Обряд
Шрифт:
Владимир повернулся к ней лицом.
— Вы правда думаете…
Она не позволила ему договорить. Шагнула вперёд, обняла и поцеловала. Так, что Владимир только чудом устоял на ногах. Едва успел вернуть “индульгенцию” на стол.
* * *
Владимир попятился, едва она его отпустила, и уселся на диван. Агата шагнула к нему и уселась Владимиру на колени. Протянула ладонь и погладила по голове.
— Такое не подделать, — заметила она. — Я вас уже обнимала, вспомнила ощущения. И целовала тоже, да?
— Было два раза, — заметил Владимир,
— Конечно нет, — согласилась Агата и, вновь придвинувшись, поцеловала его. И не было сил ни оттолкнуть, ни сопротивляться… и снова рассудок на несколько секунд куда-то делся. — Суд был бы на моей стороне, не сомневайтесь.
— Получается, что самое надёжное — убить вас, — кивнул Владимир, когда сумел снова говорить. Агата покивала в ответ с серьёзным видом, и поцеловала в третий раз. На этот раз ясность мышления почти не пропадала. И отпускать Агату не хотелось, но пришлось.
— Но вы же не знаете, сколько я ещё успела бумаг написать, и куда именно их дела? — сочувственно посмотрела Агата, держа Владимира за плечи.
— Но вы же мне скажете, где они? — Владимир и глазом не моргнул. — Паяльник, утюг и тиски у меня точно есть. Насчёт наручников и паяльной лампы не уверен.
Агата вновь покивала со всей серьёзностью — и случился четвёртый поцелуй. Самый долгий.
— Умеете уговаривать, — заключила Агата, вновь отстранившись, и… расхохоталась. Владимир к ней присоединился. Они не сразу сумели успокоиться — долго сидели, смахивая с глаз слёзы и глядя друг дружке в глаза.
— Мы с вами стоим друг друга, — сообщила Агата, вставая с его колен и протянула ладонь — помогла подняться на ноги. — Оба психи. И вы обалденно целуетесь. Слушайте, я сейчас скажу, а то тяму не хватит. Можно у вас пожить ещё немного? У вас нет девушки, я знаю. Хотя бы пару дней! — взгляд её стал умоляющим. — Я правда не хочу в психушку!
— Оставайтесь, — согласился Владимир. — Тогда придётся какой-то минимум вещей вам купить.
— Можно попросить вас съездить ко мне домой? Возьму самое необходимое. Мне одной страшно! — Агату передёрнуло.
— Давайте, — согласился Владимир и посмотрел на часы. Седьмой час вечера. Насыщенное выдалось воскресенье.
— Куда-то спешите? — тут же спросила Агата.
— Нет, — покачал головой Владимир. — Просто не верится, что уже вечер. Да, давайте сейчас и съездим.
* * *
Ехать было минуты три — но вдруг там вещей будет порядком. Дома у Агаты оказалось просторно, чисто и светло. И порядок — Владимир в очередной раз немного устыдился за собственный беспорядок. Вроде воздух свежий, солнечно… а в квартире было не по себе. Непонятно почему.
— Я сейчас! — пообещала Агата. — Холодильник заодно проверю, там могло уже что-то пропасть.
И одежда у неё в прихожей почти вся в тёмных тонах. Готка, что ли? Хотя вряд ли, квартира в светлых тонах. И действительно, ходишь по ней, и словно холодком по
Владимир не сразу заметил. В гостиной, у одной из стен померещилась дверь, замаскированная под стену. Владимир помотал головой, шагнул влево, вправо… Точно, как та дверь “под кирпичи” в закутке Управы. Подошёл, присмотрелся — если не знать, где искать, и не найдёшь. Ручки нет — как её открывают?
— Агата, что это за дверь? — позвал Владимир в конце концов. Агата появилась из кухни, вытирая руки о полотенце.
— Какая дверь? — удивилась она. — Здесь нет…
Владимир нажал рукой на стену — край двери — и она со звонким щелчком приоткрылась.
— Сдуреть! — покачала головой Агата. — Чулан?? Но я же здесь полный ремонт делала, даже стены малость переставляли! Не было чулана! И что там?
Владимир осторожно потянул дверь в сторону. Действительно, похоже на чулан. Стеллажи — пустые. Лампочка под потолком — зажглась, едва внутрь вошли. Единственный предмет — чёрный чемодан на колёсиках.
— Там что-то есть! — Агата выкатила чемодан наружу. — Кодовый замок! Интересно… — Она повращала колёсики замка минуты две, и замок отщёлкнулся. — Сдуреть! Один из моих кодов подошёл! — Она решительно откинула крышку чемодана, прежде чем Владимир успел вмешаться.
Чемодан заполнен на две трети. Коробки, пакеты. Похоже, одежда и обувь. Владимир сразу узнал ботинки “Ultimum”, а что в остальных пакетах — неясно. Глаза Агаты округлились.
— Ничего уже не понимаю, — призналась она. — У меня такие же ботинки. Суперские — ноги не преют, не устают, грязь не пристаёт. Не помню, где взяла, если честно. А это что, запас? То есть у меня и вправду провалы в памяти… — задумалась она. — Возьму с собой, — решила Агата. — У вас и разберу, можно, да? — Владимир кивнул. — Всё, я закончила, можно уходить. Поможете донести?
* * *
— Это на хозяйство. — Агата положила на комод в гостиной стопку банкнот. — Вы уже и так на меня потратились. Нормально?
— Нормально, — согласился Владимир.
— Готовить не умею и не буду, — заявила Агата. — Могу по хозяйству помогать. Заодно ваш бардак маленько разгребу, если не возражаете. Так пойдёт?
— Пойдёт, — покивал Владимир. Быстро всё происходит, подозрительно быстро.
— Слушайте, я понимаю, как это выглядит. — Агата подошла к нему вплотную. — Я не могу так сразу. Вы мне очень нравитесь, и я как будто всю жизнь вас знаю. Но я так не могу. Без обид?
— Без обид, — согласился Владимир. — Только если оба захотим. И без индульгенций, хорошо?
— Да, порвите её к чертям, — согласилась Агата. — Глупая была идея.
Владимир прошёл в спальню — Агата шла следом. Он порвал “индульгенцию” надвое, сложил половинки и порвал ещё раз — и бросил на стол.
Агата взвизгнула и отпрыгнула прочь — вновь поползли четвертинки, сворачиваясь и шурша, и вот он, целенький лист. Ни надрыва, ничего.
— Что-что-что это было?! — Лицо Агаты белее мела. — Порвите его ещё раз!