Оборотень

– Что-то слабовата пошла… – тяжёлый взгляд подполковника Свиридова, замначальника созданной следственной группы, остановился на младшем лейтенанте. Лёха Смурной, конечно, был в гражданке, как и остальные сотрудники, набившиеся под вечер в один из кабинетов отдела. Фамилия его удивительно подходила к царившей все эти дни атмосфере. И единственная за столом девушка-оперуполномоченный, симпатичный старший лейтенант полиции Валя… поглядывала на него иногда с мистическим ужасом. Но кому, как не Начальнику розыска городского УВД Свиридову, не знать истинного спецзвания нового сотрудника.

– Чего сидим, молодёжь? Ждём, когда командир пороховой ускоритель,

приказом выпишет?

– Не надо, Сергеич! У меня тут в заначке… – майор Злобин, уже как три дня наставник стажёра, приподнялся с места – нормально всё с молодым. Он вчера ещё проставиться пытался. Просто время какое, сам понимаешь…

– Понимаю – взгляд подполковника потеплел, глядя на бутылку коньяка, словно по взмаху невидимой волшебной палочки, оказавшуюся в сильных майорских руках. Он повернулся к Семашко, сидящему за своим столом в стороне от тёплой компании.

– Что Костя, и от конины откажешься? Рюмаху-то вмажешь?

– Да нет, Сергеич. Я уже Таньке обещал, что трезвый буду. Так один вечер свободный выдался.

Подполковник Свиридов сочувственно посмотрел на отщепенца и тихое застолье продолжилось…

Под шелест пластиковых стаканов, маскирующий этот несанкционированный большим начальством банкет, старший оперуполномоченный уголовного розыска Костя Семашко уныло смотрел в почерневшее к концу рабочего дня окно. Там несколько дней октябрь. На улице ещё тепло, но темнеет уже рано по-зимнему. Как быстро проносится время. Ещё недавно, в эти предвечерние часы, за высоким забором УВД, на игровой площадке, слышен был смех и весёлые выкрики детворы, с энтузиазмом гоняющей мяч. Сейчас там темно и тихо. И в этом нет ничего особенно удивительного. Как ни пыталось руководство городской полиции скрыть слухи о появившемся маньяке, они всё же вырвались за пределы коридоров большого серого здания на Степной.

Восемнадцать пропавших жителей, меньше чем за полгода… – потрясли большой миллионный город. Долгое время это удавалось скрывать. Никто не мог понять, чего именно стоило опасаться. Люди исчезали в самых что ни на есть бытовых ситуациях… Но слухи всё-таки расползлись по осенним улицам за несколько последних дней сентября. И если раньше заявления об исчезновении родственников шли с неприкаянным постоянством каждые десять-двенадцать дней, то сегодня пошла уже третья неделя «тихой» жизни. Если можно было так выразиться. И хорошо это, или плохо никто пока не понимал. Все сходились на том, что публикации в городских газетах, и выступление на местном телевидении одного из ведущих криминальных хроникёров, заставил маньяка затаиться. Адский конвейер прекратил работу. Надолго ли?

Исчезновениям молодых мужчин и женщин, начавшихся ещё с первых чисел мая, большого значения поначалу не придавали. В розыске старались отказывать. Детей среди пропавших не было, и полицейская машина начала свою неторопливую раскрутку лишь после шестого заявленного случая. Но в сентябре, когда на лесной окраине был найден глухо запаянный полиэтиленовый контейнер с человеческими останками, а через день и второй, ситуация резко изменилась.

А с началом осени замелькал зловещий калейдоскоп из посыпавшихся, как из рога изобилия, заявлений о пропажах и найденных контейнерах. Сами эти контейнеры уже наводили мысль о каком-то технически продвинутом полусумасшедшем маньяке. Мясо и сухожилия были полностью срезаны с костей, а сами кости с нечеловеческой силой выломанные из суставных сумок, затрамбовывались в рёберный каркас, в целости оставленного на обломках позвоночника. Голов в жутких посылках не было, но генетическая экспертиза сразу показала полную идентификацию с пропадающими жителями города.

Маньяк! Ни у кого больше сомнений в этом не было. Сумасшедший, психованный на всю голову, или что там у этого нелюдя отросло на её месте? Следственную группу созданную на базе УВД, в чьей зоне ответственности

был найден первый контейнер, контролировали, теперь, все кому не лень. А зам. начальника ГУВД области устраивал виртуальные удалённые планёрки каждый день. Иногда вытаскивая под свои грозные начальственные очи и рядовых сотрудников.

Вот после крайней, полчаса как окончившейся, узнавший о себе и своих друзьях много интересного и нового, капитан Семашко и торопился домой, где не был уже трое суток. Но и от коллектива отрываться нельзя. Прописка – дело святое. Да и затяжного продолжения сегодня не ожидалось, все офицеры уже отзвонились жёнам, подругам, родителям… Так как с завтрашнего дня по городским Отделам и Управлениям вводился особый режим работы, старший розыскной группы подполковник Свиридов настоятельно рекомендовал сделать это сегодняшним вечером в обязательном порядке. Во избежание новой волны паники, уже среди близких родственников, задействованных в операции сотрудников.

– Сколько мы будем выслеживать этого гада, теперь знает только он сам. Если решит затаиться… подготовленные и определённые районы поиска нам ничем не помогут. План действующих, и между прочим, утверждённых мероприятий, полетит в трубу. А если мы к новому году придём с такими висяками… – подполковник перед уходом, лишь раздражённо махнул рукой – сами понимаете, стрелочников у нас умеют искать куда, как лучше.

Семашко не секунды в этом не сомневался. Стрелочника действительно отыщут, считай, как всегда назначат. Быстро. И обычно это бывает не самый старший из участвующих в деле офицеров. И не самый младший. Что взять с их стажёра, только оканчивающего школу Полиции. Расправа над младшим лейтенантом Смурным, большое начальство вряд ли удовлетворит – танк блоху не давит. Будут искать кого постарше. А тут он Костик Семашко, с ещё не снятым взысканием за прошлогодний залёт с этими грёбаными торгашами на Центральном рынке. Дело тогда замяли, а если опять раздуют? Служба Собственной безопасности просто звереет, когда солидные деньги плывут мимо их носа. Быстро найдут и новых свидетелей…

А это всё. Будут тогда и ремонт новой кооперативной квартиры… и выплаты по кредиту за новенький внедорожник… и совершенно очаровательная блондинка Ирочка, готовая расплатиться своим молодым и пышным телом за пустяковую в принципе отмазку от уголовного дела. Да уж!

Если и не уволят, а только переведут в участковые, о чём полчаса назад кричал с экрана полковник Смольский… Один хрен, не слаще той редьки. Всё былое изобилие тут же растворится в небытие. Кого может крышевать обычный участковый? Зураба с его ореховым лотком возле метро? Киоск «Газеты и журналы» на краю Рабочей улицы, тайно по вечерам приторговывающий дешёвой палёной водкой? За полгода резину на любимый внедорожник не отобьёшь…

Народ, вслед за начальством, постепенно расходился. Капитан чертыхнулся и открыл шкаф. Поразмыслив, стянул с вешалки пиджак. На улице тепло, но ствол лучше прикрыть. Не то сейчас время, чтобы оставлять его в сейфе. Константин уже решил, что по дороге домой, а если быть совсем точным, то по дороге к небольшому вечернему кафе, «по жизни» задолжавшего ему парочку необременительных для себя денежных подарков. Это был его принцип. Лучше снимать часто и по чуть-чуть, не накапливая долгов, чтоб жаба комерсов не задушила.

Заодно он решил пройтись по пустырю, где найден был последний из контейнеров с жутким жертвоприношением. Работал этот кровавый шизоид с большим размахом, и по всему городу. А теперь вот подобрался и к его дому вплотную. В насмешку, что ли? И у Семашко возникло огромное желание заставит его пожалеть об этом.

Выложив второй магазин в сейф, нечего лишнюю тяжесть под рукой таскать, не на войну же собирается, Костик выпустил убиравшую со стола Валюху. Закрыл и опечатал дверь кабинета. Сделав отметку о сдаче помещения под охрану, кивнул на прощание дежурному и вышел в тёплую, совсем не по-октябрьски ласковую ночь.