Чтение онлайн

– Я, Кидси. Пристанем?

– Пристанем, - согласился Лот.

Мирон немедленно погреб к близкому берегу. Спустя несколько минут плоскодонка, подмяв под днище упругие стебли опоки, ткнулась носом в пологий берег. Лодки и плоты тянулись следом, охватывая их широким полукольцом.

– Не нравится мне это, - поцедил Демид, щуря глаза. Пальцы его нервно елозили по рукояти меча, лезвие покоилось на плече. Мелкие капли дождя стекали по отполированному клинку к витой гарде, оставляя на металле мокрые

дорожки.

– Да брось ты!
– успокоил его Мирон.
– Это же Протас!

Демид о Протасе только слыхал, видеть же его ранее не приходилось. Лот хранил молчание, но в глазах его легко угадывалась тревога.

Лодка с Протасом пристала первой, за ней еще несколько. Пяток плотов остались на воде, прочие неторопливо приближались к берегу.

Протас во главе двух десятков меченосцев приблизился. Лот демонстративно убрал меч в ножны, покосившись на Демида, но тот так же демонстративно оставил свой на виду. Без тени беспокойства Протас спрятал клинок.

– Здравствуйте, Воины, - сказал он.

– Семилет!
– Мирон растопырил руки для объятий и шагнул вперед, но Протас предостерегающе вытянул ладонь ему навстречу.

– Погоди, Шелех. Сперва потолкуем.

Мирон замер, недоуменным взором пожирая товарища.

– Что с тобой, Семилет?
– Мирон показал ему пустые ладони.
– Это же я, Мирон!

– Я вижу, - Протас хмурился. Чувствовалось, что ему очень нелегко сейчас.

– Говори, Протас, - предложил Лот.
– Нам нечего скрывать.

– Мне тоже нечего скрывать, - кусая губы ответил Воин.
– Знаете, зачем меня послали траги?

– Догадываюсь. Отобрать у нас Знаки.

Протас еле заметно кивнул.

– Правильно. Отобрать все Знаки, сколько у вас найдется. Но сперва убить всех троих.

Лот не удивился. Методы трагов ему были прекрасно известны.

– Что же, - он развел руками.
– Мы готовы. Но мы будем сражаться, Протас, ты же знаешь.

– Пропади все пропадом, Лот! Я не стану с вами сражаться! Не верю я трагам!
– заорал Протас с ненавистью.
– Что вы натворили? Что вообще происходит?

– Я могу рассказать, Протас, - предупредил Лот, не повышая голос. Но это тяжелое знание, - добавил он, вспомнив Дервиша.

– Поймите меня, - хрипло выдавил Протас.
– Я всю жизнь выполнял их приказы. Не знаю, во что вы умудрились впутаться, но не траги стояли со мной плечом к плечу в битвах. И не их кровь смешивалась с моей. Я еще никогда не скрещивал меч с другим Воином в поединке на смерть. Я не хочу этого!
– в голосе Семилета сквозило отчаяние.

– Присядем, Протас, и ты все узнаешь. Вот наша лодка. И ребят своих зови, пусть знают правду.

– Тогда я и Дитриха крикну, - сказал Протас уже спокойнее.
– Он на плоту.

– Шварца? И он тут?
– Лот

что-то прикинул в уме.
– Гм! Пять Воинов, это уже кое-что!

Говорил он так, словно не сомневался, что весь этот отряд через некоторое время объединится с тройкой шандаларцев.

Когда остальные плоты пристали невдалеке и Дитрих Шварц, всегда серьезный бородатый фредонец, уселся подле Протаса на борт плоскодонки, а ратники столпились рядом, Лот негромко, но чтобы все слышали, изложил историю Знаков из Мира деммов, поведал о судьбе Дервиша и Даки, и о возможной войне с чужаками в Шандаларе.

Лот умел говорить убедительно.

– Вот и все. Вам решать, с кем быть.

Меченосцы зароптали, Дитрих вопросительно уставился на Протаса. Тот глядел на Лота, стиснув зубы.

– Что же, - сказал наконец Семилет.
– Нечто подобное я и ожидал услышать. Знай, Лот. И ты, Мирон, и ты, Демид Бернага: отныне нас четверо. Я - с Воинами, потому что я тоже Воин. А за трагами подвигов я что-то не припомню.

– Пятеро, - коротко, но весомо вставил Дитрих.
– И фредонцы с нами, указал он на отряд.

Только Мирон заметил, какое испытал облегчение Лот Кидси. Неестественная бледность покидала его лицо.

– Эй, Протас, - улыбнулся Мирон, обращаясь к товарищу.
– Теперь-то хоть можно тебя обнять?

Протас крепко сжал его плечи:

– Здравствуй, Шелех! Ты снова под ногтем у судьбы, значит у тебя все в порядке!

– Ага!
– хохотнул Мирон, умевший легко менять настроение.
– Но теперь рядом ты, Протас, значит все будет в порядке и дальше. Даже у судьбы ломаются ногти.

– Что делаем?
– поинтересовался практичный Дитрих.

Лот, продумавший все заранее, сказал:

– Наверное, поступим так: ты, Дитрих, со всеми ратниками уходи на запад и расскажи обо всем кому сможешь. Думаю, большинство Воинов примет нашу сторону. Да и люди нам, вроде бы, верят.

– Трагам тоже верят.

– Но нам - больше, - сказал Лот убежденно, и это было правдой. Когда накатываются кочевники, они видят Воинов, а не трагов. Так что постарайтесь, чтобы как можно больше людей узнали об их темных делишках. А мы вчетвером попробуем вернуть Знаки чужакам-Воинам.

– Времени у нас мало?
– предположил Дитрих.

– Не знаю, - честно сказал Лот.
– Полагаю, что так.

– По плотам, - скомандовал Дитрих своим меченосцам.
– До встреч, Воины!

Он пожал всем руки и пошел к лодкам, ни разу не обернувшись; его люди потянулись частью за ним, частью к плотам, приставшим по другую от плоскодонки шандаларцев сторону. Таков он был - Дитрих Шварц невозмутимый и незыблемый, как скала, фредонец, всегда больше делавший, чем говоривший.

Его проводили взглядами и боевым кличем.