Обретение ада
Шрифт:
— Не сомневаюсь, — очень серьезно сказал Дроздов.
— У вас все? — спросил Беликов.
— Да, — подтвердил приехавший гость.
— Значит, так, — громким голосом подвел итог командующий, — я получил устное указание министра обороны оказать приехавшим всяческую помощь.
Подчеркиваю — всяческую. Генералов Сизова и Дранникова прошу задействовать свои службы для успешного расследования обстоятельств смерти резидента КГБ. Генерала Матвеева прошу подготовить свои службы и отделы к организации проверки любого объекта, на который будет указано прибывшими из Москвы гостями. Никаких
— Разумеется, — подтвердил Дроздов.
— Теперь насчет финансовой отчетности. Кто у вас занимается финансами? — спросил Беликов у Матвеева.
— Начальник отдела майор Евсеев, товарищ командующий, — четко, по-военному ответил уже несколько пришедший в себя генерал Матвеев.
— Где он сейчас?
— Улетает утром с деньгами в Москву, товарищ командующий. В связи с обменом денег.
— Когда прибудет?
— Завтра.
— Хорошо. Скажите, чтобы подготовил всю документацию. Приехавшие ревизоры наверняка захотят все посмотреть.
— Я думаю, не все, — вмешался Дроздов, — только выборочно.
— Для этого и нужно все подготовить, — кивнул Беликов. — Все свободны.
Сизов и Матвеев вышел первыми. И вместе спустились вниз, выходя на улицу, так ничего и не сказав друг другу — Виктор Михайлович, — громко попросил Матвеев, — может, я поеду на вашей машине? Я хочу послать своего адъютанта к майору Евсееву.
Сизов молча кивнул.
Оба генерала сели в машину, и водитель Сизова плавно отъехал от штаба.
— Что ты про все это думаешь? — нервно спросил Матвеев. Сизов молча показал на своего водителя. Он доверял этому прапорщику, но есть вещи, которые лучше не обсуждать даже в присутствии тех, кому доверяешь. «Предают только свои», — любил повторять Сизов. На людях и по телефону они всегда обращались только на «вы», подчеркивая некоторую отстраненность друг от друга.
Ему шел уже пятый десяток, но это был высокий, красивый хорошо одевающийся мужчина, с всегда уложенными и коротко подстрижеными волосами, едва тронутыми сединой. Резкие волевые черты лица делали его привлекательным для женщин. Сейчас Сизов показал на водителя жестом, попросив Матвеева замолчать.
— Коля, — попросил он водителя, — давай к парку Сан-Суси.
Водитель кивнул головой. Он знал, что генерал любил гулять в этом парке. Через пятнадцать минут они были на месте. Генералы вышли из машины и пошли к фонтанам. Редкие прохожие с удивлением смотрели на генеральскую форму Матвеева, спешившего за Сизовым. Только когда они отошли достаточно от машины, Виктор Михайлович молча процедил:
— Главное — не суетиться понапрасну, генерал.
— Тебе легко говорить, — возразил Матвеев, — а начнется проверка, и меня сразу схватят за жопу. Сизов поморщился.
— Еще ничего нет, а ты уже наложил в штаны.
— Иди ты к черту! — разозлился Матвеев. — Я знаю, как они проверяют.
Приедет целый полк проверяющих, и все до винтика подсчитают. А у нас твоих неучтенных денег несколько сот миллионов.
— Это ты сам виноват, — заметил Сизов, — я тебя предупреждал, что будет реформа. А ты со своим умником Евсеевым все отмахивался. Считали, что я паникую. Так вам и надо.
— Я
— С ума сошел? — раздувая ноздри от бешенства, спросил Сизов. — Это твои деньги, что ли? Комиссия, может, их и не найдет. А до нас с тобой быстро доберутся. И вот тогда ты действительно останешься без своей задницы.
— А тебе ничего не будет? — с вызовом спросил Матвеев.
— И мне будет нехорошо, — признал Сизов, — поэтому давай не паниковать, а что-нибудь придумывать.
— Каким образом? — плачущим голосом спросил Матвеев. — Ты хоть представляешь себе, что это такое? Такой объем? Куда я их дену, все эти ящики с деньгами? Да и на счет какой-нибудь не успею зачислить. Просто никто не примет.
— Какой счет? — не понял Сизов.
— На банковский счет, — пояснил Матвеев, — здесь, в Германии, их только мы можем принять. Или какая-нибудь фирма, торгующая с нами, которой нужно такое количество новых советских денег.
— Торгующая с нами? — задумчиво переспросил Сизов. — Кажется, я знаю такую фирму. Который час?
— Уже половина шестого.
— Мне нужно будет срочно связаться с Волковым, — решил Сизов, — возможно, я сумею найти такую фирму.
— А Волков действительно улетел в Москву?
— Конечно. Я его послал туда заранее, встретить твоих людей. Он должен был прилететь с ними. Теперь нужно решить, куда пойдут эти деньги. А вместо них на счет в банке будет зачислена валюта в немецких марках. Такой вариант подходит?
— Только не в немецкий банк, — попросил Матвеев, — в любую другую страну пусть переводят.
— Это мы решим, — отмахнулся Сизов, — значит, самолет должен прилететь с деньгами обратно в Берлин. Но сами деньги не должны вернуться к вам. Верно?
— Все правильно.
— Хорошо, генерал. Мы что-нибудь придумаем. У нас, кажется, есть такая фирма, которой очень понадобятся советские деньги. И в большом количестве, — повторил он.
— Виктор, — вдруг спросил Матвеев, — я хотел у тебя узнать. Это очень серьезно…
— Что-нибудь еще? — насторожился Сизов.
— Как погиб Валентинов?
— Откуда я знаю? Ты ведь слышал, что сказал наш гость. Его убили в Праге.
— Ваши ребята тут ни при чем?
— Да ты что! — почти искренне возмутился Сизов. — Разве мы пошли бы на такое?
— Ладно, — махнул рукой Матвеев, — считай, что я тебя ни о чем не спрашивал.
Они повернулись и пошли к машине. Сизов подумал, что впереди у него будет долгая ночь.
Лэнгли. 25 января 1991 года
В кабинете у Эшби на этот раз собрались все — сам хозяин кабинета, руководитель советского отдела Милт Берден, прилетевшие Уильям Тернер и его напарник Томас Райт и Арт Бэннон. Ждали заключения экспертизы, которая должна была определить идентичность нынешнего Кемаля Аслана тому, прежнему, до того, как этот бывший гражданин Америки попал в катастрофу. Но уже по предварительным результатам было ясно, что фотография и нынешний Кемаль Аслан имеют мало общего. И из этого нужно было исходить, обсуждая вопрос, что делать с агентом КГБ.