Обманка
Шрифт:
Но почему без иллюзии-то?
Последний вопрос я произнесла вслух, не дожидаясь реакции Эртрисс на наличие трех посторонних персон посреди дворца. Потянувшиеся было за оружием (черт, где они его прятали все это время?!) мужчины замерли, неуверенно переводя взгляд с меня на мою копию и обратно. Запястья леди ди Дара погасли; она едва заметно пошатнулась и тотчас же выпрямилась, так же неуверенно рассматривая моих сопровождающих и меня саму.
— Эльмира? Как это тебя… как будто иллюзии и нет! А душа внутри!
— Тут я, — нахохлилась я. — Просто подозреваю,
Таший, слегка смутившись, молча махнул рукой, словно сдергивая занавесь — и мне резко стало легче дышать. Подняв ладони к лицу, я убедилась, что ко мне вернулась привычная городская пыльность вместо загара. Иллюзия пропала.
— Ааафигеть, — тихонько выдохнул Лийнаэл. — Хеллька! Вы близнецы?
— Хеллька здесь она, — поправила я, некультурно показав пальцем на Эри. — А я татарка по отцу.
— Двойники, — понятливо кивнул недоэльф.
— А ты-то кто такой? — снизошла до него Эртрисс.
— Прошу простить мою невоспитанность, миледи, — мигом склонился в придворном поклоне Лийнаэл, подметая пол полями несуществующей шляпы. — Позвольте представиться: Riy'naeru d'Atai, младший сын Дома Черных Сов. — Подняв голову, он одарил Эртрисс сияющей улыбкой профессионала, почуявшего выгоду.
— Очень приятно, — принимая игру, моя копия присела в положенном реверансе. — Я глава хелльской Инквизиции, леди Эртрисс ди Дара. — И, резко выпрямившись, повернулась к Устину, вопросительно вскинув брови, — с ним она явно не собиралась разводить китайские церемонии. — А ты, должно быть, из общины ташиев. Но с каких это пор Медведь племени имеет право на колдовство?
Медведь племени?
Устин упрямо стиснул зубы.
— Это внутреннее дело, леди ди Дара.
— Вот как, — на удивление мирно улыбнулась Эртрисс. — Что ж, полагаю, вы поймете, если я скажу, что дальнейший разговор касается только нас с Эльмирой.
Лийнаэл заметно поскучнел.
— Не поймем, — твердо заявил Устин, выступая вперед и загораживая меня. — Шаман дал недвусмысленные указания на этот счет. Вы ведь собираетесь вытащить Владыку Диллиана из летней резиденции?
— Зачем? — непонимающе хлопнула ресницами глава хелльской Инквизиции.
— То есть как зачем? — я тряхнула головой, окончательно перестав что-либо понимать. — Разве он не пленник здесь? Да и ты тоже.
Эртрисс опустила глаза, зябко передернув плечами.
— Это как посмотреть. Нас никто взаперти не держит. Сейчас даже идут переговоры о торговом союзе, но… скорее на условиях Его Величества Шантина III, нежели на взаимовыгодных.
— То есть он согласился вести переговоры со свергнутым Владыкой? — с крайне заинтересованным видом склонил голову к плечу Лийнаэл.
— Его Величество сказал, что нет смысла ждать три месяца, пока Диллиан вернет себе трон, — поморщилась Эльмира. — Но, по-моему, этот аррианский пройдоха просто пользуется моментом, когда Ди
— А ты на его месте поступила бы иначе? — презрительно хмыкнул таший.
— Нет, — спокойно отозвалась Эртрисс. — Но я хелльская пройдоха, мне можно.
Две гостевые комнаты на троих — по сути, не так уж плохо, как могло быть: нас сюда никто не звал, и Его Величество Шантин III имел полное право послать меня со всеми сопровождающими обратно в посольство, а то и подальше. Но, видимо, аррианские обычаи гостеприимства такого не позволяли — или мы тоже могли пригодиться.
Как-то само собой вышло, что все новые знакомые собрались у меня, стоило им осмотреть свои комнаты — такие же пустые и насквозь продуваемые, с плющом вместо занавесей и фресками под потолком. Никаких приборов для освещения я не заметила; в центре стоял низкий столик без стульев, а в углу, под окном, робко притулилась невысокая кровать с тумбочкой. Ни ковров, ни мягких подушек — аррианцы восхищались бы Спартой, если б им кто-нибудь про нее рассказал.
Молчаливая девушка с мускулатурой, которой мог бы позавидовать сам Диллиан, без видимых усилий притащила огромный поднос со снедью, поставила на столик и, вежливо поклонившись, бесшумно исчезла; Лийнаэл проводил ее недовольным взглядом, но тотчас же засиял, изучив содержимое тарелок, и, кажется, на ближайшие полчаса был потерян для этого мира.
— Однако и аппетит ж у местных недоэльфов, — хихикнула я, неуверенно присматриваясь к крупному плоду, напоминающему грушу, только морковного цвета и в окружении радостно-зеленых листочков. Больше всего почему-то смущало то, что местных правил поведения за столом я совершенно не знаю, и может оказаться, что сей фрукт (овощ?) предполагается есть каким-нибудь из столовых приборов, сваленных в кучу в центре подноса.
— Как ты сказала? Недоэльфов? — Лийнаэл даже перестал обгладывать здоровое птичье крыло.
— Ага, — смущенно подтвердила я и, наплевав на этикет (все свои же!), схватила загадочный плод руками. — Ты ведь не сказал, в каком поколении у тебя были эльфийские предки… — плод оказался дико кислым, как лимон, и я быстро отложила его в сторону.
— Да они, собственно, до сих пор есть, — комментарий Устина, наворачивающего второе крыло, показался мне злорадным.
— В предыдущем, — с недовольным видом покосившись на ташия, буркнул Лийнаэл. — Так что извольте называть меня полуэльфом, а то «недоэльф» звучит как-то… как если бы я назвал тебя недочеловеком.
— Пардон, не подумала, — я опустила глаза, чтобы не дать ему понять, что попал он в самое больное место.
— А куда Эртрисс ушла? — почуяв перемену настроения, встрял Устин.
— Черт ее знает, — пробормотала я. Действительно, куда? — Сказала, что незаконченные дела остались… гм, Лийнаэл? Что-то не так?
Полуэльф, до того сидевший в прострации, тупо уставившись в пространство перед собой, помотал головой, словно отгоняя нежеланную мысль, фыркнул и вгрызся в птичью ногу. Когда только крыло приговорить успел?