Чтение онлайн

Когда Беррин вернулся с допроса, мы еще раз обсудили дело Мэттьюза, но ничего нового в нем не появилось. Около пяти мне позвонила Элейн Томс. Казалось, настроение у нее было получше и разговаривала она куда вежливее, чем в прошлый раз, но к ранее сказанному она ничего не смогла добавить и сейчас.

Через пятнадцать минут я отправился домой и на выходе столкнулся с Тиной Бойл. Мы не виделись с ней два дня, потому что ее перебросили заниматься изнасилованием тринадцатилетней девочки и поручили работать с жертвой. Думаю, она отлично для этого подходила. У нее в

характере было нужное соотношение чувствительности и силы воли.

Мы остановились, и я спросил, хорошо ли продвигается расследование ее нового дела, она ответила, что, как и все случаи изнасилования, довольно трудно, тем более что жертва такая маленькая девочка.

– Принимая во внимание все с ней происшедшее, держится она довольно уверенно, но знаешь, Джон, просто сердце разрывается, когда смотришь на нее.

Во взгляде Бойд чувствовалось настоящее страдание, и я мог только утешить ее утверждением, что девочка слишком мала, поэтому еще успеет оправиться от нанесенной ей травмы, хотя сам мало в это верил.

– А тебе удалось узнать что-нибудь в связи с этой версией отравления? – в свою очередь, задала она мне вопрос.

– Нет, и я по-прежнему не уверен, будто чего-то добьюсь.

Когда Бойд вывели из нашей группы, я забрал у нее записи относительно яда, которым был отравлен Шон Мэттьюз. Записи оказались очень подробными, но ни на какой след не навели.

– Похоже, ты просмотрела все возможные версии.

– Да, я проверила самые явные, но, думаю, мы что-то упустили.

– А ты не искала похожие случаи в Интернете?

– Пару раз порылась там, но, как только вводишь ключевые слова, на экране появляются тысячи совершенно неподходящих справок. Иногда мне кажется, что Интернет переоценивают как средство, помогающее узнать все о каком-либо вопросе. А потом ты же знаешь, как здесь на это смотрят. Начинаешь рыться в Интернете, и все думают, будто тебе нечего делать. Здесь относятся к новшествам, как в старину луддиты. [14]

– Думаю, мне стоит полазить по Интернету дома, я давно купил компьютер, просто все некогда посидеть за ним.

– Такова наша жизнь, – сочувственно вздохнула она.

Я хотел предложить ей зайти куда-нибудь выпить, но не успел и рот раскрыть, как в коридоре появился взволнованный Нокс.

– Тина, Джон, привет. – Он остановился и взял меня под локоть. – Извините, Тина, у нас кое-какие подвижки по делу Мэттьюза. Джон, мне нужно срочно с вами поговорить.

Я наскоро попрощался с Бойд и вернулся в комнату вместе с Ноксом.

– Что случилось, сэр?

– Речь идет о пятне на сиденье машины, на днях остановленной патрульными. Ну, по поводу которой вы звонили в участок.

– И?…

– Это кровь. И попробуйте догадаться

чья?

– Не могу сказать, сэр.

– Не кого иного, как самого мистера «Аркадия», Роя Фаулера. Она совпала с образцом крови, которую мы у него брали, когда посадили за управление машиной под воздействием наркотиков.

– Ну и ну!

Он повернулся и многозначительно уставился на меня;

– Кажется, я знаю, что произошло.

Вскоре к нам присоединились вызванные Каппер, Хансдон и Беррин. Каппер поинтересовался моим разговором с Маликом.

– Он не общался в последнее время с Дэннисом Милном? – спросил он с ехидной усмешкой, подтаскивая себе стул и усаживаясь.

– Да, недавно получил от него почтовую открытку. – Я тоже улыбнулся. – Оказывается, тот открыл гостиницу в Боурнмаусе. Говорит, будто предоставляет скидки полицейским инспекторам и пенсионерам.

Капперу моя шутка нисколько не понравилась, так как попытка уколоть меня сорвалась, но все-таки он сдержался и ничего не сказал. Хансдон зевнул.

– Итак, джентльмены, – призвал нас к порядку Нокс, – У нас важные новости.

Затем он пересказал вновь прибывшим о результатах анализа пятна крови в машине, после чего сел, выпрямившись, словно кол проглотил. Последовала пауза, во время которой все переваривали услышанное.

– Значит, волк в овчарне! – театрально воскликнул Каппер.

– Моя версия такова, – произнес Нокс, оглядывая нас всех по очереди, таким образом привлекая внимание к своей речи. – Фаулер заказал убийство Мэттьюза. Он воспользовался ядом, дабы это выглядело несчастным случаем, но, очевидно, не думал, что мы легко сможем установить истинные причины смерти. Поэтому я не считаю, будто в деле замешана криминальная группировка. В таком случае Мэттьюза просто застрелили бы. Мотив Фаулера – наркотики. Нам известно, что в «Аркадии» шла крупная торговля наркотиками, известно, что заправлял ею Мэттьюз, и мы почти уверены, что организатором торговли был Фаулер. Я полагаю, Мэттьюз обманывал Фаулера, тот об этом узнал и рассчитался с ним. Но у Мэттьюза наверняка имелся партнер по бизнесу. Тот, кто вместе с ним занимался распространением наркотиков, и этим человеком был Макс Айверсон. И он, и Мэттьюз – бывшие солдаты, служившие в одном полку, и, надеюсь, мы установим, что они были знакомы. Айверсон узнал об убийстве Мэттьюза Фаулером и решил ему отомстить. Может, он его просто избил, но скорее всего убил, а сам где-то затаился.

– Звучит достаточно правдоподобно, – кивнул Каппер.

Я не был в этом уверен. Принимая во внимание полное отсутствие доказательств, подтверждающих связь между Айверсоном и Мэттьюзом, версию Нокса можно было назвать чисто теоретической.

– А Макбрайд? – поинтересовался я. – Он-то здесь при чем? И как насчет Хольцев?

– Вообще-то не знаю, – честно признался Нокс. – Возможно, дело Макбрайда никак с этим не связано. А что касается Хольцев, я просто поверить не могу, чтобы они воспользовались таким легко установимым и редким ядом, дабы избавиться от конкурента по бизнесу.