Обитель
Шрифт:
Но, чтобы позвонить Денни, нужно было найти телефон. Вопреки советам Стейси, заводить мобильник я не желала — все мои попытки обращения с этими штуками заканчивались плачевно. К тому же, надо признать: я могу выдержать лишнюю прогулку, а вот Денни необходимо зарабатывать на жизнь. Пошатываясь и выбивая каблуками стаккато, я завернула за угол и направилась в сторону дома. Уже через несколько кварталов торговый район кончился, и началась жилая часть города. Шум толпы остался позади. Фонарей поубавилось, но для меня это не представляло проблемы: хорошее ночное зрение — одно из преимуществ генов фейри. А вот отсутствие куртки действительно напрягало.
Вокруг
— Все в п’рядке, — с пьяной торжественностью уверила я его. — Я вас вижу.
Тот продолжал висеть передо мной, явно сердясь все больше.
— Нет, правда, в порядке, я донь… донья… Подменыш я. — Не знаю, кто придумывал названия племенам фейри, но зря он не позаботился о том, чтобы их можно было выговорить в пьяном виде.
Пикси ткнул в мою сторону зубочисткой, и я озадаченно моргнула.
— Нет, спасибо. Мотыльков мне не хочется.
— Он показывает, что хочет тебя проткнуть, а не накормить. Разница незначительна, но, полагаю, ты не захочешь проверять это на личном опыте.
В мягком, как сливки, голосе за моей спиной звучала аристократическая издевка. Пикси отшатнулся, едва не выронив зубочистку, и помчался обратно в стаю. Спустя пару мгновений все они исчезли, оставив после себя лишь едва заметное облачко светящейся пыли.
— Эй! — Я сердито развернулась и скрестила руки на груди. — Я с ним разговаривала!
Тибальт смерил меня таким насмешливым взглядом, что я разозлилась еще сильнее.
— Нет, ты его провоцировала воткнуть в тебя зубочистку. Разница, опять-таки, мала, но, как мне кажется, существует.
Злость во мне сменилась удивлением.
— С чего ему меня протыкать? Я его просто поприветствовала. И он первый ко мне приблизился. А до этого я ему ничего не говорила.
— Наконец-то разумный вопрос. — Тибальт отвел мне волосы за ухо и постучал по нему кончиком пальца. — Уши округлые, глаза голубые, запах магии погребен под запахом спиртного… маскировка идеальная. Отлично сработано. Хотя тебе не идет. — Мое недоумение от этого не рассеялось, и Тибальт со вздохом добавил: — Ты кажешься человеком, Октобер. Он защищал свою стаю.
— Я сказала, что я подменыш!
— А он, вполне благоразумно, тебе не поверил.
— Ох! — Я заморгала, краснея. — Ой. — Потом я нахмурилась. — Что значит, мне не идет? Мне нравится эта юбка!
Тибальт убрал руку и сделал шаг назад, чтобы получше меня рассмотреть. Я ответила ему тем же, смерив его взглядом с ног до головы.
Будучи местным королем кошек и самым могущественным кейт ши в Сан-Франциско, Тибальт редко затрудняет себя визитами в места, где требуется
Сказать, что у нас с Тибальтом сложные отношения… это ничего не сказать. Я терплю его насмешки, потому что их перенести легче, чем расстаться с внутренностями, выцарапанными разъяренным кейт ши. И к тому же, я должна ему за услуги, которые он мне оказал после убийства Розы Зимний Вечер. Увы, то, что я перед ним в долгу, только возбуждает его желание дразнить меня даже чаще, чем прежде. Это уже входит в привычку.
— Юбка сойдет, — сообщил Тибальт, закончив осмотр. — Я бы скорее назвал это поясом, чем юбкой, но ты имеешь право называть собственную одежду, как считаешь нужным. И раз уж речь о твоем наряде, скажи, ты собралась прошагать весь путь до дома в этих туфлях?
— Может быть, — увильнула я. Ремешки начали натирать щиколотки, так что идти теперь было еще неудобнее, чем раньше, но ему это знать не обязательно.
— Ты пьяна, Октобер.
— А на тебе очень тесные штаны. — Я осеклась. Что-то я не то несу. — То есть, я хотела сказать, очень красивые штаны. В смысле…
Проклятье.
Тибальт фыркнул. Я подняла на него глаза — он, явно веселясь, покачал головой.
— Ну да, конечно. Полагаю, такси ты решила не брать?
— Здесь нет ни одного, — указала я, посчитав, что выиграла спор этим ошеломляюще логичным доводом.
— А позвонить? Я знаю, что их можно вызвать.
— Телефона не было.
— Понятно, — сказал Тибальт. — Ну что ж, поскольку здесь нет такси, а у тебя имеются на редкость разумные причины его не вызывать, и ты, к тому же, пьяна настолько, что отпускаешь замечания по поводу тесноты моих штанов, пожалуй, самым умным с моей стороны будет довести тебя до дома.
— Не стоит.
— Как мило. — Тибальт снял кожаную куртку и набросил мне на плечи. — Ты, кажется, замерзла.
— Я не замерзла. — Я соврала — ночь была прекрасной, но даже в прекраснейшие из ночей в Сан-Франциско после полуночи прохладно. Я плотнее запахнула куртку, пытаясь сохранить иллюзию достоинства. Кожа пахла магией Тибальта — болотной мятой и мускусом. — Я и так прекрасно доберусь.
— Доберешься, конечно, — согласился Тибальт и, положив руку мне на талию, потянул за собой, заставляя тронуться с места. — Ты же исключительно благоразумная, рассудительная женщина. Это только сейчас ты так напилась, что не помнишь, накинула на себя иллюзию или нет, а мне не хотелось бы отскребать тебя с тротуара.