Одержимый
Шрифт:
— Ник, это самая безумная идея, о каких мне когда-либо приходилось слышать. Мы не можем, не имеем права позволить тебе делать подобные вещи.
— Но мы все равно это сделаем! С тобой или без тебя, Пит...
— Предоставь это нам. Скажи, где эта женщина должна встретиться со своим мужем?
— Угу, — промычал Ник. — Ничего себе, честная игра! Только если ты будешь действовать вместе со мной, я назову тебе это место. Не иначе. Думаешь, я не знаю полицию? Вы ворветесь туда и вспугнете этого малого. И что тогда будет?
Голос
— Дай мне этот проклятый адрес. У нас гораздо больше возможностей поймать его, чем когда-либо будет у тебя. Не упрямься, Ник. Нам необходимо все организовать заранее. И тогда мы его схватим и... скорее всего убьем на месте. Возможно, ты это и сделаешь.
— Слушай, Мак-Грю, я ничего больше тебе не скажу. Забудь об этом разговоре.
Как только Ник повесил трубку, телефон зазвонил снова. Ник отключил телефон, посмотрел на него, глубоко вздохнул и усмехнулся. Энн крикнула из ванной:
— Ник, что ты там делаешь?
— Ничего... — Ник услышал шум работающего фена и вошел в ванную. Энн, склонившись над раковиной, сушила волосы. На ней был темно-синий купальный халат. Нику захотелось заплакать — настолько домашней показалась ему эта сцена. Он не хотел разлучаться с Энн ни на секунду.
— Поторопись, пожалуйста, у нас в запасе меньше двадцати минут.
— Не напоминай, — отмахнулась Энн. — Я почти готова.
Она прошла в спальню и, не зажигая света, села на кровать.
Мак-Грю надел твидовый пиджак, закурил сигарету и вышел из своего уютного кабинета, который он называл офисом.
— Пошли, Сэм, — сказал он своему напарнику. Сэм сидел у входа и разбирал кипу телефонных карточек. Его глаза были воспалены, лицо отекло и тоже казалось воспаленным. Он просиял, когда Мак-Грю сказал:
— На сегодня все... до вечера. Об остальном расскажу в машине. Через пятнадцать минут Мак-Грю подкатил на изношенном «форде-фермонте» к пожарному гидранту, находившемуся напротив дома, где жила Энн Мак-Эри. Он устроился поудобнее, откинулся на спинку кресла и завел руки за голову. Оглянувшись на напарника, он заметил его напряженную позу. Сэм походил на охотничью собаку, готовую броситься на добычу.
— Расслабься, дружище, у нас есть еще время, — усмехнулся Мак-Грю и стал наблюдать за домом.
Пэт взглянула на чемодан, который она раскрыла и положила в ногах кровати. Она вспомнила то время, когда была здорова и этот чемодан сопровождал ее в путешествиях на Ниагарский водопад, в Форт-Лодердейл, на озеро Озарк и в Даллас. После случившегося с ней несчастья она перестала путешествовать, и чемодан, красиво расписанный цветами, лежал без употребления.
Теперь он опять был полон. Вчера Пэт ездила по магазинам и полностью обновила свой гардероб. Ей хотелось, чтобы Джо было приятно на нее смотреть... когда они уедут отсюда!..
Сегодня
Пэт нагнулась и проверила боковой карман чемодана: гребешок, зубная паста, бутылочка «Секрета» и тюбик желе «Кей-Уай». Пользуются же им другие, подумала Пэт, почему же мы не можем?.. О Джо, мальчик мой, я хочу сделать тебя счастливым! Она взяла тюбик «Кей-Уай» и провела рукой по гладкой белой поверхности, представив себе, будто гладит упругий член Джо.
Достаточно. Пэт закрыла чемодан и застегнула молнию. Ей нужно добраться до склада заранее — до начала вечернего «приема». Нужно находиться там и оставаться в тени, пока она не убедится, что работа благополучно завершилась.
Она должна все видеть своими глазами. Этот субботний вечер будет поворотным пунктом в ее жизни, подумала Пэт, поправляя пояс брюк.
Минут через пять Ник вернулся в спальню. Энн все еще сидела в темноте на кровати.
— Что ты делаешь? Уже девять. Нам надо ехать.
Энн удивленно взглянула на маленький голубой циферблат будильника, стоявшего на ночной тумбочке. Девять часов одна минута. Почувствовав озноб, Энн глубже запахнула халат.
— Я не иду.
Ник прислонился к дверному косяку. Он резко выдохнул, чувствуя начинающийся в желудке спазм.
— Что?
Энн встала и подошла к нему.
— Я сказала, что не пойду.
В темноте он всматривался в ее лицо.
— Энн, ты должна пойти. Идем. Черт возьми, не играй на моих нервах!
Внезапно Ник понял, как важно для него, чтобы эта встреча состоялась. Это безумие должно кончиться. И может быть... может быть... они с Энн начнут новую жизнь. Он положил руки ей на плечи, коснулся обнаженной шеи — кожа была прохладной и влажной.
— Милая, — прошептал он, — все это скоро кончится. Через два часа, а может быть, и раньше, все завершится. Два часа, Энн. А если мы сейчас не пойдем, этот кошмар будет длиться и длиться. Подумай, скольких он еще убьет!
Она подняла на него глаза, на ее лице застыла маска боли и ужаса, взгляд был угрюм. У нее даже не было сил плакать.
— Ник, ну не заставляй меня делать это. Я же не могу отвечать за все то, что еще может случиться.
Ник крепко обнял ее.
— Дорогая, об ответственности нет и речи. Просто я хочу побыстрее покончить с этим.
Энн долго смотрела ему в глаза, а затем провела по его лицу пальцем, словно хотела оставить след. Потом поцеловала его и сказала:
— Я тоже хочу, но не пойду туда.
Ник закрыл глаза. Она не пойдет, но он должен пойти. В другой раз он не решится.
— Тогда я пойду один.