Одержимость
Шрифт:
— Как посмотреть, — холодно заметил Габриель, недовольный тем, что ему не дали схватиться с Робом. — Если она принимала наркотики…
— Это Джойс утверждала, что она принимала наркотики. Лично я не склонна верить ни единому слову Джойс, а ты?
Кейтлин с вызовом посмотрела на Габриеля и с удивлением заметила в его серых холодных глазах веселые искорки.
— В любом случае это отличный шанс, — сказал Льюис.
Он всегда быстро переключался на оптимистичную волну, и вот он уже улыбался,
— Теперь мы знаем, куда идти… и есть вероятность, что нас там покормят.
Анна завязала волосы в хвост и грациозно поднялась с земли. Кейт поняла, что все улажено. Две минуты спустя они уже шли по улице в поисках телефонной книги. Кейтлин чувствовала себя грязной и опустошенной, она не ела почти сутки, но голода почему-то не чувствовала.
Они шли дальше по безлюдной улице, и, хотя дома за заборами казались все такими же ветхими и заброшенными, в целом это место не выглядело опасным. Льюис приободрился, достал камеру и сделал пару снимков.
— Для потомков, — пояснил он.
— А может, лучше не играть в туристов? — мягко предложила Анна.
— Если кто-то вздумает к нам пристать, я о нем позабочусь, — сказал Габриель.
Его мысли после стычки с Робом все еще были черными с красными зазубринами.
Кейтлин посмотрела на него.
— Знаешь, я хотела тебя спросить. Мистер Зетис говорил, что, пока ты связан с нами, ты не можешь войти в контакт с разумом другого человека. А ты воздействовал на сознание того полицейского, а еще раньше — на самого Зетиса и на Джойс.
Габриель пожал плечами.
— Старик ошибался, — коротко бросил он.
И снова Кейт ощутила тревожный холодок.
Габриель что-то скрывал. Он один был способен с такой легкостью проделывать это, находясь в стабильной телепатической связи.
И еще, несмотря на все его барьеры, она почувствовала в нем что-то… странное. Что-то переменилось прошлым вечером.
«Это кристалл», — подумала Кейтлин.
Мистер Зетис силой вынудил Габриеля войти в контакт с гигантским кристаллом, с этим уродливым вместилищем невероятной психической силы.
«Что, если он что-то сделал с Габриелем? Что-то изменил в нем… навсегда?»
— Габриель, как твой лоб? — неожиданно спросила Кейт.
Он быстро коснулся пальцами лба и тут же опустил руку.
— Прекрасно. А в чем дело?
— Просто хотела взглянуть.
Габриель не успел отреагировать, и Кейт быстро откинула его черную челку. Там, на лбу, она увидела это — темное пятнышко на белой коже. Это была не ссадина, как следовало ожидать после того, как его поранил отросток кристалла. Это больше походило на шрам или родимое пятно в форме полумесяца.
— Прямо над третьим глазом, — непроизвольно заметила она, и Габриель больно схватил ее за запястье.
Они
Третий глаз — средоточие психической силы. А Габриель обладал огромной силой еще до контакта с кристаллом…
Он всегда был самым сильным медиумом среди них. Кейт боялась подумать, в кого он может превратиться, если станет еще сильнее.
— Эй, что там у вас? — спросил Льюис.
Ребята успели уйти дальше. Роб оглянулся и направился в их сторону. Лицо его не предвещало ничего хорошего. Анна, которая ушла дальше всех, крикнула:
— Я вижу будку!
Габриель отпустил Кейтлин, чуть ли не отбросив ее руку в сторону, и зашагал к Анне.
«Не лезь, — приказала себе Кейтлин. — Пока. Сейчас твоя главная задача — выжить».
Они нашли адрес Марисоль в бесконечном списке Диасов в телефонном справочнике. Льюис не знал район бульвара Айронвуд, где жила Марисоль, найти его помогла добытая на автозаправке карта.
Когда они добрались до места, было около половины десятого. Кейт изнывала от жары и пыли и ужасно хотела есть. Такие дома — из поддельного необожженного кирпича с розово-бурой штукатуркой — Льюис называл «дома пуэбло». На звонок в дверь никто не ответил.
— Их нет дома, — Кейт пала духом. — Я сглупила. Они в больнице у Марисоль, Джойс говорила, что родные навещают ее каждый день.
— Тогда подождем. Или вернемся назад, — уверенно сказал Роб.
Они направились к гаражу, когда из-за дома появился парень, с виду не намного старше их.
Он был без рубашки, крепкий и жилистый, к такому парню Кейт не рискнула бы подойти на улице. Она отметила его курчавые волосы, отливавшие красно-коричневым в лучах утреннего солнца, и полные, как будто недовольно надутые губы.
«Другими словами, — заключила Кейтлин, — он — копия Марисоль».
Несколько секунд они смотрели друг на друга. Парню явно не нравилось, что на его территорию вторглись чужаки, и он готов был вышвырнуть их вон. Роб и Габриель мгновенно ощетинились. Кейтлин шагнула вперед.
— Не подумай, что мы психи, — сказала она. — Нет, мы — друзья Марисоль. Мы сбежали от мистера Зетиса и не знаем, куда идти. Мы в бегах со вчерашнего вечера, а сюда шли пешком несколько часов. И… мы подумали, что тут нам могут помочь.
Парень прищурился и пристально посмотрел на Кейтлин.
— Друзья Марисоль? — наконец переспросил он.
Кейт постаралась забыть о том, как ее «терроризировала» Марисоль, теперь это было неважно.
— Да, — уверенно ответила она.
Парень оглядел ребят и, когда Кейт уже решила, что он собирается послать их подальше, кивнул головой в сторону дома.