Чтение онлайн

Отойдя от кровати, Тревор бросил на меня испытующий взгляд. Его темно-каштановые брови сошлись на переносице.

— Что вызвало этот припадок, Ариэль?

— Подарок вашего брата, сэр. Свадебный подарок.

Я подняла с пола клочок кружева, выпавшего из рук Адриенны.

Он взял лоскуток в руки и, сжав губы, какое-то время его разглядывал. Потом скомкал в кулаке.

— Черт возьми! Это первый его странный поступок за долгое время. Я так надеялся…

Глядя мне прямо в глаза, Тревор спросил:

— Вы побудете с ней, пока она не уснет? Меня ждет пациент.

Я

не смогла отказаться.

Когда он ушел, я села возле постели Адриенны на чиппендейловский стул с гнутыми ножками. Скоро рыдания утихли, теперь о недавнем припадке напоминали только судорожные вздохи, время от времени сотрясавшие ее тело. Я тоже почувствовала себя спокойнее, начала расслабляться и уже подумала, что она уснула, когда внезапно Адриенна заговорила, испугав меня:

— Я не сомневаюсь, что во всем виновата наша мать.

Она слегка приподнялась и, сонно мигая, смотрела на меня.

— Видите ли, моя мать была настоящей ведьмой — суровой и требовательной. Отец часто говорил: «Посмотрите на моих сыновей — у них навсегда останется ненависть ко всему женскому роду». Так оно и вышло. Николас ненавидел мать, потом свою жену, а теперь ненавидит меня. Думаю, больше всего ему хотелось бы уничтожить нас всех.

Я поняла, что на Адриенну подействовал порошок. Уж мне-то хорошо было известно действие успокоительных лекарств как положительное, так и дурное. И все же я продолжала внимательно слушать, словно околдованная ее голосом и словами.

Адриенна прикрыла лицо согнутой рукой. И в этот момент я подумала, что она очень хорошенькая. У нее были очень красивые густые волосы и кожа без изъянов, похожая на белую камею.

Она вздохнула:

— Моя мать умерла в этой самой постели через несколько дней после женитьбы Ника на Джейн. Молодожены проводили свой медовый месяц в Лондоне. Когда мать занемогла, мы послали Джима привезти Николаса, но он приехал слишком поздно. Он вошел спустя несколько минут после того, как она испустила дух.

Адриенна указала на изножье кровати.

— Он долго смотрел на ее застывшее лицо, потом сказал одно только слово: «Сука». Бедный, бедный Ники! Как мне было жаль его в тот момент. Хотя и мать тоже было жалко. Видите ли, он всего себя отдал. Он отдал все в жизни, что ему было дорого, чтобы угодить ей, нашей матери. Не понимаю, почему мы должны всю жизнь лезть из кожи, чтобы ублажить своих родителей? О, Ники, если бы ты немного подождал! Вам следует знать, что его женитьба на Джейн была попыткой угодить этому дракону в женском обличье.

Я слушала ее, а сердце в моей груди тем временем превратилось в какой-то жесткий и тугой узел. Я отвернулась от бледного лица Адриенны и устремила взгляд в окно. Глаза мои жгли выступившие слезы. Внезапное озарение било мне в виски, как удары барабана. Я тоже ненавидела леди Миллисент Уиндхэм за то, что она сотворила с Николасом и… со мной.

Голос Адриенны теперь был тише и едва доносился до меня, казалось, что она говорила с трудом. Я смахнула слезы и снова повернулась к ней.

— Мой милый Ники. Он был таким справедливым и внимательным. Он был единственным из моих

братьев, кто баловал меня. Джордж, Юджин и Тревор считали меня не более чем досадным явлением и прогоняли, если я приближалась к их драгоценным игрушкам. Но Ники — никогда. Он бы вырезал сердце из груди и поднес мне, если бы только я попросила. И вот, когда отец умер, мать вцепилась в него, она искалечила его юность, спекулировала своей болезнью, чтобы добиться чего хотела.

Адриенна медленно уплывала в сон, ее нижняя губа слегка вздрагивала, когда она пробормотала:

— Он был слишком молод, чтобы взвалить на себя это бремя главы семейства, этот проклятый титул… Лорд — такой юный и неопытный, ничего не знавший о жизни. Слишком большая ответственность погубила его, пригнула к земле.

Потом появилась Джейн. Мерзкая женщина. Это мать выбрала ее Нику в жены. Джейн и была такой же, как мать, — властной, требовательной, капризной. Когда она поселилась в нашем доме, требовала, чтобы ее называли «леди Малхэм», и желала больше, чем он мог дать ей. Я ее ненавидела. Она была жестокой порочной женщиной, как и моя мать. Я говорила ему…

Голова ее снова заметалась по подушке из стороны в сторону. Соскользнув со стула, я попыталась ее успокоить, поглаживая гладкий лоб Адриенны рукой, потом сказала:

— Тише, тише, миледи. Он не желал ничего дурного. Он не стал бы делать этого намеренно.

— Я говорила ему, что ненавижу ее… Я хотела чтобы она умерла…

Моя рука замерла.

— Умерла… — повторила она. Теперь ее голос превратился в шепот, вырывавшийся из сухих губ. — Прости меня, Господи, я хотела ее смерти…

Я натянула на нее покрывало, но она беспокойно металась по кровати и сбросила его. Аккуратно сложила кусок белого кружева и спрятала под подушку. Потом вышла из комнаты.

Я не раздумывала, куда иду. Я шла, ведомая инстинктом, а не здравым смыслом. Я бездумно двигалась по темным холодным коридорам Уолтхэмстоу, позволив своим мыслям вернуться к тому, что только что было сказано.

О том, что Адриенна ненавидела жену Ника. Возможно, это было слишком мягким словом для ее чувств. Она ненавидела Джейн за сходство с их матерью, ненавидела за то, что та сделала Ника несчастным, за то, что та посягнула на ее место в доме.

Проходя через кухню, я обменялась парой ничего не значащих фраз с Матильдой и Полли, но беседа наша не затянулась. Потом, выйдя из дома, я пошла по тропинке, по той самой, которая приглянулась мне раньше, обогнула пруд, миновала плодовый сад.

Мысленно я снова переживала минуты, когда сидела у подножия холма вблизи от городка в надежде увидеть молодого лорда хоть на мгновение. Казалось, с тех пор прошла целая жизнь. Я вспоминала, как Ник забрел в таверну моего дяди, попросив пинту подогретого пива и гаванских сигар. Я в это время, как робкая мышка, пряталась в тени и разглядывала его. Но и тогда я знала, что наши пути соприкоснутся, потому что мы оба были одиноки. И, как соловей, терпеливо ждущий, когда наступит его черед петь, я ждала своего часа, предвкушая ночи, наполненные ароматом лавра и песнями, и Николаса.