозможно отрицать, что Нелл привлекает его.

— Я облегчаю страдания сэра Рассела. Мои бальзамы успокаивают его. У меня есть собственные рецепты зелий, которые снимают боль его старого сердца.

— Когда я видел его сегодня утром, он казался изрядно одурманенным наркотиками.

— Я обязана давать ему и обычные лекарства, — она произнесла слово «обычные» как ругательство. — Его врач настаивает на этом, но я помогаю ему и иными способами. Почему вы не хотите, чтобы я помогла и вам тоже?

— Я уже сказал, что мне нужны упражнения, отдых и регулярный прием очень мягких лекарств. Это мнение врачей, которым я доверяю.

Палец ее левой руки лег на колено мужчины, как будто желая поставить точку. Он почувствовал легкий нажим, который, казалось, распространился по всему бедру.

— А я-то думала, что убедила вас, Том, — доктора знают очень мало, особенно когда речь идет о душе человека Мое лечение затрагивает ум, душу и тело.

Теперь вся ее рука лежала на его колене. Киндред повернулся, чувствуя себя неуютно, но женщина не изменила позу. Другая ее рука опять легла на его затылок, и теплые пальцы скользнули за ворот рубашки. Ощущение нельзя было назвать неприятным. На самом деле он ощутил нечто вроде слабого электрического удара, распространившегося вниз по позвоночнику.

— Я могу успокоить тебя, Том, — сказала Нелл тихо и, как ему показалось, искренне. — Я могу излечить твои недуги, снять головные боли... — Ее рука порхнула с колена и легла на его лоб, от пальцев исходило ощущение необыкновенного утешения и успокоения. — Я могу опять вернуть твоей ноге прежнюю силу... — Должно быть, она заметила, как он хромал и как подворачивалась его левая нога, когда он тащил велосипед к джипу. — И я могу помочь твоей руке... — От ее взгляда не скрылось, как он старался щадить левую руку, поднимая чертов велосипед. — И я могу очистить твой дух, Том, и ты сможешь наконец ощутить себя в безопасности, хотя бы в собственном доме...

— Что? — он не резко, но достаточно уверенно сбросил со лба ее руку, чтобы не дать ей усомниться в его решимости. — А почему, собственно, я не должен там чувствовать себя в безопасности?

Нелл выпрямилась, и Том заметил,

что в ее глазах промелькнула грусть, словно она жалела, что прогнала подходящее настроение.

— По-твоему, в Малом Брейкене не происходит ничего необычного? — Женщина смотрела на него с неподдельным любопытством.

— Это мой дом. И там все в порядке.

— Тогда почему тарелка перелетела через всю комнату и разбилась о пол?

— Ветер подул. Помнишь, дверь была открыта?

— Я не ощутила никакого ветра.

Если она и разозлилась, то не показывала этого. Скорее, в голосе женщины звучало сочувствие, ее как будто тревожило, что он сам не понимает происходящего.

— В тот момент мы были заняты другим. — Нелл улыбнулась своим воспоминаниям, но продолжала спорить: — Я ощущала это и раньше, каждый раз, когда заходила туда.

— Ты бывала в Малом Брейкене до моего приезда?

— Всего дважды. Хьюго попросил меня прибраться и вытереть пыль к твоему возвращению. А во второй раз я привезла продукты. Вот тогда-то я и почувствовала, что там не все в порядке.

— В коттедже, который пустовал годами? — Том покачал головой. — Я не верю в эти глупости, и тебе бы не следовало.

— Почему? Это часто бывает, некоторые места обладают своим собственным настроением или атмосферой, особенно если в них когда-то произошло что-то плохое. Я не думаю, что Малый Брейкен хорошо относится к людям.

Киндред усмехнулся, но усмешка получилась кривой.

— Это правда, Том. Что ты почувствовал сегодня, приехав в Замок? Разве ты не ощутил запах несчастья?

— Сэр Рассел умирает. Любой, кто знает об этом, обязательно почувствует запах несчастья.

— На самом деле там кроется нечто гораздо большее. Но я беспокоюсь о тебе, Том.

Опять пальцы женщины погрузились в волосы на его затылке, а другая рука легла на бедро. Он чувствовал тепло ее тела сквозь плотный материал джинсов.

Киндред не сопротивлялся. К чему? Но он неосознанно тянул время.

— Почему... почему ты беспокоишься обо мне?

— Потому что ты там один.

— С домом все в порядке.

— О, это не так...

Нелл была не из тех, кого можно легко свернуть с дороги. Она прижалась к его губам.

Теперь Том воспротивился, но очень слабо. Голова его гудела от вопросов. Что случилось с Малым Брейкеном? Почему она так старается соблазнить его? И... какого черта он так этому противится?

Внезапно он ответил на поцелуй, губы мужчины увлажнились от ее губ, язык Нелл проскользнул между его зубами. Том опять ощутил ее ладонь у себя на затылке, женщина притянула его к себе, так что их поцелуй почти причинял боль. Он вдыхал ее странный мускусный запах, невероятно волновавший и усиливавший желание. Пальцы Нелл двинулись к верхней пуговице джинсов, умелые прикосновения еще больше возбуждали. Несмотря на то что поцелуй все еще продолжался, он услышал короткий резкий вдох — ее вдох, — когда пуговица расстегнулась. Том что-то невнятно пробормотал...