Обида
Шрифт:
Под музыку хлюпающих полукед, которая тихим эхом металась между камней, они танцевали степ на скользких ступенях. В порыве страсти тела сплетались и расплетались, руки хаотично шарили, где придется, губы в бессчетный раз за последние полторы недели исследовали эрогенные зоны.
– Постой, – Катя отпрянула, – мне надоел банальный секс. – Хасан едва не поперхнулся слюной при упоминании банальности. Несмотря на весь свой богатый опыт, такого умопомрачительного, прич"eм в буквальном понимании этого слова, секса у него ещ"e никогда не было: только с Кэт он задыхался от наслаждения. –
– Поиграть?! – Хасан никак не мог взять в толк, к чему забавы, когда они уже оторвались от земли, поэтому и переспросил. Глупо конечно, но все-таки зачем?
– Не тормози. Ты не ослышался, – е"e дыхание продолжало оставаться прерывистым, однако изумруд потихоньку светлел. – Пойдем, – она потянула его за руку, он покорно последовал за ней.
Интересно, что она задумала?
В ответ на немой вопрос Кэт легонько толкнула его на высокую ступеньку впереди себя.
– Расслабься!
– Что ты задумала? – Хасан вопросительно поднял брови, с ходу падая на жесткое седалище.
– Ничего особенного, – пушистые черные ресницы отбросили длинную тень на румяные щ"eки, милая детская улыбка озарила круглое личико, – просто маленький женский каприз. Доверься мне и получишь незабываемые ощущения, – она сделала акцент на «незабываемости». – Ты согласен? – Вся наивность мира смотрела на него этими круглыми, похожими на блюдца, глазами. «Разве можно ей отказать?»
– Согласен, – сложный коктейль чувств окрасил простенькое слово. Хасан даже не уточнил, на что дал согласие, лишь бы Кэт было хорошо.
– Одно условие!
В мужских глазах застыл молчаливый вопрос.
– Ты не можешь трогать меня руками. Даже касаться. Только я.
Хасан энергично замотал головой.
С первого дня знакомства ему неудержимо хотелось прикоснуться к ней, обнять… но в силу определенных обстоятельств приходилось постоянно сдерживаться. При этом желание капля за каплей наполняло невидимый сосуд терпения. В какой-то момент критическая масса достигла единицы, и цепную реакцию больше невозможно было сдерживать – любое ограничение вызывало болезненное ощущение в ладонях, покалывание в кончиках пальцев…
– Нет, с тобой не смогу.
– Тогда поднимайся. Мы ведь не дошли до пологого спуска? – Кэт решительно двинулась вперед. Хасан поспешно поднялся, аккуратно взял е"e за локоть.
– Подожди. Я согласен, – обреченно выдохнул он и спрятал руки за спиной.
– Вот и хорошо. Буду надеяться, что хоть сейчас ты сдержишь слово, – беззлобно проворчала она и продолжила ласково: – Тебе ничего не прид"eтся делать. Просто расслабься, – Катя бережно усадила Хасана на прежнее место, – и получи удовольствие.
Она опустилась к его ногам, провела заостренным кончиком языка по внутренней поверхности бедра от колена до края шорт с одной, потом с другой стороны. Его тело моментально отозвалось на ласку, а Кэт неспешно продолжала «игру». Проворные пальцы задрали спереди его футболку, одновременно развязали шнурок и оттянули резинку вниз, мягкий и жадный рот принялся осушать черные завитки от пупка до промежности, пока нижняя губа не коснулась основания максимально восставшего
Расправившись с футболкой, Кэт принялась за шорты. Медленно, ему показалось целую вечность, она стаскивала их с влажной кожи, хотя он как мог, старался помочь, – приподнял таз и в такт двигал б"eдрами (руками помогать она не позволила). Наконец его тело освободилось от липкой ткани. Кэт положила е"e ему под ягодицы и улыбнулась, глядя на полную боевую готовность мужского достоинства.
В следующий момент она встала. Мелкие камешки осыпались с е"e колен, на гладкой коже остались неглубокие красные вмятины.
– Ты куда? – прохрипел Хасан, невольно пытаясь удержать Кэт за локоть.
– Я же сказала, без рук.
– Извини, забыл.
– Сиди здесь, по возможности не двигайся. Я скоро.
– Если уходишь, зачем тогда сняла шорты?
– Без них лучше будет видно, как страстно меня ждали. – Кэт юркнула в густые заросли с другой стороны ступеней и вернулась через несколько минут с внушительным пучком каких-то длинных нитевидных растений. По пути она их то растягивала, то д"eргала, связка оказалась прочной. Тогда Катя отсоединила несколько волокон, скрутила их, перебросила через колено, с силой натянула. Новоиспеченная вер"eвка осталась целой, зато на коже под коленной чашечкой появилась глубокая белая вмятина.
Хасан сразу догадался о е"e затее, тем не менее спросил:
– Что это? – Сегодня она не переставала его удивлять, может, он ошибается в своих домыслах.
– Твои наручники. – Ровные зубки обнажила очаровательная улыбка.
– Только не это, – простонал Хасан, закатывая глаза к небу, – ненавижу быть связанным.
Она быстро пожала плечами, чуть склонила голову к правому плечу.
– Ну ладно! – в голосе сквозило деланное равнодушие. – Не хочешь, не надо. Я тебя не неволю. Пойдем. Оставим в силе наш предпоследний уговор. – Кэт поджала пухлые губы и стала походить на маленькую обиженную девочку. Как устоять?
– Ты шантажистка! – он весело расхохотался. – Хорошо, иди, забавляйся дальше. – Хасан откинулся на ступеньке.
Катя кокетливо опустила ресницы и опять встала перед ним на колени.
– Так-то лучше, – проворные пальцы принялись за дело. Ссучив пряди, Кэт несколько раз обмотала их вокруг его левого запястья, закрепила конец, подергала узел, улыбнулась.
– Крепкий? – Хасан улыбнулся в ответ.
– Хочешь, попробуй.
– Я не сомневаюсь в твоей искусности.
Катерина приняла комплимент как должное, ни на секунду не прерывая работы. Вот и свободный конец уже многократно окольцевал тонкий ствол неизвестного дерева, а бугорок узла издалека напоминал нарост на коре. Потом настал черед правой руки, и вс"e повторилось заново, только вместо дерева «наручники» защ"eлкнулись на стебле плюща толщиной с молодого питона, который змеился по ут"eсу в компании ему подобных.