Одержимые страстью
Шрифт:
Когда Стефани наклонилась, чтобы лучше осмотреть ухо, шеи Джейсона коснулось ее мягкое дыхание. Каждая клеточка его тела напряглась, ему страстно захотелось схватить Стефани, перебросить через плечо и утащить в свое логово, как первобытному человеку. Но ради Мэгги он сдерживался и оставался неподвижным, хотя сжатые в кулаки пальцы вспотели.
– Вас ничто не беспокоит, доктор Дрейк?
– Ничто, ничуть, – процедил он сквозь стиснутые зубы.
– Теперь осмотрим ваши глаза.
Ни при каких условиях Джейсону не удастся спрятать свои расширившиеся зрачки – яркую демонстрацию физиологического
Такое пристальное внимание со стороны Стефани Джейсону было трудно выносить – ему захотелось отпрянуть от нее, но она крепко держала его рукой за плечо. Вдоволь наглядевшись в его глаза, она отпустила Джейсона.
Теперь он ощущал небывалое напряжение во всем теле.
А Стефани не проявляла никаких признаков беспокойства. Словно она и Джейсон – только коллеги по работе и никогда не были любовниками. Будто она никогда не выкрикивала его имя в страстном порыве, когда они занимались любовью, а он ни разу не мыл тарелки по утрам после их совместного завтрака…
Он не смог поужинать с ней всего несколько раз. Но у него были дела. Стефани выросла в семье врачей и должна его понимать. Должно быть, она обиделась не только из-за сорванных свиданий…
– Твоя очередь, Мэгги. – Стефани пересела из кресла на край кровати.
Мэгги стала протестовать, хныкая, и махать свободной рукой. Джейсон взял ее за руку, и девочка успокоилась, уставившись на стену, куда-то влево от матери, и позволила Стефани посветить ей в глаза фонариком.
– Вот и все. – Стефани положила небольшой фонарик в карман медицинского халата. – Ты очень смелая девочка, Мэгги.
Услышав свое имя, Мэгги посмотрела куда-то вправо от Стефани, а затем протянула ей куклу в знак дружбы.
Стараясь не прикасаться к слюнявой руке куклы, которую девочка жевала, Стефани прижала к груди куклу с редкими волосками на голове, словно ребенка. Погладив куклу, она осторожно положила ее на кровать рядом с маленькой пациенткой:
– Спасибо, Мэгги. Скоро я снова тебя навещу.
«Стефани будет хорошей матерью». Джейсон так изумился своей мысли, что резко встал.
Никогда прежде он не задумывался о том, что Стефани Монтклер может стать матерью. У нее ответственная работа и напряженная общественная жизнь. Разве она сможет воспитывать ребенка, живя в таком сумасшедшем темпе? И потом остается маленькая деталь. Кто будет отцом ее ребенка?
Отцом ребенка Стефани вдруг захотелось стать Джейсону.
Что с ним происходит? Сначала он начал сочувствовать маленькой пациентке, а теперь ему в голову лезут мысли о материнстве Стефани. Нет, он не рожден для того, чтобы обзаводиться семьей, даже если станет об этом мечтать! События прошлого – доказательство его неспособности стать семейным человеком.
– Планерка начинается через пять минут. – Он подошел к двери, побуждая Стефани двигаться в том же направлении.
– Если я или мои сотрудники смогут сделать ваше пребывание в госпитале более комфортным, дайте мне знать, – сказала Стефани матери Мэгги.
При этом она выглядела консьержем в дорогом
Наверняка беспокоится. Шеффилдский госпиталь – наследие ее семьи, к которому она относится со всей серьезностью. Для его процветания она готова на все. Джейсон был уверен: если понадобится, Стефани велит сотрудникам раскладывать мятные конфетки на подушки пациентов – как постояльцам отелей.
Дрейк не мог ее ни в чем винить. Если бы он обладал подобным наследием, поступал бы точно так же. Но «дворняжка» вроде него не имеет права голоса. О наследии, которым он обладает, лучше умолчать…
Как только за ними закрылась дверь смотрового кабинета, Стефани коснулась его руки, требуя остановиться. От ее прикосновения его тело пронзила дрожь.
– Прежде чем скажу о девочке, хочу обсудить твое физическое состояние. У тебя учащенный пульс и повышенное кровяное давление, – сказала она.
– Я в порядке!
– Я приказываю тебе провериться. Понял?
– Ладно. Я проверюсь. Не знал, что тебе не все равно.
– Конечно, мне не все равно! В прессе начался большой переполох, когда один из наших терапевтов умер прямо в коридоре, потому что не заботился о своем здоровье.
– Твоя забота меня трогает. – Джейсон отошел от нее на приличное расстояние, но его руку по-прежнему покалывало в том месте, где к ней прикоснулась Стефани.
Стефани приложила все усилия, чтобы не схватить его за руку и не притянуть к себе.
Она жаждала почувствовать трепет в объятиях Джейсона, ощутить себя защищенной рядом с ним.
Однако он уже слишком часто доказывал ей – она испытывает ложное ощущение безопасности. Стефани не могла рассчитывать даже на его своевременный приход на свидание, не говоря уже о клятвах верности и любви до конца жизни.
Стефани прибавила шагу, и расстояние между ними увеличилось. Джейсон не нужен ни ей, ни ее будущему ребенку!
На нее нахлынули ощущение усталости и тошнота. Ей показалось, будто на плечах лежит огромный груз, придавливая ее к земле. Акушерка сказала, что ее нынешнее недомогание – нормальное явление, которое должно пройти в ближайшее время.
Скоро Стефани сообщит о беременности родителям…
Они очень консервативные люди. Узнав о незапланированной беременности дочери, они будут прежде всего разочарованы. Мало того что она не замужем, так еще и врач! Уж кто, кто, а она обязана знать, как предотвратить беременность!
Если раньше Стефани всецело согласилась бы с ними, то теперь ей придется отмалчиваться. Нештатные ситуации случаются даже у профессиональных врачей.
Стефани была счастлива и уже любила своего нерожденного ребенка.
Ее родители, бабушки и дедушки обязательно поддержат ее!
Семьи Монтклер и Шеффилд не просто породнились, но и всегда выступали заодно. На самом деле Стефани была уверена: оправившись от шока, что их незамужняя доченька ждет ребенка, они будут с радостью ждать появления на свет наследника и продолжателя фамилии! Ее ребенок будет расти в обстановке уважения и безусловной любви, независимо от того, кто и что подумает о его происхождении.