Одержимый
Шрифт:
— Ладно, пойдём Оскар, — махнул рукой белобрысый, делая вид будто его сильно заинтересовало происходящее во дворе представление и вместе со своим дружком отвалил. Им-то действительно нисколько не опасно цапаться с Инквизицией, ведь уж кого-кого, а людей уничтожающих демонов при всём желании в пособничестве Тьме не обвинишь.
«А ведь это только первый день…» — вдруг промелькнула у меня тоскливая мысль.
Более никто нам не чинил препятствий, и мы быстро поднялись по лестнице на второй этаж. Прислуга как раз закончила превращать четырёхместный
— Ещё эту кровать передвиньте к окну, — оглядевшись, велел я собравшимся улизнуть паренькам.
— А другая комната, следующая по коридору, — сообщил хозяин и, нахмурившись, потеребил ус.
— Стэн, Ник, вы остаётесь на страже у дверей, а остальные располагаются в соседней комнате, — немедля распорядился я.
— Только лучше бы вам не спускаться в зал… — помявшись, сказал мне владелец постоялого двора. — А то как бы и впрямь беды не вышло…
— Да, пусть прислуга подаст ужин в комнаты, — поразмыслив, решил я исключить возможность возникновения новых конфликтов. И добавил, глядя на оживившихся подчинённых, предвкушающих роскошный ужин за счёт казны: — Только никакой выпивки.
— А можно мне будет посетить купальню? — нерешительно поинтересовалась Энжель.
— Даже и не знаю… — призадумался я глядя на девушку, с надеждой взирающую на меня. И мысленно плюнув на указания Кована, сказал: — Сделаем чуть иначе. Хозяин, — обратился я к нему, — пусть прислуга притащит сюда лохань с тёплой водой. И служанку какую-нибудь пришли, помочь леди привести себя в порядок.
— Спасибо, — с благодарностью посмотрела на меня обрадованная моим решением Энжель.
— Сейчас всё будет, — пообещал хозяин и сразу взял в оборот пацанов, озадачив их работой.
— А кандалы можно снять?.. — просительно протянула леди и тут же заверила: — Я обещаю не убегать в это время.
— Ну хорошо… — подумав согласился я, решив что проверить насколько преступница верна своему слову не помешает. И снял с неё кандалы.
А затем, прикинув, что путей для бегства из комнаты всего два, велел Буриму и Герту выйти во двор и приглядеть за окном. Чтоб наша преступница не исчезла случайно во время купания.
Но обошлось. Энжель либо поняла, что стража бдит и не допустит бегства, либо действительно хотела лишь выкупаться. Ну или если подозревать её злокозненность, желала притупить нашу бдительность ведя себя как пай-девочка.
Когда Энжель привела себя в порядок, я вернулся в комнату и уселся на кровать у окна. И чуть помявшись, пояснил вопросительно глядящей на меня девушке: — Тут вот какое дело, леди… У меня строгий приказ не оставлять вас без присмотра… Поэтому спать я буду в одной комнате с вами.
— И сквозь сон наблюдать за мной? — чуточку улыбнулась заметно повеселевшая после купания девушка, к моему несказанному облегчению не став устраивать скандал по поводу попрания её чести и достоинства.
— Не беспокойтесь, я сплю очень чутко, — заверил я её. — И если что…
— Хорошо, Керридан, я поняла, —
— Да что закажете, то и будет, — пожал я плечами, не видя смысла препятствовать в такой малости, как самостоятельный выбор пищи. Мы ж всё-таки не в тюрьме, чтоб ещё и в этом выборе ограничивать Энжель.
Леди осталась довольна моей уступчивостью. А я решил воспользоваться благожелательным настроем девушки и после ужина ещё раз попробовать разговорить её.
— Леди Энжель, вы можете мне объяснить кое-что? — обратился я к ней, когда отужинав, она налила себе в кубок немного лёгкого красного вина, заказанного по моей инициативе.
— Что именно? — бросила на меня озадаченный взгляд Энжель.
— Смысл вашей выходки с обращением к инквизитору, — пояснил я. — А то от меня он ускользает… — И сразу же выдвинул внезапно возникшее предположение. — Может, вы смерти ищите? Позабыв о том, что души самоубийц, даже если они действовали из благих побуждений, ждут вечные муки в пристанище демонов?
— Я просто подумала, раз есть такая возможность, то было бы неплохо исповедаться, — потупившись, тихо ответила девушка. — И снять с души довлеющей над ней тяжкий груз совершённых мной смертоубийств. Но я вовсе не собиралась себя оговаривать.
— Да уж! — негодующе фыркнул я. — И в исповедники вы выбрали старшего инквизитора! Это по-вашему что, разумно?
— А что в этом такого? — искренне удивилась леди.
— То, что такая исповедь запросто может привести к Искуплению Светом, — насупившись, пояснил я, удержавшись от выражения возмущения относительно бездумного поступка наивной девчонки.
— Но я же не виновата ни в какой ереси! — уверила меня Энжель. — А значит мне нечего бояться.
— Все мы в чём-нибудь да виновны, — возразил я. — Не ангелы, чай. — И смущённо хмыкнул, сообразив, что привёл не совсем подходящий довод.
— Хорошо, Кэрридан, я поняла, — подняла руки, словно защищаясь, златовласка. — Больше не буду просить об исповеди инквизиторов.
— Это меня весьма радует, леди, — облегчённо вздохнул я. И без того проблем хватает…
А леди неожиданно заявила: — Знаешь, Кэр, мне кажется, будет уместнее обращаться друг к другу попросту, без этого почтительного титулования и на ты… — И чуть покраснела: — Учитывая обстоятельства…
— Какие ещё обстоятельства? — не понял я.
— Ну, наше совместное участие в том донельзя развратном действе… Когда мы на пару раздели ту злодейку в чёрном… Кейтлин… — уточнила совершенно очаровательно засмущавшаяся девушка.
— А… Ну да… — смутился и я, припомнив обстоятельства дела. И взбрело же мне тогда измыслить такой разврат… Ладно бы сам раздел Кейтлин ди Мэнс, так нет же, ещё и Энжель на это дело подбил… Хотя в здравом уме и трезвой памяти не решился бы предложить подобное даже такой раскованной особе как Кэйли, а не то что благородной незнакомке.