Очищение
Шрифт:
Из пропасти его смогла вытащить Лена, которая до последнего верила, что Алексей, хоть и сильно изменился, но остался тем же благородным и верным мужчиной, которого она любила. Если бы не Лена, Алексей точно бы опустился на самое дно. Она со временем вдохнула в него новую энергию и заставила поверить, что жизнь продолжается несмотря ни на что…
Казалось, можно начать жить с чистого листа и забыть обо всем, словно о кошмарном сне.
Годы шли, воспоминания притуплялись. Васильев устроился на новую неплохую должность, вместе с Леной они даже подумывали
Сотников ведь предупреждал об этом. Что ж, остается только надеяться, что тревога ложная…
Предположения Алексея оправдались. Вместе с Сотниковым и еще одним чекистом они приехали на территорию Ховринской заброшенной больницы.
Несмотря на то, что уже стемнело, было заметно, что монументальное здание, которое три года назад навсегда перевернуло жизнь Васильева, сейчас представляло из себя жалкое зрелище: обглоданное со всех сторон, словно после испытаний атомной бомбы, оно просвечивалось насквозь, как решето.
Совсем скоро этот оплот дьявола, сгубивший массу жизней, уйдет в историю. Больница до сих пор хранила свои тайны, но теперь и они исчезнут вместе с ней. Уйдут в историю и те, кто искоренял ужасное зло из этого здания и остался там же навсегда похороненным: Коля Ершов, Олег Маврин, Отец Матвей. Уйдет и дух Кирилла Рафаилова, который внес первый и наиболее самоотверженный вклад в искоренение кровожадных сил, захвативших Ховринку.
Васильев и двое гэбэшников прошли на территорию, усыпанную строительным мусором и нагромождением бетонных плит. Экскаваторы сейчас стояли в застывшем положении – видимо, на сегодня работы были закончены.
Когда Алексей и двое его спутников подошли к самому зданию, к ним внезапно подбежали двое полицейских в форме.
– Вы из ФСБ? – спросил полицейский в звании капитана.
– Да. Подполковник Сотников, – тут же ответил чекист и продемонстрировал удостоверение.
– Капитан Вавилов, участковый. Мне сказали, найденные здесь странные предметы, это вроде как по вашей части… – неуверенно произнес полицейский.
– Всё верно. Где он?
– Миш, покажи ему… – участковый повернулся к своему коллеге в звании старлея.
Второй полицейский достал из кармана небольшой металлический шар с хорошо знакомыми Васильеву рунами и изображением крылатого существа. Сомнений быть не могло, это печать Абаддона, целая и невредимая. Не может быть!
У Алексея всё перевернулось внутри от нахлынувших жутких воспоминаний и обострившегося чувства тревоги. Значит, печать всё это время была здесь и её, в конце концов, нашли.
Васильев до этого был уверен, что все нехорошие секреты ХЗБ останутся навсегда погребенными в обрушенном подземном туннеле. Но магический артефакт, сотворивший столько зла, словно по своей воле вновь выполз на поверхность.
– Вот, – сказал старший лейтенант и протянул Сотникову в руки печать.
Подполковник ФСБ внимательно рассматривал артефакт, и по его глазам было ясно, что чекист и сам
– Где вы это нашли? – спросил Сотников.
– Рабочие случайно заметили среди обломков на просевших этажах.
Сотников еще немного покрутил печать в руках, а затем пристально взглянул на Васильева, отвел его чуть в сторонку, и тихо спросил:
– Это она?
– Да… – спустя пару секунд сдавленно ответил Алексей.
– Ты в этом абсолютно уверен?
– А по-вашему незаметно? – попытался в ответ съязвить Васильев.
Сотников вновь вернулся к двум полицейским со словами:
– Значит так, эту вещицу мы забираем с собой. А вы можете в протокол ничего не писать, мы сами разберемся.
– А что это такое, если не секрет? – осторожно спросил старлей, указывая взглядом на печать.
– Это? Да понятия не имею. Нам начальство приказало все находки изымать, а зачем – я и сам не в курсе, – убедительно соврал ему Сотников.
– Ну, как скажите. Дело ваше, – не стал возражать ему участковый.
– Спасибо. Всего доброго, – монотонно попрощался Сотников и убрал печать.
Чекисты двинули в обратном направлении к машине, а Васильев остался стоять на месте в раздумье.
– Ну, чего замер? Пошли, – обернулся и спросил у него Сотников.
– Сейчас, минуту. Я пару вопросов задать хочу, – ответил Васильев.
– Давай быстрее. Мы в машине ждем.
Офицеры Лубянки двинулись прочь с территории ХЗБ, а Алексей повернулся к полицейским и решил задать вопрос, который внезапно назрел у бывшего майора.
– А у вас тут во время сноса… трупы случайно не находили? – с едва скрываемым волнением в голосе спросил Васильев.
– Да нет вроде. А должны были? – озадаченно переспросил участковый.
– Нет, нет… Я просто так, для общего сведения спросил… – пробубнил Алексей и задумчиво взглянул на полуразрушенные этажи Ховринки.
– Если бы нашли, тут бы уже кипеш навели на всю округу. А так, пока тут эту махину ломают, никаких подобных сюрпризов не было, поверьте. Тут сами люди больше страху нагоняют вокруг этого места. А по факту – обычный бомжатник, который еще лет двадцать назад надо было снести к чертовой бабушке.
– Понятно… – Алексей с подозрением еще раз оглядел разрушенную махину Ховринки, – Ладно, до свидания…
Васильев медленно, с задумчивым видом ушел вслед за чекистами, которые уже почти добрались до своей машины. Полицейские проводили его слегка недоумевающим взглядом, а затем переглянулись между собой.
Алексей возвращался по территории ХЗБ к машине чекистов, углубленный в свои мысли.
Лучше бы они нашли там трупы Ершова, Маврина и отца Матвея. Хоть похоронить их можно было теперь по-человечески. Но нет. Из жутких недр этого проклятого места первым делом наружу выползла самая страшная и нежелательная находка. Совершенное орудие зла, которое способно призывать в наш мир дьявольские силы и проявлять в человеке самые ужасные качества. Вещь, из-за которой эта больница, по сути, и стала такой, какой её знает майор.