Одна ночь
Шрифт:
— Я слышала об этом, — сказала Серина, оглядывая полный людей зал.
— Ну вот, — с удовлетворением заметила бабушка, — они все обсуждают эту новость и совершенно забыли о вас.
— А где леди Бессборо? — поинтересовалась Серина.
— Должно быть, очаровывает нового молодою джентльмена. Ты же ее знаешь, — ответила пожилая дама. — А теперь улыбнись и постарайся развлечься. И скажи своему мужу, что от него требуется то же самое.
После этого леди Харкорт направилась к другим вновь прибывшим гостям. Серина решила
Одетый во все черное, он казался ей мрачным, напряженным, чужим и… совершенно недосягаемым.
— Улыбнись, — повторила она слова бабушки. — Иначе люди будут говорить, что у нас с тобой какие-то проблемы.
— Полагаю, не стоит давать им повод думать, что они не ошибаются, — холодно сказал он.
Серину больно укололи его слова.
— Прошу тебя, только один вечер. Бабушка очень расстроится, если увидит, что мы ссоримся.
Люсьен кивнул:
— Хорошо, я готов подыграть тебе.
Изобразив на лице фальшивую улыбку, он взял Серину под руку и направился к гостям.
Леди Харкорт сумела составить идеальный список приглашенных. Ни один из присутствующих не мог похвастаться безупречным поведением. Например, леди Бессборо, у которой не было ни одного ребенка, рожденного от законного мужа. Или графиня Бентмур, которую однажды застали в постели конюха. Рядом с ней стоял граф Уолтингем, прославившийся тем, что поселил в одном доме и жену, и любовницу. По иронии судьбы эти люди считались высшим светом. Их мнение ценилось очень высоко. Только с их согласия можно было добиться успеха в обществе.
Серина вежливо улыбалась и обменивалась любезностями с теми, кого знала. Возможно, надежды бабушки оправдаются и этот вечер действительно окажется удачным.
Лорд Давенпорт, старый друг Сайреса, остановился, чтобы с ней поболтать.
— Миледи, — сказал он, целуя Серине руку, — вы, как всегда, очаровательны.
— Благодарю вас, лорд Давенпорт. Приятно снова увидеть вас, — ответила она.
— Приятно? — Пожилой джентльмен игриво поднял одну бровь. — Я надеялся на большее.
Серина почувствовала, как напряглась рука Люсьена, которой он обнимал ее за талию. Она посмотрела на него, но его лицо было совершенно бесстрастным. Возможно ли, чтобы он ее ревновал?
Серина повернулась к Давенпорту и заставила себя рассмеяться.
— О, милорд, вы, как всегда, шутите?
— Честно говоря, нет. Но я прекрасно понимаю, что не могу соперничать с таким красавцем, как ваш муж.
— Лорд Дейнридж, — сказал Давенпорт и протянул Люсьену руку. Люсьен ответил на рукопожатие. — Вы оба оказались в довольно неловкой ситуации, — продолжал Давенпорт, — но я желаю вам всего самого лучшего. Можете рассчитывать на мою поддержку.
Рука Люсьена немного расслабилась.
— Благодарю вас, милорд, — сказал он. — Ваши слова много значат для
— Не стоит благодарности, — взмахнул рукой тот. — Уоррингтон был моим хорошим другом. Я знаю, он желал своей жене счастья. Теперь, когда с ней все в порядке, он может упокоиться с миром.
Нет, с болью подумала Серина, с ней далеко не все в порядке. Она полюбила Люсьена, а он отвернулся от нее, чтобы отдать предпочтение своей бывшей жене.
— Я еще никогда не была более счастливой, — сказала она, заставив себя проглотить подступившие слезы.
— Замечательно. Могу я рассчитывать, что увижу вас обоих у себя в среду? Мы с женой хотим пригласить вас на обед.
— Будем очень рады, лорд Давенпорт, — ответил Люсьен.
— Прекрасно, тогда увидимся позже, — сказал Давенпорт и отошел, чтобы присоединиться к другим гостям.
Повисла неловкая пауза.
— Думаю, твое положение в обществе будет восстановлено, — наконец не выдержал Люсьен.
— Со временем, — кивнула Серина в ответ.
После этого Люсьен оставил ее и направился к Найлзу, который только что прибыл.
В течение следующего часа она не спускала глаз с мужа. Тот развлекался с несколькими знакомыми ему дамами и молодыми девушками, только начавшими выходить в свет. Он ни разу не посмотрел в ее сторону.
Отправится ли он этой ночью к Равенне?
Серина попыталась унять нарастающую в ней ревность. Ей нужно справиться с эмоциями. Она остановилась, чтобы побеседовать с бабушкой и леди Бессборо. В этот момент к ним подошел граф Ратборн.
— Вы прекрасно выглядите, миледи, — прошептал он Серине на ухо. — Похоже, новое замужество пошло вам на пользу.
Она повернулась и посмотрела на молодого мужчину. Высокий красивый блондин, одетый по последней моде. Он улыбнулся ей, демонстрируя ровные белые зубы.
Серина улыбнулась:
— Рада снова вас видеть. Как поживаете?
— У меня все замечательно, благодарю. С грустью узнал о смерти Уоррингтона. Он был прекрасным человеком.
— Благодарю вас, — кивнула Серина. — Сайрес говорил, что ему всегда нравилось вести с вами дебаты в парламенте.
— Мне тоже, — заверил ее граф. Он заметил, что у нее в руках ничего нет, и предложил: — Если хотите, я принесу вам немного шерри.
Надеясь, что алкоголь поможет ей успокоиться, Серина кивнула:
— Думаю, это будет прекрасно.
Ратборн сделал знак официанту, и тот немедленно принес бокал с напитком. Серина повернулась, чтобы взять его, и снова увидела Люсьена. Он беседовал с ее бабушкой и еще несколькими дамами. Судя по всему, он был душой компании, потому что дамы смеялись, а он улыбался. Серина едва не расплакалась. Уже целую неделю она не видела улыбки на его лице.
Улыбался ли он Равенне?
Неожиданно стоявший рядом с ней граф Ратборн сильно закашлялся. Он наклонился и закрыл рот рукой.