Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Общество самоубийц
Шрифт:

— Если ты так все это ненавидишь, всю эту систему, то зачем ты вернулся? — не выдержала она. — У меня теперь своя жизнь, которую я создавала много лет, жизнь, о которой ты ничего не знаешь. Если ты настолько все это ненавидишь, я не понимаю, зачем ты вообще пришел?

Он ничего не сказал. Они пошли дальше. Щеки у Лии пылали, несмотря на холод. Она жалела о вырвавшихся словах и потому, когда отец нарушил молчание, обратив ее внимание на невероятную белизну пуделя, которого выгуливали неподалеку, отреагировала с преувеличенным восторгом.

— Так ты любишь собак? — поинтересовался

Кайто с удивленной улыбкой.

Лия ни разу об этом раньше не задумывалась, но сейчас кивнула.

— У меня когда-то была собака, ты знала? До того, как ты родилась — боже, да тогда даже Сэмюэл еще не родился. — Он усмехнулся. — Мы с твоей матерью только поселились вместе — тогда еще можно было позволить себе дом в Центральных округах на зарплату одного человека. Его звали Пивз. Милее пса я в жизни не видал. У нашего друга был ребенок лет четырех или пяти. Они обычно приходили к нам обедать в субботу. И Пивз позволял этому малышу сидеть на своей спине, словно на лошади, представляешь? Ребенку это нравилось, он вечно дергал беднягу Пивза за уши. У него были такие длинные висячие уши, какая-то помесь голден-ретривера.

— Собаки — это полезно, — сказала Лия. — Исследования показали. Снижают уровень кортизола. Но только определенные породы, есть список.

Отец рассмеялся:

— А другие породы что, повышают кортизол?

— Ну наверное.

Лия напряглась — отец опять насмехается! — но потом внезапно осознала, как абсурдно то, что она сейчас сказала, и улыбнулась.

История про Пивза была только началом. Что-то она сдвинула в Кайто, и пока они гуляли, он начал рассказывать Лии и другие истории.

— Когда я встретил твою мать, у нее был бойфренд. Нигериец. Сын друзей ее родителей. Такой, знаешь, классический образцовый мальчик. Инженерный диплом, престижный колледж — все как у нее. Богатая семья, большое будущее — словом, идеальная партия. И вот в тот вечер Уджу пришла с ним на вечеринку. В шикарном вечернем платье с открытыми плечами. И один рукав этого платья все время соскальзывал. И она все время его поправляла, но, знаешь, так непринужденно, словно ничего не могло быть естественнее, словно так и надо. Без наигранности, без кокетства. Уджу превосходила красотой многих женщин. Но главный секрет ее обаяния был в другом. Она умела слушать и легко вызывала собеседника на искренность. После общения с ней люди начинали верить в себя и смотрели на мир другими глазами. Это самая невероятная женщина, которую я знал.

Чем дольше они гуляли, тем больше отец вспоминал. Истории переполняли его. Никакой очевидной связи между ними не было — он перескакивал туда-сюда в пространстве и времени, но это, кажется, совершенно его не заботило.

Постепенно Лия заметила, что все его воспоминания относились ко времени до его ухода. Про детство Лии, про то, что случилось до ее рождения. И ни слова о том, что происходило дальше. Ни слова о том, что он делал после того, как ушел.

Вдруг Кайто остановился и удивленно охнул.

— В чем дело? — Лия обернулась к нему.

Отец смотрел на тротуар куда-то перед собой.

— Убрали, — сказал он.

Лия озадаченно огляделась. В том месте, где

они остановились, не было решительно ничего примечательного.

Отец качал головой, все еще разглядывая пустое пространство перед собой. Наконец он спрятал в карман руку, которую было прижал к губам от удивления. Лия впервые заметила, какие большие у него стали уши — мочки почти доходили до обмотанного вокруг шеи шарфа. Ее собственные уши на морозе казались ей тугими и маленькими.

— Ну да, разумеется, его убрали, — вздохнул отец. — Это я сглупил.

— Что убрали? — спросила Лия.

— Ты не помнишь. Ну конечно, не помнишь, тебе лет девять, наверное, было. Мы сюда ходили днем по воскресеньям, когда у твоей матери были встречи Общества любителей книги. Брали по одному для тебя, для меня и для Сэмюэла.

И вдруг она вспомнила, как подтаявшее мороженое стекало по стенке вафельной трубочки и между пальцами. Как она старалась слизать его как можно быстрее, а отец и Сэмюэл ей аплодировали. Сладкий, холодный, восхитительный вкус шоколада.

Если дожить до ста лет, память начинает работать странным образом. Надежнее всего в ней застревает то, что случилось в раннем детстве. Именно эти воспоминания являются краеугольным камнем, намертво встроенным в архитектуру ее сознания.

Поэтому Лия прекрасно помнила, как ей под ногти попала засохшая жевательная резинка, прилепленная под дубовым обеденным столом. Помнила сладкий вкус мыльных пузырей, которые она пыталась поймать языком. Помнила, что от Сэмюэла всегда пахло деревьями, а от матери дождем.

И сухой кашель, рвущийся из горла, невыносимое першение, из-за которого она как-то целую ночь не могла заснуть. И как ее однажды укусил огненный муравей на пляже в Индонезии — тогда еще не было официальных рекомендаций не ездить в страны, не подписавшие Закон о святости жизни, — и руки у нее распухли, как бревна, а лицо раздулось, покраснело и невыносимо чесалось. И резкую боль, когда сдираешь ноготь на ноге, почерневший после того, как побегаешь в слишком тесных туфлях.

Забывала она то, что происходило на широких просторах взрослой жизни. Чем старше она становилась, тем быстрее пролетали годы и тем меньше впечатлений оставляли события. Детали взрослой жизни она помнила в общих чертах, а не в подробностях. Она знала, где работала, с кем встречалась, что делала за последние лет семьдесят. Но она это помнила как абстрактные факты, а не как кисловатый запах дыхания любовника или горечь унижения из-за первой потери клиента. Она, например, полностью забыла подругу, с которой вместе училась в университете, а потом еще лет двадцать часто общалась.

Иногда Лию пугало, что она потеряла так много, хотя это и считалось вполне нормальным: большинство ее знакомых тоже успели забыть большую часть своей жизни. Но вот детство оставалось с ней всегда — надежное, аккуратно расставленное по порядку событий. Она помнила миллион подробностей. И потому странно и тревожно было осознать, что пропали какие-то важные детали. Вкус шоколада — холодный и идеальный. А вместе со вкусом вернулись шелест ветвей деревьев, ветер в лило, худая гладкая ладонь в ее руке. Глаза ее брата.

Поделиться:
Популярные книги

Идеальный мир для Демонолога

Сапфир Олег
1. Демонолог
Фантастика:
юмористическое фэнтези
попаданцы
аниме
фэнтези
5.25
рейтинг книги
Идеальный мир для Демонолога

Пламенев. Книга XIV

Карелин Сергей Витальевич
14. Пламенев
Фантастика:
аниме
уся
сказочная фантастика
фэнтези
фантастика: прочее
5.00
рейтинг книги
Пламенев. Книга XIV

Судьба

Золотарёв-Якутский Николай Гаврилович
Проза:
историческая проза
советская классическая проза
5.00
рейтинг книги
Судьба

Тринадцатый VI

NikL
6. Видящий смерть
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Тринадцатый VI

Магнатъ

Кулаков Алексей Иванович
4. Александр Агренев
Приключения:
исторические приключения
8.83
рейтинг книги
Магнатъ

Статьи

Шмеман Протоиерей Александр
Религия и эзотерика:
православие
христианство
религия
5.00
рейтинг книги
Статьи

Тихие ночи

Владимиров Денис
2. Глэрд
Фантастика:
фэнтези
боевая фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Тихие ночи

Курс 1. Декабрь

Фокс Гарри
4. Маркатис
Фантастика:
аниме
фэнтези
сказочная фантастика
5.00
рейтинг книги
Курс 1. Декабрь

100 легенд рока. Живой звук в каждой фразе

Цалер Игорь
Документальная литература:
биографии и мемуары
7.50
рейтинг книги
100 легенд рока. Живой звук в каждой фразе

Очерки истории российской внешней разведки. Том 3

Примаков Евгений Максимович
Научно-образовательная:
история
cпецслужбы
военная история
5.00
рейтинг книги
Очерки истории российской внешней разведки. Том 3

Избранное

Лукницкий Павел Николаевич
Проза:
советская классическая проза
5.00
рейтинг книги
Избранное

Будь что будет

Генассия Жан-Мишель
Большой роман
Проза:
роман
рассказ
повесть
5.00
рейтинг книги
Будь что будет

Князь Андер Арес 2

Грехов Тимофей
2. Андер Арес
Фантастика:
рпг
аниме
фэнтези
фантастика: прочее
5.40
рейтинг книги
Князь Андер Арес 2

Ричард Львиное Сердце: Поющий король

Сегень Александр Юрьевич
Проза:
историческая проза
5.00
рейтинг книги
Ричард Львиное Сердце: Поющий король