Чтение онлайн

Затем неизбежно наступал период насыщения. Знаменовался он тем, что «птенец», успевал пережевывать пищу до её проглатывания, а в редких случаях даже забывал подбирать со стола хлебные крошки.

Ближе к августу период «жора» возобновлялся вновь. Это природа брала свое. Игоряшка, как почувствовавший холода молодой медвежонок, готовился к очередному сезону зимней спячки, который неумолимо приближался в связи со скорым завершением очередного лета. Москва уже звала своего блудного сына. Москва ждала его.

Ясным,

теплым утром, как раз на стыке двух последних периодов пребывания на бабушкиных харчах, Игорь был раньше обычного предательски разбужен наглым солнечным зайчиком, пробивавшим себе путь сквозь неплотно закрытые шторы.

Бабушка возилась с керогазом на летней веранде. На дощатом порожке стояла корзина, почти доверху заполненная грибами. Старушка с утра уже успела пробежаться по лесу. Игорь любил жареные грибы до трясучки.

– Ого! – обрадовался он, – Сегодня много принесла, а то я вчера не наелся. Сегодня МНОГО! Молодец бабуль! Сегодня мы и тебе грибов дадим. Да? Андрюха!

– Угу!

– Бабушка! А жрать скоро будем?

– Сейчас, сейчас милые мои. Вот кашка дойдет…

– Кашка!? – возмутился «гость». – Какая кашка?! Грибов хочу!

– Грибки чистить нужно, отварить, обжарить, а я только из леса вернулась, – виновато оправдывалась бабушка.

– Хочу грибов!

– Ешьте пока кашу, – выставила на стол горячую кастрюлю старушка, – а я скоро. Минуток через сорок грибки будут готовы. Андрюш разлей по тарелкам.

Бабушка, подхватив ведро, трусцой побежала на колодец. Андрей покрутил головой, но половника не нашел, да и лениво было искать. А рядом стоял и гундосил о несчастной, голодной доле его прожорливый двоюродный братец.

– Фиг с ним! Будем, есть по-солдатски, – решил старший

– Это как? – удивился младший.

– Прям из котелка. Бери ложку – наворачивай!

Оба взялись за ложки, Андрей размеренно и степенно, Игорь суетливо и с опаской, что каши на всех не хватит.

– У! Манная! Жидкая! – разочаровано протянул он, – да ещё и мало…

Ложка ворвалась в мягкое, покрытое золотистой корочкой нутро кастрюли, взлетела вверх к губам, и … с грохотом отскочила в угол. Помещение разорвал нарастающий рев обиженного бегемота. Уж чего-чего, а вопить Игорь умел.

– Что случилось? – искренне удивился Андрей.

– Горяячааяяя, – простонал братец, громко отдуваясь. Теперь он походил на маленького дракончика

– Не спеши чудак! Дуть нужно.

Но дуть не получалось никак, слишком велико было желание.

– Так не честно! – сдался, наконец, Игорь – Нечестно! Ты ешь, мою долю!

– Хорошо, – подумав немного, предложил старший брат, – Давай по-другому. Я провожу черту, прямо посередине кастрюли и ем кашу только со своей половины, а ты подожди, пока ни остынет твоя. Идет?

– Я буду следить.

Процедура слежения была мучительной.

Мало того, что слюни пузырились у рта бесполезной пеной, так ещё и всякие смутные сомнения одолевали голодного гостя. Андрей тем временем разошелся не на шутку, махнет ложкой посредине, обновит черту и черпает со своего бока, махнет, и черпает, дунет и в рот. Сомнения и подозрения материализовались в факт обмана довольно скоро, а именно в тот момент, когда ложка начала стучать по дну. Черта оставалась на месте, а каша, поскольку жидкая, была съедена в одно лицо почти до основания.

Дракончик снова трансформировался в бегемота и его рев повторился с новой силой. Была даже предпринята попытка физического демарша, но она оказалась подавленна в зародыше более сильным и сытым противником.

На рев сбежались все домашние: куры, кот и, конечно же, бабушка.

– Ах, Андрюша, Андрюша! – всплеснула она руками, быстро разобравшись в ситуации.

Бабушка попыталась обнять и утешить «обиженного лишенца», но тот, надув щеки, убежал в огород.

– Ивановна! – противно заверещало что-то со стороны улицы. – Ивановна!

Это пришла соседка. Бабушка поспешила на зов, и как говорится «зацепилась языком». Андрей побродил точно неприкаянный по двору, но чувство вины не давало ему покоя, требовало искупления. К тому же одолевала скука. Мальчишка направился мириться с братом.

– Может, постреляем из арбалета? – услужливо предложил Андрей.

– Не! Неохота. Кто мою любимую стрелу на крышу запулил?!

– А пойдем достраивать командный пункт на свинарнике?

– Нет уж! Мы с тобой в прошлый раз там крышу проломили…. Увидят – отец убьет.

По небу плавно плыли нежные и ласковые облачка, шелестели листвой бесплодные в этом году яблони, а от соседнего забора настойчиво веяло навозом. Вокруг жизнь била ключом и дело для двоих активных молодых людей, к тому же отнюдь не обделенных воображением, находящихся в том нежном возрасте, когда скука противоестественна, нашлось само собой.

Ребята с надеждой осмотрели окрестности, их взгляды, не сговариваясь, остановились на затянутом по периметру вольере, где радостно и звонко паслись молодые бройлерные курочки и петушки. Гордость отца. В этом году смертность среди цыплят была как никогда низкой….

– Какие они несчастные! Грязные.

– Ага! Не мылись, наверное, с месяц. Помоем?

Два раза предлагать не пришлось. Гревшаяся на солнце вода в ведре пришлась как нельзя кстати.

– Приготовьте больного. Ассистент скальпель, – старший уверенно повторил фразу, услышанную в одном из кинофильмов, и стал аккуратно закатывать рукава у рубашки.

– Кур. Кур. Сейчас мы все гавно с вас смоем. – Глядя на брата, потирал руки младший, – Кур! Кур! Курочки мои. Будете у нас красивыми! Красивее соседских….