Чтение онлайн

– Ну, где твой сержант? – с легкой ноткой недоверия спросил один из патрульных, что был старше по званию.

В этот момент из кустов тихо вышли Васильев с Мавриным, держа наготове пистолеты.

– Да вон, прямо в кустах, поближе подойдите, – кивнул вперед Ершов, а сам остался стоять на месте.

Как только старшина подошел почти вплотную, Коля намертво схватился за его висящий на шее автомат и нанес резкий удар головой прямо в нос. Второй пэпээсник в звании прапорщика, увидев это, тут же начал хвататься за свою кобуру, но его намерения пресекли Васильев с Мавриным.

–

Стоять, не двигаться! – крикнул ему Васильев сзади.

Прапорщик в момент обернулся и, когда увидел в десяти шагах позади двух мужчин, нацеливших на него пистолеты, тут же замер. Коля в этот момент обезвредил старшину, сделав ему, уже лежащему, еще один удар в челюсть.

– Руки за голову, быстро! – приказал замершему прапорщику майор.

Тот медленно убрал ладонь от своей кобуры, а затем скрестил руки за головой. При этом прапорщик не отводил взгляда от Васильева и Маврина.

Ершов забрал автомат у старшины, лежащего без чувств, а майор в это время обезоружил прапорщика, забрав у него из кобуры пистолет.

– Вы кто такие? Вам че надо? – начал спрашивать у них прапорщик.

– Молчи! – резко оборвал его Васильев. – Ты нам не нужен. Будешь вести себя тихо – мы тебя не тронем.

Четверка борцов с нечистью делала всё очень быстро. Через пару минут еще двое патрульных полицейских были прикованы наручниками к дереву. Теперь Маврин вооружился автоматом старшины, Васильев забрал себе еще один пистолет, а Коля остался в форме того сержанта и с его автоматом. Получалось, что они убили сразу двух зайцев: устранили патруль у второго корпуса и заодно, как следует, вооружились.

Коля заклеил изолентой рот прапорщику, который сейчас был единственным патрульным, кто был в сознании. Остальные еще пребывали в отключке после нокаутирующих ударов Ершова.

– Простите, коллеги, так уж получилось, – в немного сатирической манере извинился Коля перед обезвреженными постовыми. – Нам тут мир надо спасать, а вы здесь просто оказались совсем не в тему.

– Ну, всё, пора идти, – поторопил его Васильев. – Мы и так уже много времени с ними потеряли.

– Не скучайте тут, – с улыбкой добавил Коля и пошел вслед за остальными.

Васильев шел и вглядывался в окрестности рядом с двумя корпусами ХЗБ. Пока постовых на горизонте больше было не видно. Это хорошо, теперь надо скорее пробраться в здание – там проще затаиться, даже если кто-то обнаружит в зарослях прикованных к деревьям полицейских.

– Вы знаете, как нам сейчас найти Кирилла? – поинтересовался Маврин у отца Матвея.

– Нам не надо его искать, я его вызову сам. Главное сейчас – зайти внутрь стен больницы.

Они осторожно прошли мимо двух крыльев второго корпуса, а затем Васильев остановился возле одной из арок.

– Вот, – указал он пальцем на проход во внутренний двор. – В тот раз сектанты заходили через этот проход.

– Да, это здесь, точно, – подтвердил Ершов.

Четверка направилась через арку во внутренний двор.

Сам двор был небольшим, квадратный формы, окруженный бетонными перекрытиями этажей. В самом углу в одном из перекрытий находился проход внутрь здания, именно туда четверо мужчин и направились.

Едва войдя

в здание, Ершов и Васильев достали и включили свои фонари, так как темнота была кромешная. На первый взгляд здесь была такая же обстановка, как и в главном корпусе: бетонно-кирпичные стены вдоль коридоров, разруха и полная тишина.

– Куда теперь? – спросил Маврин.

– Нужно найти лестницу в подвал, – ответил отец Матвей. – Вход в туннели должен быть там.

Священник пошел вглубь темных коридоров первым. Вслед за ним, настороженно светя фонарями по сторонам, направились Васильев, Ершов и Маврин.

К счастью, искать лестницу долго не пришлось. Она находилась прямо в конце одного из самых просторных залов на этаже. Подойдя к ней, Васильев решил, что нужно подстраховаться и раздал новые указания:

– Надо бы оставить кого-то здесь в качестве часового, пока не найдем вход в логово сектантов, – майор повернулся к Ершову и продолжил: – Колян, ты поднимайся наверх и аккуратно следи там из окна за обстановкой вокруг. Если увидишь, что в здание кто-то идет – сразу беги вниз по лестнице, к нам.

– Не вопрос, – согласился Коля.

– Когда найдем и откроем потайной вход, я выйду и сразу маякну тебе. После этого можешь спускаться к нам.

– Есть, товарищ майор, – снова отозвался Ершов.

– Всё, идем.

После этого Васильев, Маврин и отец Матвей направились по бетонной лестнице в подвальный этаж, а Ершов быстрым шагом побрел наверх.

Спустившись вниз, троица прошла через небольшую арку в стене и оказалась в просторном помещении подвала.

В целом обстановка здесь напоминала верхний подвальный этаж главного корпуса: те же низкие потолки, песочная насыпь, где валялся различный хлам, и многочисленные колонны, расположенные параллельно друг другу. Единственное отличие от главного корпуса состояло в том, что местный подвал был заметно просторнее: здесь было меньше узких коридоров и ответвлений.

– Ну что, отец Матвей, куда теперь? – поинтересовался майор.

– Пройдем чуть дальше, – ответил священник.

Они направились вглубь подвала. Прошли около пяти метров, а затем отец Матвей остановил их со словами:

– Достаточно. Сейчас не говорите ни слова, я буду призывать дух Рафа.

Маврин и Васильев кивнули и встали с двух сторон чуть позади отца Матвея. Сам священник закрыл глаза и начал тихим монотонным голосом читать нечто похожее на молитву:

– Благословенный дух раба божьего Кирилла, заключенный в сих стенах, явись нам наяву. Открой свой лик блаженный, ибо миссия твоя праведная не окончена, а свет твой несёт добро и справедливость в царстве Сатаны и злых бесов…

Дальше всё было в том же духе. Алексей и Олег иногда переглядывались друг с другом, но за время этой странной молитвы так и не произнесли ни слова, как им и велел колдун-священник.

Монолог отца Матвея длился примерно с полминуты, пока он не закончил его словами:

– Явись и помоги нам. Во имя отца, сына и святого духа.

Отец Матвей открыл глаза и начал смотреть по сторонам. Пока что ничего не произошло и Маврин с Васильевым вопросительно смотрели на священника.

– Ну, и где он?