Обыграть судьбу

Давным — давно, до начала времён, когда все земли были Едиными, жил на земле очень древний народ, называвший себя Первородными. И обладал он величайшими дарами. Одним из них была способность иметь две сущности и с лёгкостью превращаться по собственному желанию в любую из них; другим — свобода выбора: пойти дорогой света или тьмы. Но, уверовав в своё величие, древний народ поддался гордыни, и случилась Великая Битва, и наступило время печали, серединного периода, когда ушли Свет и Тьма, а Стена поделила землю на две половины, на белое и чёрное — Тёмную и Светлую

империи.

*Книга Теней*. Пророчество Бессмертных. Главы 1 и 2.

И продолжалось так несколько веков. Но придёт время, когда из Тьмы родится Свет, и у потомков Первородных снова будет свобода выбора. И вернутся на землю Другие Боги, и начнётся новая эпоха Созидания, а Свет и Тьма станут как две стороны одного целого, ибо нельзя делить неделимое.

*Книга Теней*. Пророчество Бессмертных. Главы 3 и 4.

И родится не муж, но дева ведающая, в руках которой впервые откроется Жезл Жизни. За спиной её как один встанут вместе Свет и Тьма. И будут полчища мрака, пришедшие из пустоты, повержены, и Север обретёт своего короля. А следом придёт в этот мир Бог, имя которого стёрли из истории жизни. И приведёт его на эту землю бренную Ходящая в Тени, в жилах которой течёт кровь Нового Бога. И станет мир снова единым, ибо скверна поглотит всю землю, изуродует тела и отравит мраком души каждого.

И да исполнится пророчество!

*Книга Теней*. Пророчество Бессмертных. Главы 5 и 6.

А дальше лишь пустота.

Конец жизни.

*Книга Теней*. Пророчество Бессмертных. Глава 7.

Последняя страница (мелким почерком):

Надо помнить, что в ответ на плохое всегда найдётся что — то хорошее, то самое «но», которое однажды непременно позволит разрушить злой рок или снять вековое проклятие, потому что мы являемся сами творцами своей судьбы.

Тьма и Свет

Сумерки. Переход от дневного света к ночной темноте и наоборот. Сумерки бывают вечерние и утренние, но в этих землях они вечны. Здесь невозможно проследить, когда солнце заходит за горизонт, а когда вновь возвращается на небо. Здесь нет красок, всё серого цвета: небо, земля, трава, деревья. Эта земля умирала. Умирала в мучительной агонии, забирая всё живое, что было на ней. И пока это происходило, несколько государств, что находились на территории Тёмной империи, не могли прийти к соглашению, чтобы объединиться и выступить вместе в борьбе с порождениями тьмы, а самое главное — найти источник и запечатать его навеки. Никто не знал, где находится этот самый источник. Порой казалось, что он — это все земли Тёмной империи. Но это было не так. Такое место существовало.

Император тяжело вздохнул. Вот уже несколько часов он стоял возле окна и не отводил тяжёлого взора от клубившегося вдалеке сизого тумана. Сторона,

где когда — то опускалось солнце, теперь называлась в народе «проклятой» — именно оттуда зло расползалось по тёмным землям, именно там находился источник. Много веков тому назад предок заключил сделку с одной из Печатей альянса и был обманут. С тех самых пор земли Тёмной империи медленно погибали, а род императора был проклят до скончания времён. Седовласый мужчина вглядывался в горизонт, пытаясь воскресить в памяти далёкий образ восходящего солнца. «Когда я в последний раз видел рассвет?» Он не мог вспомнить. Дверь в покои приоткрылась.

— Ваше Императорское Величество, — в комнату вошёл Адавар Де’Альмарон. Он в почтительном жесте сложил руки на груди и низко склонил голову, тихо произнёс: — Мне передали, что вы вызывали меня.

— Полно тебе, друг, — император обернулся и стремительно подошёл к письменному столу, из вороха бумаг достал нужный документ и подал мужчине. — Вот, ознакомься. — Указал рукой на кресло, стоявшее напротив: — Присаживайся, — а сам снова вернулся к созерцанию унылого пейзажа за окном. — Вот уже несколько лет длится противостояние между Тёмной империей и Фириат. Что я только не предлагал за часть земель на юге их государства, но неизменно получал отказ. И вот теперь они присылают условия, на которых готовы подписать с Тёмной империей соглашение, — император посмотрел на мужчину, сидящего в кресле и внимательно изучающего документ.

— Союз между Вашей дочерью и наследником Фириат? — Адавар удивлённо приподнял бровь. — У меня просто нет слов, — шумно вздохнул, встречая тяжёлый взгляд императора. — Писать такое по меньшей мере странно, а если сказать точнее — глупо.

— Да, друг мой. Мне снова отказали, но в этот раз сделали это хитро и навсегда, — император подошёл к столу, устало опустился в кресло. — Прекрасно всем известно, что у меня нет дочери, у меня вообще нет детей, и даже если когда — то такое случится, это будет означать закат моей жизни, — он тяжело вздохнул. — Рождение наследника как смертный приговор.

Да. В этом и состояло проклятие императорского рода. Рождался всегда один ребёнок — всегда мальчик, и пока рос наследник, император медленно угасал. По истечении двадцати одного года император умирал, а на его место заступал наследник, как две капли воды похожий на предшественника. Со временем люди и нелюди стали считать, что император живёт вечно, но это было не так.

— А что вам мешает сделать так, как делали ваши предки? Взять под личное покровительство девушку из влиятельного рода, оформить документы, признать названной дочерью и выдать замуж за наследника Фириат. А семье этой девушки в качестве компенсации пообещать кусок земли на юге страны для безопасного проживания и ваше вечное расположение.

— Я слишком долго живу; ни в одной знатной семье нет дочерей подходящего возраста, все уже давно замужем.

— Да, к сожалению, у меня тоже нет дочери, — Адавар загадочно улыбнулся, — но зато у меня есть внучка.

— От которой ты отказался, друг мой, — император скептически приподнял бровь. — Ещё много лет тому назад.

— Я отказался, а вы нет, — на лице Адавара блуждала улыбка. — Вы пожалели бедную сиротку, взяли под своё покровительство. Решения императора не подвергаются осуждениям.