Чтение онлайн

Когда массы чёрных пытались убежать из своего района, их встречали из темноты вспышки выстрелов и смертельный грохот автоматов Добрармии. К десяти часам вечера северный Портленд превратился в горящий сумасшедший дом. Командир ФАТПО понял, что его люди начнут дезертировать или присоединятся к грабителям, и, чтобы сохранить какое-то подобие дисциплины, был вынужден отдать приказ об отходе и возврате в казармы. Губернатор Майк Цафендас позвонил в Вашингтон и умолял прислать войска на выручку «пухлым» и тому, что осталось от злополучного портлендского бюро полиции.

В Портленде были три главных казармы ФАТПО, одна — с восточной

стороны Фостер Роуд, вторая — в северном Портленде на территории Портлендского международного аэропорта и третья — на южной стороне острова Росс на реке Уилламетт. «Пухлые» бросили позиции, отступили к транспорту, какой у них ещё оставался, и к полуночи начали движение тремя колоннами бронированных машин по улицам к своим укреплённым убежищам.

Именно тогда Добрармия ввела в бой своё третье секретное оружие, о котором ранее говорил Койл: «флот» из шести «линкоров» в стиле Сомали и Талибана, подобных командирской машине Зака Хэтфилда, — грузовиков-пикапов и переделанных внедорожников, на которых были установлены смертоносные пулемёты «Браунинг» калибра 12,7 мм.

Добрармия уже использовала несколько подобных машин со смонтированными сдвоенными пулемётами калибра 7,62 мм для проведения атак в разных местах на СевероЗападе, и в Портленде также действовали четыре таких машины, которые теперь носились по всё ещё развороченным и горящим улицам северного Портленда, стреляя по всему, что двигалось. Однако эти пулемёты калибра 12,7 мм было трудно достать, а достаточное количество патронов к ним — ещё труднее, поэтому Койл придерживал их в резерве, пока не наступил особый случай. «Линкоры» атаковали колонны ФАТПО зигзагом из боковых улиц и с тыла, и тяжёлые бронебойные пули пробивали насквозь даже блоки цилиндров двигателей и небронированные машины, а трассерные пули иногда поджигали машины и взрывали топливные баки.

Колоннам пришлось двигаться медленно, потому что головные машины поражались из РПГ, которые били из-за стен, с крыш, из-за углов и из любого походящего укрытия. Реактивные гранаты и крупнокалиберные пулемёты не причиняли особого вреда «Страйкерам» и бронетранспортёрам «пухлых», но грузовики были лёгкой добычей. Немногие из них вернулись за бетонные стены федеральных казарм. Бандитов ФАТПО, уцелевших, когда их грузовики были подбиты, и пытавшихся отступать пешком, перестреляли одного за другим или уничтожили, заманив в ловушки в тупиках, когда они терялись в непроглядной тьме улиц.

Рассвет был почти незаметен из-за висящих над городом густых облаков дыма от сотен горящих зданий. Портленд лежал в развалинах. На улицах валялись мёртвые тела и догорали скелеты грузовиков ФАТПО и полицейских машин. Портлендская полиция или побросала оружие и сбежала или отсиживалась в Центре юстиции и в своих укреплённых участках. Над головами слышались хлопки «хуп-хуп» военных и репортёрских вертолётов.

В 6 утра Койл получил сообщение, что батальон Третьей дивизии морской пехоты прилетел из Сан-Диего и приземляется в портлендском аэропорту, сопровождаемый несколькими транспортными самолётами «C-130» с танками и артиллерией. Койл решил отозвать бойцов. Взял мобильный телефон, попросил вторую порцию лазаньи и обратился к своим добровольцам: «Соратники, я восхищён и поздравляю вас с отличной работой. Мы отомстили за наших павших братьев и дали понять этим ублюдкам ЗОГ, что их ждёт в будущем. Теперь исчезайте, товарищи. Так, как если бы нас здесь никогда и не было».

Правительство

Соединённых Штатов так никогда и не обнародовало точных цифр о потерях в ходе этих событий, ставших известными как «Первая битва за Портленд». Несомненно, что погибли сотни сотрудников ФАТПО и полиции и, по крайней мере, тысяча гражданских лиц, но никто не знает, сколько точно. Имущественный ущерб был оценён в несколько миллиардов долларов: один университет Портленда был сожжён дотла и полностью списан, а почти все выжившие городские чёрные и латиноамериканцы бежали, чтобы никогда не вернуться.

Официальные боевые потери Добрармии составили 12 человек убитыми и 28 ранеными. В течение часа на улицах, заполненных дымом и трупами, не осталось никаких добровольцев, за исключением участников одной последней дерзкой операции — «щекотки».

Примерно в три часа этим утром, когда город ещё сотрясался от грохота автоматных очередей и взрывов и пылали пожары, капитан Уэйн Хилл вернулся в «Шуга Шек», где он просил Джексона о встрече с ним. Джексон прибыл вместе с Джимми Уинго и Кики Маги примерно на сорок пять минут позже.

— Как там дела? — спросил Хилл.

— Незабываемая ночь, — ответил Джексон. — Мы заставили их в беспорядке отступить везде, хотя не можем продолжать. А что у тебя?

— Возможно, есть способ завершить операцию «Фестиваль» мощным ударом, и физически и психологически, — ответил Хилл. — Вопрос: что мы пытались сделать последние четыре года, но ещё не исхитрились?

— Пронести взрывчатку в Центр юстиции, — сразу ответил Джексон.

— Верно, — кивнул Хилл. — Самое большее, что нам удалось — это выстрелить из РПГ несколько раз в главные ворота, и взорвать одну бомбу-грузовик, которая оставила на стенах из бетонных блоков чуть больше царапины. Проблема в том, что мы ни разу не смогли заслать кого-нибудь внутрь этого чёртова логова, через всю охрану и контрольнопропускные пункты, с шансами выбраться обратно, по крайней мере, 50 на 50.

Некоторые из наших шпионов там говорили мне, что они согласны пойти на всё, чтобы бы я ни попросил, но пронести оружие или взрывчатку внутрь всё ещё осталось бы большой проблемой, и это будет самоубийство для любого, кто бы ни проводил атаку. Оттуда просто нет выхода. Камеры, следящие за каждым твоим движением, даже в туалете. Колючка, посты охраны на каждом этаже, мины по периметру, бетон выше слоновьего глаза. Они даже поставили зенитки на крыше на случай, если кто-нибудь попытается повторить теракт 11 сентября 2001 года и обрушит на Центр самолёт. Из-за всех этих людей, которых в коротких кварталах центра Портленда, как сельдей в бочке, всегда слишком опасно использовать миномёты и ракеты, потому что при промахе можно взорвать или подростка, работающего в «Старбаксе» или чью-нибудь бабулю, покупающую безделушки в магазине, и СМИ никогда устанут припоминать нам это.

Мы смогли уничтожить пару бронированных фургонов и автобусов, которые привозят в Центр и развозят обратно бюрократов, человекообразных и рабочих, и несколько эскортов из аэропорта, что стало одной из причин, почему они теперь всегда пользуются вертолётами, но нам никогда не удавалось добраться до Зелёной зоны, по той простой причине, что туда и оттуда есть только один-единственный путь.

— Ну, хорошо, и ещё «Дверь доносчиков», в которую мы тоже не можем войти, — пожал плечами Джексон. — И что?