Обходчик, Таюшев Андрей

Обходчик

на обложку

Таюшев Андрей

Шрифт:

И прошли семь лет, о которых писал ПочеевДве войны одна-то другой бойчееИ страшнее – прошлись по земле, и вотЗлой матрос – ровесник того же СенькиМожет, даже Сенька – ведёт до стенкиНа Максимой даче народ – в расход.Время Стеньки опять, пугача, хлопушиНа Приморском – люди висят как грушиИ давя всю

прежнюю жизнь, как пыльДико вертит башнею с пулемётомПолный ярости, царственным бегемотомТарахтя, «Антихрист» – бронемобильНад причалом нервно хлопочут чайкиДо утра свет не гаснет в чрезвычайкеЗа допросом ведут допросМихельсон и Кун, да землячка РозаДеве-розе мороза смешна угрозаПотому что сама – мороз.Где ты был в те дни, реалист ПочеевПредставитель племени книгочеевИ романтиков из предвоенных лет?Красным стал, братишка ты, или белым?Сгинул где-нибудь, иль остался целым?Навсегда затерялся след…

(Июль, 2017)

«Крики, выстрелы, сабельный лязг…»

Крики, выстрелы, сабельный лязгМясорубка, кровавая сеча«Ты в измене, как в дёгте увязПо колени – по пояс – по плечиТак скажи мне, казак молодойЧто случилось с тобой?Чёрт чудесную песенку спелЧудо-панночкой сердце разбитоКак же хвост ты её прогляделИ рога и копыта?Как, ответь мне, ответь мне, сынокСтать иудой-то смог?Высоко тебя ценят паны! —Конь-то, конь-то и правда – хороший!Не пьянит тебя чувство вины?Иль её ты не чувствуешь ноши?А спасут ли тебя твои ляхиОт Суда, от позора и плахи!?»Выстрел. Взвился дымок голубойИ мгновенно растаял.Дело сделали – ринулись в бой! —Что ведёт поредевшая стая

«На кой ляд тебя понесло, Хома…»

На кой ляд тебя понесло, ХомаНочевать на чёртовый сеновал?Кабы знал ты какая настигнет ТьмаТам тебя, кабы только, дружок, ты знал!Ночь тепла, и ветры в степи поютЗвёзд на небе столько – хоть пруд прудиОставайся

в поле, философ БрутНе ходи на хутор тот, не ходиНо пошёл – и мышкой в капкан залезКак по плечи сразу в смоле увязСам ли выбрал путь – иль попутал бес?Всяк не важно, парень, коль Бог не спас.Ну, положим, просто – не повезлоА потом – вокруг закружился врагИ тебя, Хома, проглотило ЗлоНе заметив, походя, просто так

Белое солнце пустыни

Ночь. Безводная пустыняНебо в звездах стынетБесконечны и угрюмыЗлые КаракумыИ поныне, и понынеБродит по пустынеСредь других бесплотных духовВоин Фёдор Сухов

«Белое солнце встало, над океаном пескаВолнами жар разливается – сух, как в печи, горячПот застит мои глаза, а в очумевших мозгахПеремешались слова: «саксаул, аксакал, басмачТуркменистан, каспий, арык, алыча, аракСкажешь «харам» сразу всплывёт «гарем»Революция, ленин, троцкий, дутов, колчакКто эти люди? Знаю о них зачем?Крутятся-вертятся несколько странных фраз«Встретишь Джавдета – не трогай его – он – мой»«Стой, Верещагин, не заводи баркас»…Сухов уже сто лет бредёт по пескам домойИ вспоминает, вспомнить не может, какОн очутился в этом своём адуПомнит про Катю, про Волгу а дальше – какой-то мракВсё обрывается, в непонятно каком году

Солнце встало над барханомБыл Джавдет жестокОн Саида взяв обманом —Закопал в песокДом спалил, угнал барановИ убил отцаРазрывают болью раныСердце молодцаВоин Сухов спас СаидаНо в груди – пожарНеотмщённая обидаЖжёт, как Ас-СакарКровь и жар, обрывки бреда

Конец ознакомительного фрагмента.

1 2 3