О пользе проклятий
Шрифт:
– Жак, прекрати нести чушь, – поморщился король. – Неужели ты действительно так обо мне думаешь?
– А что тогда? Разобиделись, ваше королевское достоинство не перенесло отказа? Так от предложения в такой свинской форме и я бы отказался, и обижаться у вас нет никакого морального права. А она, между прочим, по вас скучает. Она-то никогда не рассматривала вас как возможного кавалера, а так вот резко обрывать отношения из-за дурацкого проклятия для… э-э… просто друга – как-то странно. Гулять больше не водите, познавательных бесед за бутылкой не устраиваете, по охотам не таскаете, даже этот заказ на переписку книг через меня передали.
– Давай об этом потом поговорим, – перебил его король. – Мне надо сосредоточиться и подумать кое о чём другом.
– Хорошо, – согласился Жак. – Будете должны.
– Что я тебе буду должен?
– Разговор.
– Как скажешь. Хотя я и не хотел бы это с кем-либо обсуждать, но ты же все равно не отцепишься… Познакомься, это мэтр Силантий.
Жак уважительно пожал руку пожилого поморца и представился. Тот величественно качнул косматой седой гривой, поправил широкий кушак, за который была засунута шапка, и приказал:
– Шапку сними, юноша. Драконы не любят.
– А почему? – полюбопытствовал король и тоже сунул шапку за пояс, так и не успев надеть.
– А не знаю. Не любят, и все. Ты, юноша, когда его величество будет говорить, постоишь в сторонке молча, чтоб не мешал. Ни в коем случае не орать, не визжать, не шарахаться и не падать в обморок. А вы, ваше величество, постарайтесь не упоминать в разговоре вашего кузена-героя, как будто его у вас вообще нет.
– Чего ещё не любят драконы? – поинтересовался король. – Чтобы мы их нечаянно чем-нибудь не обидели.
– Не переносят малейшей непочтительности со стороны людей. Не любят, когда людей много, когда шумят, когда говорят глупости, когда пугаются… оружия очень не любят.
Король молча достал пистолет и положил на стол.
– Мы готовы, мэтр Силантий. Если что-то будет не так, предупреждайте, советуйте. Если я что-то не то скажу, поправьте при переводе.
– Обязательно, – пообещал маг и стал открывать телепорт. Жак поспешно зажал ладонью сокет, как он всегда делал при телепортации, чтобы не вывалиться из реальности, а другой рукой вцепился в рукав короля. «Ну на кой мне это надо? – успел подумать он. – Зачем я согласился? Вот проклятое любопытство, вечно меня на подвиги тянет…» В следующий миг порыв ветра чуть не сбил его с ног, и он с трудом удержался за королевский рукав.
Они находились на огромном заснеженном плато, продуваемом ветром со всех сторон, и вокруг, насколько можно было окинуть взглядом, простирались только горы и снег. Справа белоснежные пики вонзались в ослепительно-синее небо, на котором не было ни единой тучки, ни единого облачка, только синее и белое, а слева в ясно-синем небе висело золотое солнце. Далеко впереди плато упиралось в отвесную скалу, а немного позади обрывалось в глубокое ущелье.
– Отойдите от края, – посоветовал маг. – Упадёте ещё. Подальше, чтоб ему было где приземлиться, а то придавит или сдует. И стойте покрепче, они как приземляются, сильный ветер поднимают.
Они отошли от края, как посоветовал мэтр Силантий, после чего король остановился в указанном ему месте, а Жак отошёл ещё метров на двадцать.
– А
– Нас хорошо видно на снегу, – пояснил маг. – Сейчас прилетит кто-нибудь. Мы с ними договаривались примерно на это время.
Жак тоже завертел головой, осматриваясь, чтобы не пропустить момент, когда появится дракон, но всё-таки пропустил. Огромная золотистая туша легко взмыла над краем обрыва и, тормозя крыльями, стала садиться на плато почти рядом с людьми. Поднятый крыльями ветер швырнул Жака назад, и он, не удержавшись на ногах, мягко шлёпнулся задницей в снег. Король всё-таки удержался, только чуть попятился, прикрывая от ветра лицо. Скала гулко содрогнулась, дракон приземлился на задние лапы, опёрся на хвост, как кенгуру, и сложил крылья. Жак, который только успел встать на ноги, невольно сделал пару шагов назад и снова приземлился на пятую точку. Больше он решил не вставать, тем более, что ноги его не слушались. Он с тихим ужасом наблюдал, как дракон встал на четыре лапы, вытянул шею так, что почти упёрся мордой в короля, и что-то профыркал.
– Это Урр, предводитель стаи. Он вас приветствует, – пояснил Силантий.
– Я тоже его приветствую, – жизнерадостно откликнулся король. – Я что-то должен сделать для этого?
– Нет, я просто скажу.
Дракон выслушал ответное фырканье, качнул головой, приоткрыл пасть и высунул язык.
– Не бойтесь, он хочет вас потрогать, – предупредил маг. Король спокойно кивнул. Жак, оцепенев от ужаса, смотрел, как длинный раздвоенный язык дракона обвивает человеческую фигурку, совсем крошечную рядом с массивной золотой тушей, и боролся с желанием зарыться в снег с головой. Король с любопытством оглядел драконий язык и спросил:
– А мне его можно потрогать? Или это будет неуважительно с моей стороны?
– Можно, – ответил Силантий. – Они любят, когда их трогают. Только не за язык.
Король протянул руку и осторожно погладил золотистую чешую на морде. Дракон снова коротко фыркнул и втянул язык. Потом поднял голову повыше и громко что-то рявкнул.
– Он говорит, ваш спутник его боится, а вы нет. Почему?
– Наверное, потому, что все люди разные, – предположил король. – Он поймёт, если выразиться так?
Маг пожал плечами и зафыркал по-драконьи. Дракон повертел мордой, снова рявкнул несколько раз и опустил голову почти до земли.
– Он понял. Он сказал, что к ним часто обращаются маги, иногда – герои, но человеческих королей он ещё никогда не видел. Ему интересно. Излагайте свой вопрос, он слушает.
– Спросите его… скажите примерно так: мы знаем, что драконы мудрые волшебные существа, они живут вдали от людей и стараются не иметь с ними дела. Но почему-то иногда некоторые драконы прилетают к людям, нападают на них, и вообще ведут себя агрессивно. Почему?
– Он говорит, потому, что драконы тоже разные.
– А чем эти отличаются от других? Они не хотят жить со своими сородичами, или просто за что-то ненавидят людей, или они просто агрессивны от природы и им все равно, на кого нападать?
– Он сказал, ни один дракон не станет по доброй воле жить среди людей, кроме ненормальных извращенцев. Или изгнанников, которых отвергла стая и которым негде больше жить.
– А к какой категории относится тот, которому мы платим дань? Он себя называет Скорм Непобедимый и живёт в Зелёных горах на границе Ортана и Мистралии.