Чтение онлайн

— Ати, — сказал Шоннор, но она лишь опустила веки. Она закрыла руками рот, в знакомым жестом, которым заперла горе в себе.

Болезненное чувство, разраставшееся в груди Шона, стало невыносимым. Он резко сказал:

— Наулос и Атива! Вы можете больше не беспокоиться на мой счет. И ты тоже, Стекар. И ты не волнуйся, Кайем, твой сын Лортен, где он там скрывается. И ты тоже, король-предводитель хижин, Тромеро: я пришел не

для того, чтобы требовать твою корону. Я уйду, и вы можете последовать за мной, если вспомните о вашем городе. Или оставайтесь с вашими овцами на склонах, если вы ничего не вспомните.

Шоннор коснулся шеи лошади, но потом остановил ее и вернулся назад.

— Еще один вопрос! — прокричал он, уже ни на кого не глядя. — Мой брат Джоф. Вы убили его вместо меня?

Сперва он подумал, что ему никто не ответит. Но, наконец, ответил Кай, чтобы окончательно от него отделаться.

— Джоф в твоем распоряжении, Ускользнувший-от-Смерти. Он жив. Ищи его в степи!

Впервые Шон вздохнул свободно, подумав о нем.

Вместо того чтобы дать знак лошади лететь, он пустил ее галопом прямо через разбегающихся жителей деревни, а потом повернул на тропу между хижинами в сторону степи.

Он нашел хижину за час до полудня. Она стояла среди высокой травы в тени трех больших деревьев: их корни оплетали хижину, чтобы осенние ветра не разнесли ее.

Возле нее горел огонь, девушка что-то варила. Там же скоблил шкуру косули человек с темной бородой. Этот человек был Джоф.

Оба были погружены в свою деятельность. Но когда лошадь спрыгнула со склона, они оба уставились на него, и Шон мог видеть, как их глаза стали большими, а лепешки на решетке начали обугливаться. Метрах в двух от них он приземлился и пустил лошадь пастись. Напрягшись, он шел дальше, готовый встретить их резкими словами или даже кулаками. Снова Джоф задел его, как и раньше.

С рычанием Джоф вскочил и бросился к нему. Не думая о том, дух ли Шоннор, демон или дьявол. Он стал задавать вопросы лишь после того, как обнял его и долго тряс, извергая непонятные звуки — то ли радости, то ли ярости.

— Ты жив! — наконец закричал Джоф.

— Да. Но нельзя сказать, что ты много приобрел, большой брат.

— Есть небольшое приобретение. Жена.

— Кто же оказался таким глупым?

— Ирра, — сказал Джоф, ухмыляясь и продолжая трясти Шоннора.

Шоннор посмотрел через плечо Джофа на Ирру. Она улыбалась, поскольку улыбался

Джоф, почти уже готовая успокоиться.

— Привет, Ирра! Он не заслужил тебя, девочка. Если лепешки сгорят, он должен будет их съесть.

Ирра вскрикнула и сбросила лепешки в траву. Слишком поздно.

Они сидели с кувшином травяного пива на мху перед хижиной.

Обмен новостями шел вполне непринужденно. Шоннор рассказал о Мор-Конзе и был весьма удивлен, как спокойно принял это Джоф. Джоф кивал и качал головой, выражал возбуждение и радость, — и только.

Наконец, Шоннор сказал:

— Ты сумасшедший. Как ты можешь все так воспринимать, если деревня от страха сошла с ума?

Джоф дернул плечом. Он обнял рукой Ирру, которая теперь открыто улыбалась. И вдруг Шон понял цену простоты. Быстрый в гневе, но так же легко успокаивающийся, не просчитывающий события, скупой в мелочах и обладающий здравым смыслом, отметающий в сторону все опасности и трудности. Открытый, как окно для ветра и солнечного света.

— Теперь ты рассказывай, — сказал Шоннор.

— Рассказывать-то нечего. Кай испытал меня. Я не знал названий металлов или чего-нибудь опасного в этом роде. Однако Кай изгнал меня, за то, что я спас тебя от казни. И Иррау. Моя Ирра разделила со мной мое изгнание.

Ирра сияла. Она спросила из-под прикрытия гигантской руки Джофа:

— Ты можешь сказать, как звучит имя Джофа по-городскому?

— Джоффрид, — ответил Шон. — А твое имя — Ирралия.

— Ирр-арл-ия! — горланил Джоф. — Мне нравится.

— Джоффрид, — сказала Ирра. — Мой муж — Джоффрид.

— Лортен ушел в Джетуробрюк, — сказал Джоффрид. Он медлил, ожидая реакции. — Ты говоришь, что это городские варианты Лорта и Джетта? — спросил он.

— Нет, Джоффрид, ничего подобного я не говорил.

Какое-то время все смотрели в огонь.

— Эту хижину, — сказал Шоннор, — ты, наверное, строил, когда был пьян. Пристанище в Мор-Коизе за рекой лучше.

Они дружно встали и неторопливо пошли к пасшемуся летучему зверю.

— Могут ли на этой лошади скакать трое? — соображал Джоффрид.

— Лошади? — переспросил Шоннор.

Ирралия засмеялась. Она гладила шелковую гриву.

— Жемчуг, — сказала она.

— Жемчуг? — спросил Шон одними губами.

— И золотая уздечка с бахромой, — сказала Ирралия. — И стремена из серебра.