Обещания

Нэнси Ричардсон

ОБЕЩАНИЯ

Нэнси Ричардсон

ЮНЫЕ РЫЦАРИ ДЖЕДАИ

ЗВЕЗДНЫЕ ВОЙНЫ

ОБЕЩАНИЯ

Над ним возникли очертания странной

фигуры. Анакину пришлось прикрыть глаза, оберегая их от яркого, словно исходившего от бриллианта, свечения золотого шара. Он попытался увидеть создание, чьё тело было очерчено мерцающей голубой линией.

— Юный Анакин Соло, — прошептал голос, рука существа качнулась в призыве.

Анакин последовал за сиянием, исходившим из существа, замерцавшего невдалеке от шара. Подойдя ближе, он почувствовал тьму, пронзившую его даже сквозь свободно прилегающую ткань оранжевого комбинезона. В животе затрепетал страх, но он продолжал путь, используя Силу для того, чтобы унять биение сердца. Фигура остановилась напротив впадин в шатких каменных стенах древнего, некогда построенного народом Массасси, Дворца Вуламандры. Рука замерцала светло-голубыми искорками, проходя над надписью. Анакин пробежал глазами значки. Теперь, после возвращения с Явина 8, он и Тахири смогут прочесть их.

Анакин, затаив дыхание, прочитал надпись.

«Мир всем. Мы из народа Массасси. Наши дети были заключены в эту темницу темным джедаем Экзаром Куном. Запертые в глубине этого дворца, спрятанные в сверкающих песках золотого шара, они ждут своего часа. Кристалл, удерживающий узников, смогут расколоть лишь дети, Сила в которых велика, посвященные битве добра против зла. Если ты один из них — войди в шар, и поведи наших детей к свободе».

Фигура кивнула, пав на колени перед Анакином, опустив голову. Анакин ощутил муки существа.

— Тахири и я — те самые, из надписи, — услышал он свои же слова. — Не бойся — мы сразимся в этой битве.

Бледная голубая линия, окружавшая фигуру, вспыхнула и начала, мерцая, затухать, пока не исчезла во тьме. Создание преклонило колени перед Анакином, и неподвижно замерло в этой позе. Анакин наклонился, и протянул к нему руку. Фигура медленно подняла свою, покрытую черной накидкой, голову, и издала смешок, наполненный ненавистью и тьмой. Анакин отшатнулся от неё, как только она начала хохотать, и хохот отдавал раскатами ледяного грома. Глаза цвета пылающих углей сфокусировались на Анакине, околдовывая своей мощью. Фигура выросла, увеличившись почти в два раза.

Существо продолжало хохотать, и Анакин почувствовал, как его заглатывает тьма, послышавшаяся в этих глухих вскриках. Он побежал прочь, не имея даже представления о том, каким путем он достиг подземелий дворца. Черноплащное создание последовало за ним, завывая в безумном ликовании. Наконец, Анакин добрался до секретной комнаты, где помещался золотой шар, который открыли они вместе с Тахири месяцем раньше.

Они мигом почуяли зло, исходящее от него, и попытались понять, как проникнуть внутрь, и освободить узников, чей плач исходил из сердцевины шара. Стоя спиной к шару, Анакину оставалось только наблюдать за тем, как темноплащная фигура подбиралась всё ближе к нему, вновь пригвоздив его к месту взглядом своих горящих глаз. Он отступил назад, до того момента, как не смог пошевелиться, чтобы не дотронуться до шара. Хрустальную сферу окружало поле Силы. Тахири тогда

попыталась дотронуться до него, и её отбросило прямо на каменную стену комнаты. Анакин не собирался повторять её ошибку. Он твердо уперся пятками в землю.

— Я буду драться с тобой, — закричал Анакин. — Тахири и я… мы используем Силу, чтобы разбить злые чары. Мы одни из тех, о ком говорили Массасси: «Сила в них велика, и посвящены они сраженью добра против зла»! Ты нас не остановишь!

— Как же ты остановишь себя, мальчик? — засмеялась фигура. — Я и есть ты!

Создание сбросило с головы свой капюшон, и Анакина чуть не задушил беззвучный крик, хлынувший из всего его существа, из всего того, чем он был, и этот крик готов был вот-вот вылететь из его дрожащих губ. Он стоял, глядя на свое собственное лицо. Вот только глаза были совсем другими. Вместо того, чтобы быть чисто льдисто-синими, те горели, словно угли, пылали и дымились тьмой.

— Ты не расслышал меня, мальчик? — прорычал силуэт. — Я — это ты, дурачок. Ты знал, ты всегда знал, что твое предназначение — служить Темной Стороне — использовать Силу для зла. Это у тебя в крови. Твой дед хорошо послужил нам, помог уничтожить рыцарей-джедаев. Тебя назвали так же, как и его, как Анакина Скайуокера, ставшего Дартом Вейдером. Прекрати сражаться, и прими Темную Сторону Силы…

— Это не сработало, — спокойно сказал Анакин, призвав Силу для самоконтроля. — Я знаю, кто ты.

Фигура зашипела, отпрянув от зазвучавшей в голосе Анакина Силы.

— Ты последователь Экзара Куна, злого рыцаря-джедая, поработившего на тысячи лет расу Массасси, запрятав их детей в золотой шар. Ты — не я, и никогда не сможешь стать мной, — Анакин шагнул вперед, сквозь фигуру в плаще. — Тахири и я — мы собираемся драться с тобой, и разбить проклятие золотого шара.

— Ничего не окончено, юный Анакин Соло, — рассерженно сказала фигура. Она, замерцав, пошла волнами в золотистом свете шара. Мгновением позже создание исчезло. Анакин повернулся к шару. Он слышал плач детей, исходивший изнутри его циркулировавших песков. Потом, подумал он. Потом Тахири и я придем сюда и попытаемся войти в шар и поведем к свободе.

— Потом, потом, потом…

— Потом что? — спросила Тахири, пытаясь растолкать своего лучшего друга. — Анакин, подъём, соня.

Анакин сонно, еще не проснувшись, уставился на Тахири. В её зеленых глазах читалось явное нетерпение, и он попытался сесть.

— Сколько сейчас времени? — спросил он.

— Нам нужно серьезно поговорить, — повторила Тахири. — У нас проблема. Меня хочет видеть Мастер Люк Скайуокер. И я знаю, почему. Я в Академии Джедаев уже шесть месяцев, и теперь для меня настало время принять решение о том, вернуться ли мне в своё племя, или остаться здесь.

— Я думал, ты собралась остаться, — сказал Анакин. Не только потому, что Тахири — его лучший друг, но и потому, что они стали командой. Команда, обязанная разрешить, наконец, загадку шара.

— Да, так, — ответила Тахири. — Но не все так просто. Мастер Люк и я согласны со Сливеном, вождем моего племени, что я должна вернуться на Татуин, чтобы окончательно решить эту проблему. Я приложу все усилия, чтобы переубедить Мастера Люка. Правда? — Тахири не стала дожидаться ответа. — Я знаю, мы наконец-то перевели те символы на двери Дворца Вуламандры. Время войти в шар — я не могу сейчас лететь на Татуин! Ты что-нибудь скажешь, наконец? — спросила Тахири.