Оберон - 24
Шрифт:
На Обероне – 24, к тому же, воздух чистый, можно им дышать, но нам не разрешают. Говорят, я один раз снял шлем… Но об этом позже. Вот шлем, как раз и мешает целостности скафандра. Всё срастается с кожей, а шлем срастается со скафандром в области шеи. Потому у меня и возникли проблемы с подшлемником. Забывал я про него, потому что всё цельное, а подшлемник висит отдельно! Вроде, тоже оживает, когда прирастает к воротнику.
Говорят, если бы не волосы на голове, сделали бы и шлемы живыми, а для глаз – фасетчатые линзы!
Вот
Волосы мешают? Дети-то во всех местах, кроме головы безволосые, а вот как взрослые? Особенно мужчины? Вот вырасту, захочу залезть в скафандр…
Ты сначала вырасти! – одёрнул я себя. С такой наставницей вырастешь! Похоронит в каком-нибудь кургане, и скажет, что так и было! Потом сама там будет вести раскопки… и о! Чудо! Гуманоид!
Сопя и злясь на Ваську, начинаю стягивать с себя скафандр.
Сначала отделяю шлем, который откидываю за спину, он раскрывается наподобие крылатки, потом снимаю подшлемник, и вешаю его в шкафчик. Затем самое главное: я выдавливаюсь из скафандра.
Васька внимательно смотрит за процессом. А мне приходится терпеть её присутствие.
Отворачиваться нельзя, потому что, когда я в первый раз одевался-раздевался, я «забыл», как это делается, и теперь приходится показывать, насколько я усвоил уроки.
Но даже это унижение не останавливает меня от прогулки до ограждения, откуда я могу наблюдать великолепие заката. Я бы ещё утром смотрел, но утром меня не выпускают.
Вылезши из скафандра, я выворачиваю его наизнанку и показываю Ваське.
– Повернись! – велит она. Я повернулся, показывая ей все свои бока.
– Ну, вот, нигде уже нет пятен, всё ровно приросло. Тренируйся чаще. Всё. Вешай кожу в шкаф и иди в душ.
– А ты? – я сегодня весь такой наглый! – Тебя не надо осматривать? – гляжу я снизу-вверх. Васька на голову выше меня. Сейчас как врежет по заднему месту! Инстинктивно я отскакиваю к двери.
– Боишься? Правильно делаешь! – спокойно отвечает девушка, - Иди, пока не получил!
Я выскакиваю за дверь, в душевую, весь дрожа: вот это да! Нагрубил, и не получил!
Даже весело стало! Зашёл в душевую кабинку, встал под струи воды, напевая что-то типа «а нам всё равно!». Когда звякнул сигнал, что раствор с меня смыт, я покинул кабинку, растёрся полотенцем и начал одеваться, опять же напевая. Потому что Ваське сейчас не до меня, она принимает душ.
Хоть нижнее бельё на этой станции человеческое: плавочки и маечка, всё белое, поглощающее влагу, причём всегда чистое. Правда, сверху этого надо надевать комбинезон, тоже белый, срощенный с башмаками и капюшоном. Застёжка от паха до горла зарастает, так что бельё надо надевать тщательно, чтобы не было складок. Раздеваться при всех и снова заправляться мне неохота. Хватило двух раз. От хохота чуть не оглох. Правда Васька потом им надавала оплеух, хотя сама ржала, как ненормальная.
Ну а я чего?
Глава первая.
Как я сюда попал, и почему разлюбил девчонок.
Кто бы мог подумать, что в свои годы, не первой молодости, я могу влипнуть в такую историю?!
Ни за что бы не поверил, что, ложась вечером в постель с женой… Ну ладно, жена должна была прийти попозже, любит она смотреть телевизор до поздней ночи. Но это не суть важно.
Всё было, как обычно: внучка легла спать, дочка с зятем пришли на кухню, давая понять, что мне пора освобождать место, я закрыл свою книгу и отправился спать.
Надо сказать, что я был… почему был? Просто здоров! Почти…
Ну и вот, улёгся, повертелся немного, да и заснул. Надо сказать, просыпаюсь я иногда среди ночи, в туалет там, воды попить, а то и снотворное принимаю, чего греха таить.
Так вот, просыпаюсь я, чувствую, простыню на себя напялил, с головой укрылся, и холодно мне.
Одеяло, что ли с меня жена стянула? Только хотел поискать одеяло, как простыня поднимается, я открываю глаза, и вижу перед собой хорошенькую молодую девушку. Почти девочку.
Лицо милое, но очень испуганное. Я решил приободрить гостью, и улыбнулся ей…
Лучше бы я этого не делал! Потому что рука у девушки оказалась тяжёлой! Как врежет мне по лицу! Потом с другой руки!
– Ты живой, гад?! Притворялся?! Напугать меня решил?!
Я сильно разозлился. Что она себе позволяет? Ввалилась сюда, да ещё и дерётся!
– Ты кто такая? – строго спросил я, и осёкся, услышав вместо грубого голоса, какой-то писк. Прочистив горло, я опять задал вопрос, с удивлением услышав, что голос у меня какой-то не такой.
– Что ты тут делаешь? – спросил я.
– Да вот, пришла проститься с тобой, да засунуть в крио камеру! – со злостью, неподобающей милым девушкам, ответила она.
– Что ещё за крио камера? Что здесь происходит? – вскричал я.
– На Землю тебя хотели отправить. В виде трупа, - грубо ответила девчонка.
– Как, в виде трупа? – спросил я в смятении.
– Вот так. Если бы я не оставила тебя на операционном столе, а сразу заморозила, как положено по инструкции, так бы и вышло.
– Зачем меня было замораживать? Что я тебе такого сделал?
– Умер!
– Умер? Так я живой!
– Сейчас живой, а вчера умер. Какого чёрта ты снял шлем?
– Шлем? Какой шлем? – тупо спросил я, совершенно ничего не понимая.
– Что, память потерял, или опять притворяешься? – вышла из себя девушка, снова замахиваясь.