Обреченность
Шрифт:
Я отпираю дверь перед собой, прежде чем стягиваю кожаный костюм с лодыжек и бросаю на пол. Обнаженный, я спускаюсь по лестнице в «игровую» в подвале.
Это место однажды было нашим адом. Комната, куда отец бросил нас и лишил жизни. Та же, где я лежал в позе эмбриона напротив гниющего трупа нашей матери на протяжении череды дней и рыдал в её пропитавшуюся кровью кожу.
Это комната, где Коул пообещал мне месть.
Теперь это место, где мы разделяем исследование наших демонов. Ладно, так было когда-то — Коул и я,
Воздух здесь внизу всегда пахнет одинаково. Даже после всех этих лет привкус крови тяжело оседает на моём языке. Скорей всего, потому что кровь всё ещё проливается здесь, единственное отличие в том, в чем мои приятели согласны на это. Они хотят бросить вызов моему монстру, они хотят ощутить его зубы, разрывающие их плоть.
Когда я схожу с последней ступеньки, то щелкаю единственной голой лампочкой и освещаю обширное пространство.
Улыбка растягивает мой рот, мой член незамедлительно твердеет.
Три красивых блондинки, как я и заказывал, привязаны к различным устройствам по комнате.
Подходя к своему верстаку, я осматриваю все свои инструменты и выбираю любимое орудие, затем медленно рассматриваю своих зверушек. «С какой бы начать?»
— Кто хочет умолять первой?
Связанные девчонки с кляпами во рту хныкают, и я, наконец, позволяю своей усмешке вырываться на свободу.
— Нет нужды быть жадными, у нас есть дни, мои зверушки. Дни и дни напролёт.
38
Грим
— Используй свои зубы. Укуси его, сука. Кусай, бл*дь, жестко.
Брюнетка у моих ног, заставляя себя, погружает свои жемчужно-белые зубы в мою мягкую кожу у основания вставшего члена, до того как головка ударяется о заднюю стенку её горла. У неё заткнут рот, и в тот же момент она кусает ниже, а я взрываюсь с рёвом, покрывая её горло и губы своим семенем вперемешку с моей кровью.
Я хватаю её волосы в кулак и отдергиваю её голову от своего члена.
Широко открытые слезящиеся глаза смотрят на меня, пока остатки моей спермы, покрасневшие от моей крови, льются вниз по её подбородку, смешиваясь с её слюной.
«*бать. Что за восхитительный вид». Такое чертовское зрелище, что мой удовлетворённый член начинает подергиваться, возвращаясь к жизни, жаждя ещё одного освобождения.
Она хнычет, когда я сжимаю её волосы в кулаке, чтобы поставить девку на ноги.
— Мы закончим это позже, у меня есть дело, о котором надо позаботиться, так что будь хорошей маленькой сучкой и приберись у меня в комнате.
Она уходит, вращая бёдрами. Ее крепкий зад взывает ко мне каждым покачиванием бёдер. «Дразня гребаный член. Давайте посмотрим, как ей понравиться, когда я оттрахаю её задницу на сухую через пару часиков».
С Люком, запершимся в своей темнице, скорей всего, на следующих нескольких
Ранее это было обязанностью Коула, дарованной ему Алеком Крэйвеном, и с тех пор, как их обоих не стало, она перешла ко мне.
Я не буду лгать — я создан для этого. Проблема в том, что я должен править по-своему и ожидать приказы, как никогда прежде. Самое интересное в том, что приступая к обязанностям в состоянии эйфории, мало шансов на победу, и это начинает походить на что-то вроде облома.
Итак, учитывая занятость Люка, я собираюсь уйти в отрыв. Я знаю много из мест, где прячутся те, кто заслуживают смерти, и мне нужно это. Я нуждаюсь в не заказном убийстве. Мне необходимо уничтожить кого-то по моему собственному выбору, а не по их приказу.
Я не всегда жил в «Хантер Лодж», я переехал сюда через несколько дней после резни в «Крэйвен Холле». Люк нуждался в моей помощи в удержании контроля над «Багряным крестом». Я задолжал ему это. Я задолжал Хантерам всё. Так что выбор был прост.
В течение последних двух месяцев я был в полном распоряжении Люка. Я не возражаю, серьезно, но когда он наконец-то взял передышку, в которой нуждался, до того как скинет старую кожу перед всем миром, настало время для меня, чтобы сменить мою.
Я уезжаю из «Хантер Лоджа» на своём старом и верном автомобиле, под голос Фрэнка Синатры, напевающего из единственного современного оборудования в моем автомобиле — стерео, и направляюсь в недра Лондона.
Не занимает много времени добраться до моего пункта назначения, наводку я получил от нашего общего друга.
Паркуясь около старого склада, я глушу двигатель и раздумываю: исследовать место или послать всё на х*й и отправиться прямо через переднюю дверь.
«На х*й» побеждает, и я запираю своё единственное ценное имущество, но не раньше, чем захватываю свой ремень с инструментом из багажника.
Я оборачиваю мягкую как масло кожу вокруг пояса, и мои пальцы невольно ласкают холодные металлические орудия и зазубренные грани моих излюбленных друзей.
Это будет так весело. Я надеюсь, что каждый поучаствует в этом сегодня. Это будет таким позором для любого, кто пропустит это.
Я проверяю главную дверь — должно быть, сегодня мой счастливый день — она открыта. Фактически формальное приглашение, всё, что мне нужно, — коврик «Добро пожаловать», чтобы вытереть свои ботинки, хотя, я уверен, что смогу импровизировать. Я не утруждаю себя хитростью, порой гораздо веселее, чтобы они видели, как ты идёшь. Вы можете видеть, как выражения их лиц меняются с «Пошёл на хер отсюда, псих» до «Пожалуйста, не убивай меня, ты, прекрасный сукин сын». Некоторые могут сказать, что у меня извращенное чувство юмора, но для меня это дерьмо, черт побери, кажется таким забавным.