Обсидиан
Шрифт:
Он остановился, и я, преодолев небольшое расстояние, рухнула на землю. Мы достигли почти окраины леса.
Он навис надо мной.
– Говори, где он.
Задыхаясь, я уперлась разодранной ладонью в траву.
– Нет.
Его нога в ботинке с размаху пнула меня в бок. Я знала, что что-то сломалось. Нечто очень серьезное, потому что почувствовала, как под одеждой потекло что-то горячее и влажное.
– Скажи мне.
Морщась, я подтянула колени к подбородку. Холод, исходивший от его естественной формы, пронизывал меня до самой души. Барак придвинулся ближе.
«Есссть
Аэрум снова вцепился в мое горло, поставив меня на кончики пальцев ног. Наклонившись, он грубо притянул меня к себе. Его лицо, застывшее в сантиметре от моего, поглощало весь мой мир.
«Я могу высосать твое сознание, высушшшить до нитки, пока твое сердце перессстанет битьссся. Скажжжи мне, где он».
Я не проявляла храбрости, но выдать Деймона этому убийце… никогда. Если Барак расправится с Деймоном, следующей его жертвой будет Ди. Я никогда не смогла бы с этим жить. Я была не настолько слабой или малодушной. Ди не станет жертвой, потому что мне не хватило духу держать язык за зубами.
Я не произносила ни слова.
Он отклонился и воткнул свою руку в область моей грудной клетки. Я могла это чувствовать – его тенистую ладонь внутри себя, превращавшую каждую клеточку моего тела в лед. То малое расстояние, которое нас разделяло, совсем исчезло. Воздух из моих легких вырвался наружу, и после этого я уже не могла вдохнуть. Мои легкие сжались, а Аэрум продолжал дышать моим воздухом. Обжигающая боль в горле и легких за секунды превратилась в удушающее пламя, распространяясь по всему организму.
Каждая клеточка в моем теле кричала, умоляя об освобождении, пока мое сердце, сбиваясь с ритма, рвалось из груди. Он крал у меня не просто драгоценный кислород, он лишал меня самой жизненной энергии. Я теряла силы. Затапливавшая меня с головой паника не помогала. Мои руки онемели, и здоровая рука безвольно болталась вдоль тела.
Все вокруг замедлилось, боль начала притупляться. Я едва чувствовала, как его пальцы разжались на моем горле, но я не могла двигаться. Его сила держала меня прикованной к нему, пока он высасывал из меня жизнь. Барак говорил что-то, но я больше не разбирала слов, потому что чувствовала себя слишком уставшей, слишком отяжелевшей. Только ощущение острой боли в области грудной клетки все еще заставляло меня оставаться в сознании.
Мои глаза закрылись сами собой, и я почувствовала, как он сделал очередной жадный вдох. Боль затопила меня с новой силой. Что-то хрустнуло во мне, порвалось, как рвется струна, когда ее натягивают слишком туго. Вспышка бледно-голубого света ослепила меня сквозь закрытые веки, и оглушающий рев ударил по моим ушам.
Ко мне приближалась смерть.
Смерть звучала болезненно, зло и безнадежно.
Не умиротворенно.
Я подумала, что это было несправедливо. После всего, что случилось, разве не могла смерть встретить меня с распростертыми теплыми объятьями и образом отца, ждущего у порога?
Без какого-либо предупреждения чье-то тело врезалось в нас, отбросив меня в сумасшедшем прыжке на
Из горла Деймона вырвался яростный рык, когда он поднялся, возвышаясь надо мной, как ангел возмездия, поглощенный ослепляющим светом.
29
Безумный смех Барака отдавался эхом и вибрировал в моей голове.
– Ты пришел умереть с ней? Идеально. Это настолько сильно все упрощает... потому что, боюсь, я уже успел ее сломать. – Ослепляющий свет, исходивший от естественной формы Деймона, не давал Бараку полностью раствориться во мраке.
– А она не дурна на вкус, - со свистом продолжал издеваться Аэрум.
– Не такая деликатная, конечно, как Лаксены… ее вкус совсем другой, но все же… стоит потраченного времени.
Приземлившись в шаге от Барака, Деймон отшвырнул его на несколько метров одним сильным ударом света.
– Я убью тебя.
Барак перекатился на спину, чуть не задохнувшись от смеха.
– Ты думаешь, что можешь со мной справиться? Я поглощал гораздо более сильных, чем ты.
Яростный рык Деймона заглушил то, что Барак собирался сказать дальше, влепив в него еще один световой заряд. Я чувствовала, как земля подо мной затряслась, пока пыталась приподняться на локтях. Каждое движение, неважно насколько незначительным оно было, посылало по всему телу невыносимый поток боли.
Я чувствовала, как мое сердце пыталось биться. Вспышки света танцевали вокруг мрачного силуэта Аэрума.
Они обменивались ударами, даже не приближаясь друг к другу. Яркие, огненные шары формировались на кончиках пальцев Деймона, устремляясь в сторону Барака, и пролетали мимо, растворяясь в воздухе, прежде чем успевали врезаться в деревья. Весь мир горел янтарно-золотыми красками. Янтарь трескался в воздухе, угасая до того, как успевал опасть на траву.
Каждый удар заставлял землю содрогаться, отбрасывая меня назад лицом вниз в мокрую скользкую траву. Приподнимаясь, я снова смотрела, как потоки света полыхали над полем, словно падающие звезды, и врезались с невероятной скоростью в землю. Свет метался между Деймоном и Бараком, со свистящим шипением угасая в воздухе всякий раз, когда достигал меня.
Теплые руки схватили меня за плечи и приподняли вверх.
– Кэти, скажи что-нибудь, - молила Ди.
– Пожалуйста, скажи что-нибудь.
Ничего не случилось, когда я попыталась открыть рот. У меня не получалось сказать ни одного слова.
– О, мой Бог, - Ди рыдала, и слезы потоком катились из ее красивых глаз, капая на мою почти бездыханную грудь. Она притянула меня к себе тонкими руками, пока звала своего брата.
Деймон отвлекся от столкновения в тот же момент, что и Барак. Через мгновение, черное ядро врезалось прямо в нас, отшвырнув Ди прочь. Она закричала от боли, перекатываясь на колени. Когда она подняла голову, ее глаза полыхали ярким светом. Она спружинила, поднявшись на ноги, и ее человеческая форма растворилась, переходя в искрящийся свет.