Чтение онлайн

— Расскажешь, почему ты сбежала тем утром? — его голос тихий, почти шепот.

— Не знаю.

Ложь. Огромная ложь. Я точно знаю, почему ушла. Потому что быть с ним — значит игнорировать всё, что твердит мне логика. Но зачем мне говорить ему об этом? Чтобы почувствовать себя защищенной? Он не мой парень.

Двери лифта открываются, Картер заводит меня внутрь и нажимает кнопку. Когда они закрываются, дистанции больше нет. Он поворачивает меня к себе и приподнимает мой подбородок двумя пальцами. Его глаза опускаются к моим губам и

темнеют. Его дыхание касается моей кожи. Я уже знаю, что совершаю очередную ошибку.

— Лейла.

Его голос, глубокий и хриплый, пробуждает во мне то, что я предпочла бы оставить спящим. Он наклоняется, его рот в нескольких сантиметрах от моего, и я каждой клеткой своего существа сопротивляюсь порыву приподняться на цыпочки и заполнить это проклятое пространство, пока желание бешено колотится в груди. Мы застыли в шатком равновесии, ожидая сигнала.

— Мы не можем говорить об этом здесь, — шепчу я, понимая, что этот разговор не приведет к решению. Он приведет к нам.

Картер смотрит на меня с такой интенсивностью, что я содрогаюсь.

— Нет, — бормочет он, — определенно нет.

И тут его губы находят мои. Все сопротивление рушится в одно мгновение. Мои руки обвивают его шею. Я притягиваю его к себе, пока его руки скользят под мое пальто, обхватывая мои бедра властным и собственническим жестом. Я закрываю глаза, позволяя себе утонуть в этом. Его рот исследует мой с какой-то жизненной необходимостью. Это поцелуй, который не просит, а берет.

Лифт издает звуковой сигнал, и двери открываются. Мы неохотно отстраняемся друг от друга, тяжело дыша. Картер вскидывает бровь, тень улыбки играет на его все еще влажных губах.

— После тебя.

Мое сердце бьется так сильно, что я боюсь, он это услышит. Он кладет руку мне на спину и ведет из лифта, а затем по коридору. Касание легкое, но оно ощущается невыносимо тяжелым. В эти дни я пыталась убедить себя, что наш первый раз был моментом безумия. А теперь? У меня даже нет оправдания.

Дойдя до двери, я дрожащими пальцами ищу ключи в сумке. Я не трачу время на раздумья, заметил ли он это, потому что знаю — заметил. Картер касается губами моей шеи, и мои колени подгибаются. Я пытаюсь переступить с ноги на ногу, словно это поможет скрыть тот факт, что он может обезоружить меня одним касанием, одним вдохом, одним пустяком. Но это бесполезно. Ключи выскальзывают из моих рук, и он смеется.

— Тебе помочь? — спрашивает он. Его губы находят мою мочку и слегка прикусывают ее.

— Нет, замок иногда заедает, — мой голос едва слышен. Пробую еще раз, молясь, чтобы руки перестали дрожать. Это не алкоголь заставляет меня так себя чувствовать. Это он.

Наконец замок щелкает. Я открываю дверь и прохожу вдоль стены, неуверенно нащупывая выключатель. Когда зажигается свет, комната заливается мягким сиянием. В моей квартире чище, чем обычно — кажется, я это планировала. Возможно, на подсознательном уровне так и было.

Картер входит и оглядывается с видом человека,

который не должен здесь находиться, но не имеет ни малейшего намерения уходить. Странно думать, что когда-то он жил в этой самой квартире с Дорианом. Еще страннее то, как его присутствие всё меняет: каждый угол кажется вдруг меньше, теснее, заряженнее чем-то, что жжет меня изнутри. Он запирает за собой дверь на ключ, и этот звук заставляет меня вздрогнуть сильнее, чем следовало бы. Его взгляд становится глубоким, темным.

Я снимаю сапоги, и в этот миг он сокращает расстояние. Его губы накрывают мои с той же лихорадочной жаждой, что пронзает мое тело. Мир сужается до тепла его рта и его жадных рук, которые не оставляют мне шанса.

Мы раздеваемся в спешке, нескладно, одежда — лишь помеха, которую нужно устранить. Мой разум слишком затуманен желанием, чтобы заботиться о аккуратности. Я пытаюсь расстегнуть его рубашку, но одна пуговица отлетает и отскакивает от пола.

— Черт, извини.

Он посмеивается, не отрываясь от моих губ.

— Не переживай, — его слова — теплый шепот на моей коже. — Я запишу это на твой счет.

Меня пробирает дрожь, а затем я чувствую вибрацию. В кармане его брюк жужжит телефон. Мы слегка отстраняемся, дыхание сбито. Картер достает свой iPhone, бросает на него взгляд на секунду, а затем без колебаний отключает звук.

Возможно, это та девушка, что была раньше.

Может, кто-то другой.

Это должно было бы меня задеть, но мысль о том, что он здесь, со мной, в то время как кто-то другой его хочет, посылает разряд адреналина по моим венам.

По крайней мере, на данный момент.

Потому что правда в том, что Картер не принадлежит никому.

Не по-настоящему.

Не навсегда.

И это осознание делает всё опасным. Если я упаду, то без парашюта. И он не будет стоять внизу, чтобы поймать меня.

Его взгляд снова возвращается ко мне, и огонь вспыхивает с новой силой. Он приближается, чтобы снова поцеловать меня, но на этот раз я останавливаю его, всматриваясь в его лицо с интенсивностью, которую не в силах сдержать.

— Ты всё еще злишься?

Тень улыбки ложится на его губы.

— Я в ярости, Лейла.

Затем, прежде чем я успеваю сказать что-то еще, он подхватывает меня, крепко сжимая ладонями мои бедра, и прижимает к стене.

Стон срывается с моих губ, когда он наклоняет голову, прокладывая дорожку из поцелуев вдоль моей шеи.

Медленно.

Намеренно.

Смакуя каждую секунду.

Он замирает прямо у моего уха и вдыхает.

— Знаешь... — шепчет он, касаясь губами кожи. — Я думал о тебе всю неделю.

Мои пальцы впиваются в его плечи. Я моргаю, уверенная, что ослышалась.

— Неужели существует романтичная версия Картера Резерфорда?

Он смотрит на меня, и в его глазах блестит что-то, что я не могу расшифровать. Затем он улыбается, и мне хочется забыть, что существует завтрашний день.