Одиночество души
Шрифт:
– Признаться, давно я не ел домашней пищи, хоть и живу с мамой! Вам, Наталья, явно пятерка.
– Ты как всегда приплетешь свою мать, когда ей готовить, если она вся в работе?- вмешался мой муж.
И они начали спорить об отношении женщин к кухне, их месте, видимо спорить друг с другом это у них норма. После ужина мужчины ушли в кабинет, бурно и громко уже обсуждая политику. И еще говорят, что у женщин язык как помело, а сами?
За мытьем посуды, меня застал подошедший с бокалом вина Игорь, проговорив:
– Стас разговаривает по телефону
Вот черт! Даже тарелка в раковину выпала от такого, не буду поворачиваться , просто продолжаю мыть. Что он хочет этим сказать?
– Если честно, то я до сих пор в шоке от вашей росписи. Если учесть скольким он отказал, и какими красивыми были эти девушки, то я в растерянности.
Так понятно, уже явно сказали, что мне здесь не место, что ж пусть скажет мне в лицо, теряя мне не чего, смелее, смотри ему в глаза и говори:
– Я так понимаю в красоте дело? Мне нарастить грудь, накачать губы и сделать подтяжку лица?
Вроде бы довольно строго ответила. Он, аж, удивился, даже улыбаться пытается, но мне все равно, продолжаю мыть посуду, пусть смотрит мне в спину.
– Нет, нет, Наталья, вы не так меня поняли, вы симпатичная, милая девушка, я не хотел вас обидеть. Просто я всю жизнь знаю Стаса и знаю его вкусы, поэтому удивлен.
Он еще минут десять рассказывал, как Стасом пользовались и пытались женить на себя многие женщины, после его первого брака. Какие все вокруг лживые и продажные. И как трудно сейчас найти порядочного человека, особенно таким состоятельным как они.
– Вы меня если честно поразили тем, что вышли замуж, не знав, состояние его. Это меня в вас восхищает и успокаивает.
– Спасибо, но меня напротив,- домыла посуду и надеюсь, могу теперь избежать этого допроса. Налив себе кофе, пытаюсь уйти, но рядом идет Игорь, говоря:
– Если вы действительно такая, как мне вас описал Стас, то я буду безумно рад за вас обоих. Так как он мне единственный родной человек. А я по жизни не доверяю женщинам теперь, потому что четыре раза был женат и все время был только спонсором. А вначале была всегда любовь.
– А у нас нет любви, – наверное, он в шоке, но я сказала правду и поднялась к себе. Должно быть, я показала себя грубой , но почему то он мне не приятен, на бабника похож, а я не общаюсь с такми людьми , по крайне мере, стараюсь не общаться с теми, кто мне неприятен. Надо позвонить Ольге, спросить, когда она приедет. Опять упущенный звонок от родителей, я сказала, что на отдыхе, ну в какой-то мере это так, ведь у меня отпуск. Напишу смс, что все хорошо. Странно, такси приехало, кто-то зашел, наверное, по работе. Всё- таки хорошо сидеть на балконе в кресле с кружкой горячего кофе и наблюдать за закатом. Тишина. Покой. Изредка пение птиц. Наверное, это и есть рай.
– Так значит это правда!- гневный крик просто меня обдал с головы до ног, повернув голову, вижу в дверях молодого мужчину, явно с гневным лицом, немного похожего на Стаса, а, кажется, это
– Что же ты, отец, не мог найти себе поярче женушку или помоложе?
Я так оцепенела, что просто не могла двинуться с места, столько злобы, столько ненависти, страшно - жуть.
Станислав Николаевич встал мигом между нами и так же грубо ответил:
– Максим, еще раз повторяю – уйди.
Тут уже и Игорь мягко подталкивает Максима к двери, но он смотрит то на меня, то на отца, выкрикивая:
– Ну, за сколько она продалась? Какова цена ее молодости? Сколько стоит моя мать? Дороже? Или ты по скидке?
Потом я не слышу ничего, Станислав Николаевич закрыл двери, и я снова одна… Только мой рай стал адом.
Я слышу крики и шум снизу, но слова уже не различаю. Да, мне и всё равно, второй человек за вечер говорит мне от продажности. Вот, значит, как теперь все будут ко мне относиться или вслух или про себя. Столько раз такие темы я смотрела в фильмах, сериалах, читала в книгах, и на тебе - сама попала туда же. Какой-то тупик. И поговорить не с кем. Я здесь чужая, совсем чужая…
Не знаю, сколько я так сидела в состоянии шока, пока не услышала, как раздевается Станислав Николаевич, оказывается он давно в комнате.
– Наташа, я знаю, что должен тебя сейчас поддержать, всё объяснить, но не могу. Извини.
С такими словами он удалился в душ, и я снова одна…Так хочется вернуться в свою квартирку, где я сама себе хозяйка. Наверное, из-за слез меня так клонит в сон, нужно как раньше взять подушку и лечь под одеяло и пусть весь мир подождет.
Действительно, так хорошо, с головой под покрывалом, прямо как в детстве - где не было никаких проблем, а самая большая задача- это учеба.
Станислав Николаевич лег рядом. Лиж бы он не трогал меня сейчас или совсем разрыдаюсь.
– Мы с тобой завтра обо всем поговорим, а сейчас я выжат до последней капли. Успокойся, все будет хорошо, я обещаю тебе.
Он гладил мои волосы, голову, потом отвернулся, наверное, уснул. Я же долго еще переваривала случившееся.
глава 5
Проснулась я от того, что мне очень душно, за окном солнце давно уже встало и явно на градуснике под тридцать жары. Станислава Николаевича, конечно же, уже нет, висит только его старый пиджак и рубашка. Он всегда уходит очень тихо, будто летает. Хорошо, надо встать и приободриться, не раскисать и верить словам мужа.
Скоро начнется второй месяц лета, а я взаперти. Хватит, не могу больно и одиноко здесь, хочу вырваться. У Ольги, кажется, отпуск, поеду к ней. Внизу встречаю Светлану И., она как всегда мило улыбается, может и вправду хороший человек, а может - притворяется.
– Доброе утро, Наташа, будете завтракать? Обед готовить? – слащавым голоском произнесла, а на самом деле думает, как и все, что я за деньги здесь продалась. Эта мысль просто съедает меня, что все приписывают мне цену…
– Нет, спасибо, я не голодна, а обед приготовьте, но меня не будет.