Чтение онлайн

Базировались строители в большом селе под названием Клязино. Здесь имелся даже клуб, который, правда, из-за недостаточного финансирования быстро ветшал и приходил в запустение. Сельчане были вынуждены развлекать себя сами. Многие предпочитали не мудрить и налегали на самогон. Как выяснил Гуров, это занятие быстро сделалось популярным и среди заезжих строителей. По странному стечению обстоятельств в торговле самогоном Клязино проигрывало соседней деревне Сосновке, где тоже торговали зельем, но знали при этом какой-то уникальный рецепт и брали цену на треть ниже. При таких условиях даже отчаянные патриоты Клязино при удобном случае

предпочитали украдкой наведываться в Сосновку да обычно, согретые гостеприимством, оставались там до утра.

То же самое произошло и с бульдозеристом Зарапиным, которого разыскивал Гуров. Утомившись на работе и вернувшись на базу, он и еще несколько товарищей недолго думая отправились в гостеприимную Сосновку.

– Баба там у него, – объяснил Гурову дорожный мастер, усталый и, казалось, навеки озабоченный человек с большими залысинами на бледном лбу. – Не может человек без бабы. Ну и стол, само собой, и дом... Все тридцать три удовольствия. А как осуждать? Торчим здесь неделями, холодные, голодные... Деньги неплохие, конечно, но, кроме денег, человеку и еще кое-что нужно, правильно?

– Я думал, дороги зимой не строят, – заметил Гуров, которому нечего было сказать против тезиса о нуждах человеческих.

– У нас новые технологии, – поморщился мастер. – И потом, мы сейчас на этом участке ведем подготовительные работы. Погода позволяет. Но, конечно, основная работа начнется весной.

– Далеко до Сосновки-то? – поинтересовался Гуров. – Дорога туда хорошая?

– Дорога прекрасная. Снега в этом году немного, а где нужно, мы сами все расчистили. Только где вы искать будете? Сосновка – деревня большая. А я вам не советчик, где квартируется Зарапин, не в курсе.

– Ничего, язык до Киева доведет, – сказал Гуров. – Что же я за милиция, если в деревне человека не найду?

– Да найдете, конечно, – согласился мастер. – Тут буквально накануне один человек тоже подъезжал, расспрашивал. Сказал, что из газеты, хочет статью написать. Про наш нелегкий труд. Ну и тоже про Зарапина спрашивал. Очень популярный стал наш Зарапин! Звезда эстрады.

– Постойте! – насторожился Гуров. – Из газеты? Спрашивал Зарапина? Что за человек? Вы его документы видели? Где он сейчас?

Мастер пожал плечами.

– Вы такие вопросы задаете... Я ведь не милиционер. Мне его документы зачем? Побазарили и разбежались. Приличный человек, среднего роста, разговаривает культурно. Машинешка у него, правда, битая, но, я думаю, эти столичные корреспонденты тоже не все богатые, а?

– А этот был столичный?

– Номер у него на тачке был московский, это точно.

– Ну а Зарапина спрашивали – про корреспондента?

– А я его еще не видел, – махнул рукой мастер. – У него тут что-то вроде отгула образовалось, так я его уже вторые сутки не вижу. Да честно говоря, не до корреспондентов мне. Это вы вот спросили, я и вспомнил. А так бы давно из головы вылетело...

– Значит, вчера приезжал журналист, спрашивал Зарапина, вы сказали, где его найти, и тот поехал его искать? И после этого вы ни корреспондента, ни Зарапина не видели, правильно я излагаю?

Гуров дотошно подчеркивал каждую деталь, потому что боялся ошибиться. Рассказ мастера ему совсем не понравился. В появление на холодной пустой и недостроенной дороге столичного корреспондента не очень верилось. Теперь корреспонденты не клюют на трудовые подвиги. А то, что этому понадобился

именно Зарапин – в то самое время, когда бульдозерист понадобился Гурову, – было странным вдвойне.

Мастеру дотошность Гурова показалась излишней.

– Излагаете вы, может быть, и правильно, – вздохнул он. – Но я так вам скажу – некогда мне следить за всякой ерундой, понятно? У меня план, контракт, у меня с техникой забот полон рот. Если я еще за корреспондентами начну следить... Ну не знаю я, кто кого поехал искать! Все, что знал, рассказал, а дальше уж сами разбирайтесь.

Гуров больше не стал настаивать и поехал в Сосновку. До нее было не более пяти километров. Но прежде чем из вечернего сумрака на Гурова выплыли приземистые очертания деревянных домиков с клочьями дыма над крышами, с теплыми огоньками окон и темными покосившимися заборами, он успел еще раз вспомнить свой утренний доклад генералу Орлову. Поводом для этого была начавшаяся работа со списком и тем человеком, чья фамилия в этом списке присутствовала. Основания для доклада тоже имелись.

– Все-таки с мертвой точки мы сдвинулись, – объявил Гуров. – Совершенно определенно теперь известно, что список этот не случайный набор фамилий. Все эти люди два с лишним десятка лет назад служили в маленьком городке Архиповск. Этот населенный пункт находится у самого моря в Абхазии. Это обстоятельство обуславливает значительное неудобство в расследовании дела. Во-первых, когда мы направили запрос в министерство обороны, там не обещали скоро ответить и вообще выказали неявное, но определенное сомнение в том, что архивы сохранились. Ну это видно будет, а вот свидетельство второго человека, подтвердившего истинность списка, мы получили сегодня рано утром. Это известный всей стране тележурналист Романов. Он сейчас в командировке на Кавказе. Опасаясь, что ему может грозить опасность, особенно там, где он находится, я позвонил, как только подтвердилось, что Романов – это человек, который нам нужен. С ним все в порядке, но разговор с ним оставил у меня двойственное чувство. Мне показалось, что этот человек пытается от нас что-то скрыть. Но это пока только ощущение. Придется ждать возвращения тележурналиста.

– Неужели так сложно проверить архивы? – проворчал Орлов. – Воинская часть в маленьком городке... Я понимаю, что Абхазия, но что-то делать надо! В конце концов, давай оформим командировку – поедешь в солнечную Абхазию.

– Сейчас она не такая уж и солнечная, – улыбнулся Гуров. – Предпочел бы подождать до весны.

– Ну так раздобудь информацию здесь! – воскликнул Орлов. – Этот, как его, Трунин, который в клинике лежит, он же первым высказался насчет этого списка – почему ты не расспросил его как следует? Что за часть? Как служили? Какие отношения были между сослуживцами, в том числе и неуставные... Мужики службу всегда с удовольствием вспоминают, ну! Какие предположения – кто мог накатать этот список?

– Разумеется, разговор обо всем этом я заводил, – ответил Гуров с досадой. – Только ничего вразумительного в ответ не услышал. В общем, Трунин и в самом деле сильно поломался, когда в окно прыгал. Чувствует себя неважно, к длинным разговорам не расположен. Ну и потом, у меня сложилось впечатление, что этот тоже не слишком охотно вспоминает свое прошлое. Но это может быть иллюзией, потому что Трунин болен. Короче говоря, и в этом случае нужно ждать.

– А ты уверен, что у нас есть время?