Чтение онлайн

— Всё ещё злишься?

— Злюсь ли я? Очень. Коновалов, отвали а? Забудь, что в твоей жизни когда-то существовала некая Полина Шульт.

— Поль?

— Закройся! — жестко, почти ровно ответила я. — Можешь делать из меня стерву, которая даже извиниться тебе не дала. Мне глубоко насрать. Коновалов, ты просто моральный урод. Проваливай уже, оставь моё дохлое существование, оно тебе ни к чему.

И он ушёл. Молча. Помню, как обессилившая и пустая опустилась на траву и лила безутешно слёзы, лила навзрыд. Прямо как позапрошлой зимой…

Слёзы высохли, душа тоже… Ноги болели от долгой ходьбы, словом чувствовала я себя просто отвратительно.

Кролик то и дело пытался вырваться из рук, ёрзал и брыкался, как ненормальный. Даже животное сегодня ополчилось против меня. Солнце уже прилично напекало, отчего становилось ещё хуже. Хотелось сорваться куда-нибудь, прочь от жары, от Лёши, от мамы, которая норовила отправить меня к чёрту на куличики.

Неспешным шагом, подходила к дому, где меня, очевидно, дожидалась мама с подопечными. С тоской подумав об этом, я кинула взгляд в сторону большого белого здания пансионата и резко остановилась, замерев. У калитки стояла та самая чёрная машина, на которой две недели назад приезжал Игорь и забрал Макса…. В зеркале заднего вида на меня глядели знакомые, не знаю когда успевшие стать родными глаза. Это был Максим.

Парень неподвижно смотрел в одну точку, вернее на зеркало, в котором показалась знакомая, немного нескладная, но привлекательная фигурка. Чёрные волосы до плеч обдувало лёгким ветерком. Девушка стояла, держа в руках какой-то белый пушистый комок. В груди Маска забилось волнение, которое глухим сердечным стуком отдавалось в висках. Парень ждал её в машине около часа, после того, как её мать в краткой форме поведала об утреннем происшествии. Ко всему прочему оказалось, что у Полины был день рождения. Дальнейшие мысли сложились сами собой, которые он тут же изложил Марине Юрьевне…

Нет, ну зачем он вернулся, спрашивается?! Я только стала отвыкать от него, а он явился, не запылился! Мой Кроль внезапно перестал ёрзать у меня на руках и замер. Против моей воли по мне прошла волна радости, такой, что задрожали коленки, а ноги вообще как-то подкосились. Нельзя же так реагировать на этого пижона, это противоестественно моей природе!

— Привет, красавица! — раздался голос, от которого я вздрогнула, как запуганная мышь. Оказывается, пока я придавалась собственным размышлениям, он вылез из машины и теперь с интересом созерцал мою пришибленную физиономию, облокотившись на дверцу автомобиля и сложив руки на груди. Вроде бы ничего в нём не поменялось всё та же харя надменная, всё те же сложенные на груди руки, всё та же дежурная, самоуверенная ухмылка. Так почему же у меня такая буйная реакция на его появление? Я отчаянно пыталась включить дурочку, задаваясь вопросами, на которые как это не прискорбно, уже знала ответы. Просто соскучилась по всем его выходкам, по улыбке, по колким замечаниям в свой адрес…

— Эй, ты так и будешь молчать? — Вновь вырвал меня из раздумий знакомый голос. — А где же дежурное: "привет, придурок", "самоуверенный огрызок" дебил на дохлый конец? Или ты так рада меня видеть, что потеряла дар речи?

Знал бы этот "огрызок" насколько был прав. Ступор прошёл, и на его место пришла привычная злость на этого "поганца". Чему я бессомненно была рада.

— Не помню, чтобы я тебя особо баловала приветствиями, ушлёпок! — парировала я, а на лице появилась наиглупейшая улыбка, которую в тщетных потугах пыталась затолкать куда подальше. Не получалось.

— Что за странное выражение лица? Я начинаю подозревать, что ты и вправду рада моему внезапному

появлению. Но я немного не об этом. Залазь в машину мне с тобой поговорить надо. — С этими словами он обошёл свою тачку и, открыв дверь пассажирского места, жестом пригласил меня внутрь. Я замялась, явно не спеша двигаться с места. Было и любопытно и немного страшно, уж сама не пойму от чего.

— А снаружи поговорить никак нельзя?

— Никак. Слишком жарко, а в машине кондиционер есть. К тому же твой кролик, похоже, скоро превратится в нечто жареное и аппетитное.

Спохватившись, взглянула на притихшее и совсем измученное животное. Кроль с надеждой посмотрел на меня, и я сдалась. Как только мы уселись двери внезапно заблокировались, вернее их заблокировал Макс. Я испуганно отшатнулась от парня. В голову сразу же полезли нехорошие мысли…

— Ты чего делаешь?! — пискнула я. — Зачем двери закрыл?! Выпусти меня, ушлёпок!

— Скажу прямо: я тебя похищаю. — Голос у него ровный такой, как будто он каждый день занимается лишь, тем, что людей похищает. Одним движением руки парень завёл мотор и принялся выруливать на дорогу.

— Больной, чтоли?! Ты куда везёшь меня?! Выпусти меня, дебил, орать буду!

— Полин, ты чего завелась то?

— Ну, ни хрена себе! — Я в возмущении уставилась на рожу, просто пышущую невозмутимостью. — Ты увозишь меня куда-то, а я ещё при этом завелась чего-то! Открой дверь, по-хорошему говорю!

Макс устало потёр лоб одной рукой, другой парень продолжал держать руль. Я перестала почему-то возмущаться и сидела тихо. Во мне закралось подозрение, что под его влиянием я становлюсь какой-то домашней, покладистой. Определить нравится мне это или нет, пока не смогла.

— Не хочешь поделиться, почему ты всё-таки так боишься города? Почему отказалась от предложения матери?

Я вздохнула. Отлично, и тут он уже осведомлён. Этот парень начинает основательно внедряться в мою жизнь, не понимаю, правда зачем, если в конце месяца он уедет, вновь оставив меня, но уже навсегда…

— Не хочу! — буркнула я и уставилась в окно, глядя на мелькающие деревья. Внезапно над головой что-то зажужжало, и подул ветер. Крыша над головой исчезла, зато появилось яркое, залитое солнцем заката, небо. Приятный ветерок швырял мои тёмные волосы в разные стороны и слегка хлестал по лицу. Машина наполнилась звуками какой-то смутно знакомой мелодии. А потом перед глазами встал Марик, играющий эту песню на гитаре и тихо поющий на английском языке. Напряжение резко куда-то исчезло, уступая место спокойствию и восторгу от быстрой езды. Хотелось положить голову на плечо Максиму, хотелось поговорить с ним, рассказать обо всём, что наболело, рассказать, как с тоской каждое утро смотрела на нетронутую воду в кувшине, как ждала его…

— А мама знает о моем "похищении"?! — вдруг встрепенулась я, представив маму, нервно рыскающую по деревне в поисках меня.

— Более того, она согласилась, чтобы я забрал тебя на эти выходные. Это и есть мой сюрприз.

— А куда мы едем, господин "похититель"?

— В город.

Внутри меня всё похолодело, но глядя на безмятежное, спокойное лицо Максима я как-то успокоилась. В конце концов, если я буду с ним, со мной ничего не случится. Наверное…

— Это случилось, когда мне было четырнадцать… — сказала я, всё-таки положив голову ему на плечо. Стало даже как-то по барабану, что при этом он подумал. Правда, когда моя голова коснулась его, он и не дрогнул, будто сам ждал этого.