Обнулись!
Шрифт:
При получении капитанских звездочек у Романа появилась полезная способность: с пятидесятипроцентной вероятностью ему верят на слово, когда дело касается связанных со званием утверждений. Корреляция опыта с харизмой и авторитетом. И хотя в органах он больше не служит - перк никуда не делся. Ведь мастерство, опыт, знания и умение понтануться - не пропьешь и даже не протопчешь в местах не столь отдаленных.
– Капитан Пластинин... сколько еще раз повторять?!
– надавил Роман.
И тут на далеких планах, или в небесной канцелярии, или кто его знает где еще, завертелись
– В реанимации она, второй этаж, направо по коридору, четвертая дверь. Бахилы обуйте.
Сдержанно выдохнув, Пластинин ринулся вперед, проигнорировав странную просьбу “обуваться” в полиэтиленовые кульки.
– ... но вас туда не пустят, товарищ милиционер, - бросила ему вдогонку женщина.
– Вам к доктору надо сперва.
Роман резко остановился.
– Доктор кто?
– спросил он.
– Валерий Сергеевич, он на первом этаже, по коридору налево, потом еще налево и его дверь.
Роман мысленно сплюнул, развернулся на пятках и поспешил в другую сторону.
Конечно, в коридоре пахло лекарствами, линолеум был вытерт, а стены до уровня пояса исполосованы черными следами от подошв, но Пластинин ничего не замечал. За два десятка решительных шагов он добрался до кабинета - больница была совсем маленькая. Рванул дверь и только тогда задумался, что может быть его здесь никто и не ждет, но, увидев сгорбленную фигуру Стефании на стуле, немедля вошел.
Тесная комнатка, всего метров десять квадратных. Сидящий за столом Валерий Сергеевич - сухопарый мужчина с торчащими из-под ворота бирюзовой врачебной униформы седыми волосами - поднял на него взгляд:
– Вам кого?
– Я... по поводу Машки... Марии...
Стефания повернула к нему заплаканное лицо со следами потекшей туши и ничего не сказала.
– А вы ей кто?
– врач переводил взгляд с него на женщину и обратно.
– Какая разница. Я помочь хочу.
– Че-е-ем?
– мужчина удивлялся все сильнее.
– Скажем, есть у меня опыт в... в схожей ситуации?
– Вы врач? Или может быть наркоман?
– доктор уже и не пытался скрыть появившуюся неприязнь к незваному гостю.
Терпение Романа тоже пошатнулось, он действительно пришел помочь, поддержать Стефанию, зачем этот мужик стал до него докапываться?
– ФСБшник я! Из отдела по борьбе с наркотиками, так понятнее? Капитан Пластинин.
Стефания резко подняла на него глаза - да, этого он ей не рассказывал. Когда устраивался на работу ограничился общими фразами, что служил в органах, да и в трудовой так записано.
– Нет, не понятнее, - на этот раз очевидно перк не дал нужного результата, и врач не поверил ему на слово, что он из органов.
– Иваныч уже приходил... в смысле, майор Беляев.
– Это местные менты...
– А почему, позвольте
– Пока я здесь как частное лицо...
– Ну вот я это частное лицо и прошу удалиться.
– Да что же ты за человек такой...
– не сдержался Роман.
– Постойте...
– принюхался Валерий Сергеевич.
– Да от вас же алкоголем пахнет!
Пластинин смачно выругался про себя: собака этот мужик что ли, такое обоняние, или Восприятие в потолок прокачано?
– А чем от меня должно пахнуть? Шахматами?
– Пусть он останется, - вступилась Стефания, - Это Роман Павлович, он действительно из ФСБ... он... друг семьи.
Пластинин выдохнул: Стефания ему подыграла, значит оценила, что приехал.
– Ладно, - сдался доктор и поджал губы.
– Специально для вас повторю: состояние девочки крайне тяжелое, она в коме. Даем антидот. У нее передозировка наркотиков.
– Каких?
– спросил Роман и покосился на Стефанию: она смотрела куда-то вдаль, сквозь него, сквозь стену, сквозь здание, да и пожалуй сквозь весь этот мир.
– Это самое интересно, если можно так выразиться, - Валерий Сергеевич почесал щеку и уставился в монитор.
– Активное вещество нам неизвестно, но что-то из фенологликозидов, - он всмотрелся в монитор и добавил, - но там целый коктейль, также есть следы гликоалкалоидов...
Классы действующих веществ были знакомы Роману, все-таки он немного поднаторел в фармакологии за время в банде и благодаря самообучению на зоне.
– И этого вам недостаточно, чтобы назначить лечение?
– Мы даем Наркан... антидот, так сказать, широкого спектра, посмотрим на реакцию. Конечно, было бы лучше знать, что именно приняла пациентка.
– Маша...
– прошептала Стефания.
– Ее зовут Маша.
– Дайте мне анализы, расшифровку, - потребовал Роман.
– Зачем? Ну что вы там хотите увидеть? Если вы можете отличить пирацетам от циннаризина - это не значит, что вы разберетесь в этом, - он ткнул пальцем в монитор.
– У вас врачебный халат и целая лаборатория умников, но разобраться сами так и не смогли, - наехал Пластинин.
– От того, что я попробую - хуже не будет.
Валерий Сергеевич испытующе посмотрел на Романа, во взгляде неприязнь уже сменилась банальной усталостью. Тяжело вздохнув, сделал несколько щелчков мышкой и старый матричный принтер очнулся, заурчал, забурчал, закрякал и медленно высунул язык - распечатанный лист с расшифровкой результатов анализа Машиной крови.
Люди молчали, вслушиваясь в психоделическую песню техники прошлого века.
– Мамаша, вы бы шли спать, - наконец попросил врач, которому и самому не терпелось опустить голову на подушку вон на том обшарпанном диванчике, стоящем в углу кабинета. Сколько он на смене? Сутки? А может быть коллега-сменщик заболел, и он здесь уже почти сорок часов?
– Какое уж тут спать...
– прошептала Стефания.
– Доктор прав, - нехотя признал Роман, - поедем домой, если Маша...
– он осекся, - когда Маша очнется, вы должны быть в адеквате... ну то есть вам понадобятся силы...