Чтение онлайн

Он посмотрел в сторону кухни и мельком увидел выпирающий живот Гас.

— Честно признаться, — медленно произнес Майкл, — мне в беременности нравится все.

Джеймс хмыкнул.

— Можете мне поверить, — заверил он, — я присутствовал при родах. Грязное дело.

— Знаю, — ответил Майкл.

— М-да. Но принимать телят — совсем другое, — не сдавался Джеймс. — Корова не станет кричать, что убьет своего мужа за то, что послал ее на такое мучение. Плацента коровы не выстреливает, словно пуля, через весь родзал.

—

Ага, — внезапно в комнату вошла Гас, — опять шепчетесь о своем. — Она положила руку мужу на плечо. — Мой муж-врач до смерти боится родов, — поддразнила она Джеймса, обращаясь к Майклу. — Хочешь принять моего ребенка?

— Еще бы! — усмехнулся Майкл. — Но увереннее всего я чувствую себя в коровнике.

Гас взяла из рук Мэлани поднос с сыром и поставила его на кофейный столик.

— Со мной легко договориться, — заверила она.

Майкл смотрел, как Гас устроилась на подлокотнике кресла, в котором сидел муж. Джеймс даже не попытался обнять ее. Он наклонился к подносу с сыром.

— Это паштет? — спросил он.

Гас кивнула.

— Сама делала, — объяснила она. — Джеймс охотится на уток.

— Серьезно? — изумился Майкл.

Он взял крекер и намазал его паштетом.

— И на оленей, и на медведей. А однажды охотился даже на братца-кролика, — продолжала Гас.

— Как видите, — невозмутимо сказал Джеймс, — Гас не очень-то поощряет охоту. — Он взглянул на Майкла. — Похоже, вы тоже, поскольку работаете ветеринаром. Но в охоте есть истинная красота: встаешь на рассвете, абсолютная тишина… Мысленно ставишь себя на место добычи.

— Ясно, — ответил Майкл, хотя на самом деле не разделял восторг собеседника.

— Джеймс болван, — однажды снежным днем заявила Гас, когда Мэлани ей позвонила. — Он сказал, что если я не перестану шляться по Лесной ложбине, то рожу прямо у телефонного столба.

— Я считала, что процесс будет не столь стремительным.

— Попробуй ему объяснить!

— Примени другую тактику, — посоветовала Мэлани. — Скажи, что чем лучше физическое состояние до родов, тем легче вернуться к прежней форме.

— А кто сказал, что я хочу стать такой, как до беременности? — спросила Гас. — Неужели я не могу стать как другие? Например, Фарра Фосетт… Кристи Бринкли… — Она вздохнула. — Тебе не понять, насколько тебе повезло.

— Потому что я всего лишь на пятом месяце?

— Потому что ты замужем за Майклом.

На мгновение Мэлани опешила. Ей нравился Джеймс Харт, его невозмутимый вид настоящего американца, его естественное обаяние, едва заметный бостонский акцент. Он был во многом схож с Мэлани, но все ее недостатки у него оказывались достоинствами: она замкнутая — он уравновешенный, она робкая — он склонный к самоанализу, она дотошная — он взыскательный.

К тому же он оказался прав. Через три дня у Гас отошли воды прямо на дороге, в километре

от дома, и если бы проезжающий мимо автомобиль телефонной компании не остановился и водитель не спросил, как она себя чувствует, вполне вероятно, что она родила бы Кристофера прямо на обочине.

Мэлани снился сон. Она видит Майкла в конюшне. Его поседевшие волосы поблескивают в лучах утреннего солнца, он гладит живот кобылы, которая должна вот-вот ожеребиться. Мэлани стоит чуть выше — вероятно, на сеновале, — и по ногам у нее течет вода, как будто она обмочилась. Она кричит, но изо рта не вырывается ни звука.

Поэтому она поняла, что родит ребенка в одиночестве.

— Я буду звонить каждый час, — заверял ее Майкл.

Но Мэлани отлично знала своего мужа: как только он займется лошадью со вздувшимся животом или овцой с маститом, то сразу же забудет о времени. К тому же во многих местах, куда он ездил как сельский ветеринар, о такой роскоши, как таксофон, и не мечтали.

Подошел поставленный на конец апреля срок родов. Однажды ночью Мэлани услышала, что Майкл разговаривает по телефону, стоящему у кровати. Он прошептал что-то, она спросонья не расслышала, и исчез в темноте.

Ей опять приснился сон о конюшне, а когда она проснулась, то обнаружила под собой мокрый матрас.

От боли она согнулась пополам. Вероятно, Майкл оставил где-то записку с номером телефона. Мэлани искала в спальне, в ванной, периодически останавливаясь, чтобы переждать схватки, но ничего не нашла. Она сняла трубку и позвонила Гас.

— Началось, — сказала она, и Гас ее отлично поняла.

Джеймс был на операции, поэтому Гас взяла с собой в автокресле Криса.

— Мы обязательно найдем Майкла, — заверила она Мэлани.

Гас положила руку Мэлани на ручку переключения передач и велела сжимать ее, когда будет больно. Она припарковала машину у пункта «неотложной помощи».

— Сиди в машине! — бросила она, хватая Криса, и побежала к разъезжающимся воротам. — Мне нужна помощь! — закричала она на сестринском посту. — Женщина рожает.

Медсестра непонимающе посмотрела на нее и на Криса.

— Похоже, вы уже опоздали, — сказала она.

— Речь не обо мне! — выкрикнула Гас. — Рожает моя подруга. В машине.

Через несколько минут Мэлани уже была в родзале, в новой сорочке для рожениц и корчилась от боли. Акушерка повернулась к Гас.

— Похоже, неизвестно, где отец ребенка?

— Он едет, — заверила Гас, хотя это была неправда. — Я за него.

Акушерка взглянула на Мэлани, которая потянулась, чтобы схватить Гас за руку, на Криса, который спал в пластмассовой детской люльке.

— Я отнесу ребенка в ординаторскую, — сказала она. — Детям нельзя находиться в родзале.

— А я считала, что мы здесь именно за этим, — пробормотала Гас, и Мэлани стал душить смех.