Чтение онлайн

Однажды даже Элька смогла увидеться с ним на выходных. Её слова меня подбодрили, поскольку сестра высказалась о мужчине исключительно положительно и намекнула, что пора бы мне вспомнить о себе, поскольку прошло достаточно времени. Не все люди такие, как Марк. Некоторые умеют любить.

Однажды Роман позвал меня и Алису к себе домой и приготовил удивительно вкусную пасту. С тех пор дочка стала тянуться к нему, как к магниту. Часто спрашивала у меня, когда Роман снова придет. Возможно, поэтому за три недели мы очень сблизились, и я невольно стала доверять мужчине. Он заставлял

мою дочку смеяться, красиво ухаживал за мной, помогал забыть обо всех страхах прошлого и просто был рядом все время.

В один из вечеров, когда я уложила Алису спать, мы опять пошли прогуляться, и Роман рассказал о том, что был женат. Брак развалился через полгода, в подробности он не вдавался, а я не стала лишний раз спрашивать, было видно, что эта тема до сих пор является его больным местом. Так или иначе, я старалась не задумываться о том, куда ведут наши отношения, и не замечать, что с каждой прогулкой мы подходим друг к другу все ближе, количество наших случайных прикосновений постоянно увеличивается, а в некоторые моменты кажется, будто никаких слов и не нужно — лишь бы идти вдоль по дорожке, наслаждаться его присутствием и ощущением безопасности.

Роману неожиданно устроили командировку в Краснодар на неделю. Он постоянно со мной созванивался и даже просил позвать Алису к телефону. В такие моменты дочка настойчиво выгоняла меня из комнаты, приговаривая, что подслушивать чужие разговоры нехорошо. Уж не знаю, что у них там за секреты, однако каждый раз я с трудом отговаривала себя от мысли подслушать.

Сегодня рабочее время пролетело незаметно. Было слишком много посетителей, поэтому я даже не успевала скучать по Роману. Пришлось задержаться, и потому я позвонила Лесе — той самой женщине, которая уже не раз выручала меня в таких ситуациях. Женщина охотно согласилась и пошутила на тему того, что ей совершенно не важно — забирать одного ребенка или двух.

Я горячо её поблагодарила и вернулась обратно к работе. Освободиться получилось лишь после десяти вечера. Я быстро собрала вещи, накинула кофту и вышла на свежий воздух. Машина ждала у ресторана. Ехать было не далеко, поэтому уже спустя десять минут я оказалась на месте.

Вышла из автомобиля и замерла, взглянув на дом Леси. Было крайне странно видеть, что везде выключен свет.

Может быть, они уже легли спать?

Я подошла к двери и трясущейся рукой постучала. В ответ тишина.

— Леся? Алиса? Вы дома?

Постучала еще более настойчиво. Никакого ответа.

Так я простояла около десяти минут, пытаясь судорожно дозвониться до Леси. Вздохнула, в очередной раз услышав: «Номер абонента выключен или находится вне зоны действия сети».

Черт бы побрал этот график, из-за которого мне в очередной раз пришлось доверить дочку чужому человеку. Первым моим порывом было позвонить Роману, но он еще утром сказал, что вечером у него важное совещание, и, когда освободится, он со мной свяжется.

Не буду ему мешать. Ничего страшного не произошло, может, они пошли прогуляться или Алиса попросилась к морю.

Тихо, Лин. Дыши. Думай. Что делать дальше?

Я вернулась обратно в машину и завела двигатель, собираясь поехать домой — вдруг

она привела Алису туда? Обычно мы так не договариваемся, но кто знает, может, обстоятельства изменились?

Неожиданно зазвонил телефон. Я посмотрела на экран. Незнакомый номер.

Может быть, у неё села батарейка, и Леся попросила чужой телефон, чтобы связаться со мной?

Я нажала на звонок и включила громкую связь, параллельно отъезжая от тротуара. Смысла здесь оставаться в любом случае нет.

— Алло?

Тишина. Жутко неприятная пустота, давящая на ребра и грудь, мешающая дышать, выбивающая весь воздух из легких.

— Леся, это ты? Я ничего не слышу.

Притормозила, взяла телефон в руки, проверила динамики. Вроде все в порядке.

— Как приятно вновь слышать твой голос, Лин.

От этого жутко знакомого холодного баритона моя спина взмокла за одно мгновение. Случайно я выронила телефон, и тот упал под сидение. Резко нажав на тормоз, я потянулась вниз, достала его и приложила к уху:

— Марк.

Не спрашиваю. Не удивляюсь. Не показываю страха.

У всего происходящего есть лишь одна причина, которая волнует меня гораздо сильнее одержимого моим телом мужа.

— Где Алиса?

— Я бы настоятельно тебе рекомендовал хотя бы сделать вид, что ты соскучилась. Возможно, в этом случае твое тело пострадает не так сильно, как мне того хочется.

Я прикрыла глаза на мгновение, пытаясь не представлять все те страшные картины, которые мгновенно появлялись в моей голове. Вот, Алиса у него. И по закону он ей такой же отец, как я — мать. В реальности все еще страшнее — в его силах лишить меня любых прав, запретить общение с дочерью, отправить в психушку, объявить больной и немощной.

В его власти теперь вся моя жизнь.

— Марк, я не настроена играть в игры. Верни мне мою дочь, и тогда мы нормально поговорим.

— Нет, здесь не ты диктуешь правила игры, а я. У тебя есть ночь на размышления. Заметь, насколько я добр. Я даю тебе время на то, чтобы решить, что тебе дороже — дочь или свобода. Я отпущу тебя, но заберу её. Решай, л-ю-б-и-м-а-я, как ты проживешь всю оставшуюся жизнь — в окружении мнимой свободы или же рядом с дочкой и горячо любящим тебя мужем, который даже после такого предательства готов тебя принять.

— Нет, Марк, я хочу увидеть её сейчас!

— Наша дочь даже не знает твое настоящее имя. Что за вульгарное прозвище — Марго? Полагаю, правду обо мне ты также утаила от неё?

Резко хлынул дождь. Капли настойчиво стучали по крыше, не давая мне сосредоточиться. Мы оба молчали, пока я пыталась понять, как остановить несущуюся на огромной скорости тележку, если впереди лишь пропасть, а тормоза отсутствуют в принципе.

— Какую правду о тебе я могла утаить?

— Что горячо любимая мамочка самовольно лишила её поддержки родного отца, который желал её гораздо больше матери, готовой в самом начале даже отказаться от ребенка. Что ты заставила её жить в нищете и ходить в обычный сад. Позволяла вкусности лишь по праздникам, живя от зарплаты до зарплаты, в то время как у ног нашей дочки мог быть весь мир. Именно ты лишила Алису счастливого детства.