Обман
Шрифт:
Доусон смотрит вниз на свои ноги. Когда он поднимает глаза, взгляд у него становится холодным.
– Дело в том, миссис Ричмонд, что мы должны изучить дело со всех сторон. И учесть любую вероятность.
– Понимаю, – со вздохом отвечаю я. – Но когда вы говорите «любую вероятность», это не может не беспокоить меня.
– Мы должны учесть вероятность того, что в гибели мистера Ричмонда замешано какое-то лицо или лица, – серьезно произносит инспектор.
– Но это же смешно! – вырывается
Доусон делает рукой неопределенный жест, как бы выражая сожаление по поводу того, что не может со мной согласиться.
– Миссис Ричмонд, полученное вами письмо было очень неприятного характера.
– Но ведь это несерьезно!
– Так считаете вы, но мы в этом не уверены.
Я не нахожу в себе сил, чтобы снова вступить в спор с Доусоном, однажды мы с ним это уже обсуждали. Я тру рукой лоб и провожу пальцами по волосам.
– Вам не следует так расстраиваться, миссис Ричмонд, – говорит Доусон своим обычным голосом. – Речь идет о том, что мы должны исследовать всю полученную информацию. Нам необходимо установить некое лицо и провести в отношении него определенные мероприятия.
Это тоже новый момент.
– Лицо? Какое лицо?
Выдержав паузу, инспектор неохотно отвечает:
– Лицо, которое, как мы считаем, отправило это письмо. Сейчас я не могу сказать вам большего, миссис Ричмонд. Впоследствии я вас, разумеется, проинформирую.
– Но зачем вам «Зодиак»? – Я указываю на мешок с лодкой, лежащий в полицейском фургоне.
– Просто мы должны провести тщательное обследование всего, что имеет отношение к делу. Будьте добры, миссис Ричмонд, повторите еще раз, где именно вы обнаружили лодку в ту субботу?
– У пристани.
– Там, где вы и ожидали ее обнаружить?
Я чувствую, что загоняю себя в угол и могу в дальнейшем пожалеть об этом, поэтому применяю туманную формулировку:
– Дело в том, что у нее не было постоянного места.
– Но вы ее легко обнаружили? У пристани?
Ошибка, Эллен, ошибка! Но теперь я уже связана по рукам и ногам.
– Да.
– А плоскодонка? Вы не заметили, что она была привязана к яхте, когда ваш муж отплывал от пристани?
– Ну, я… Возможно.
– Миссис Ричмонд, вы имеете в виду, что заметили ее?
– Нет, я имею в виду, что не уверена в этом. Это имеет какое-то значение?
– Большое, миссис Ричмонд. Если при яхте не было… э-э… плоскодонки, то это очень важно.
Даже в моем смятенном состоянии я понимаю, что плоскодонка не могла сама приплыть к яхте. Если Гарри оставил ее у пристани, значит, кто-то другой подогнал ее к месту стоянки «Минервы» на реке.
Большим и указательным пальцами Доусон трет лацкан своего пиджака.
– Я полагаю, что решение мистера Ричмонда
Морланд. Я слышу его интонации. Это он говорил об этом Доусону.
– Наличие такой лодки позади яхты существенно замедляет ее ход. А в штормовую погоду плоскодонка превращается просто в обузу. Она может затонуть, или… – инспектор подыскивает слова, – перевернуться вверх дном.
– Но когда вы собираетесь покончить жизнь самоубийством, ситуация, согласитесь, не совсем обычная, – замечаю я.
Доусон обдумывает мои слова.
– Согласен, – произносит он наконец. Затем вздергивает подбородок, прищуривается и заканчивает фразу: – Именно поэтому столь необходимо, чтобы вы вспомнили, видели ли плоскодонку в ту пятницу в марте.
Раздается глухой удар. Это один из полицейских в комбинезоне захлопывает заднюю дверь фургона. Рядом с ним чему-то смеется Фишер.
– Извините, – говорю я Доусону.
– Ведь это довольно большая лодка, – повторяет инспектор, – и вы не могли не заметить ее, если бы она находилась позади «Минервы»?
– Думаю, не могла… но… Нет, не уверена. – Я пожимаю плечами, демонстрируя приличествующую дозу отчаяния от того, что не в силах помочь. – Не знаю, извините.
На лицо Доусона возвращается натянутая улыбка коммивояжера, скрывающего разочарование от неудачи в продаже своего товара. Он медленно кивает.
– Но если вы вспомните, то…
– Разумеется.
Доусон провожает меня до двери в дом, чуть склоняет голову и направляется к полицейской машине. Неожиданно звук его шагов по гравию затихает. Я поворачиваюсь и вижу, что он смотрит на меня.
– Да, совсем забыл задать вам один вопрос, – громко говорит он. – Насколько я знаю, на «Минерве» была радиостанция. Не было ли у мистера Ричмонда наряду с ней каких-либо других средств связи? Например, мобильного телефона?
У меня спирает дыхание.
– Вообще-то он купил такой телефон.
– И в тот день он был при нем?
Я поднимаю руки и устало улыбаюсь.
– Инспектор, вы задаете мне много вопросов, на которые я просто не знаю ответов.
Письмо от Гиллеспи в три строчки. Он хочет узнать, успела ли я ознакомиться с его предложениями по моим финансовым вопросам. И если да, готова ли уведомить его относительно своего решения.
Я достаю ранее присланный им документ, кладу его на стол Гарри, утыкаюсь взглядом в колонки цифр и сразу ощущаю собственную беспомощность. К третьей странице я окончательно теряюсь.