О, Мари!
Шрифт:
– Я знал, что ты об этом заговоришь. Видишь ли, будущий лягушатник, дело в том, что шубу на такой рост, как у Мари, в нашей республике найти сложно. Таких сюда просто не завозят. Но на всякий случай я уже поручил моим девочкам подыскать что-нибудь подходящее или сделать специальный заказ.
– Рафа, а может, полушубок? Деньги я отправлю с Иветкой. Шмотку передашь Варужану, он отправит через знакомых, понял?
– Видали такого? Отрывает меня от государственных дел и даже не спрашивает, успешно ли прошли совместные учения с монгольской армией! Только и занят кузинами да шмотками. Давай, парень, ты коммунист и офицер, служи
– Подожди, подожди! У меня к тебе еще несколько вопросов, а то все время о себе говорю.
– Слушаю.
– Как у тебя на работе? Все нормально?
– Более-менее. Ожидается даже внеочередное повышение в должности, так что, похоже, скоро и капитана получу.
– Как папа, как мама?
– Нормально. Правда, в связи с уходом Якова Никитича [38] из республики папа, по-видимому, не останется на своем месте. Ты же понимаешь – командная система. Придут новые люди, составят новую команду. Он, конечно, еще надеется, но сам я уже практически уверен, что так и будет. Только, видишь ли… он человек активный, еще не старый, а я единственный ребенок. Боюсь, они с мамой переключатся на меня и заставят жениться, чтобы я больше бывал дома. Все-таки мне скоро двадцать девять, не мальчик уже.
В голосе Рафы я уловил какую-то грусть, недосказанность. А может, парень просто взрослеет, как и я? Ведь с каждым годом мы меняемся и воспринимаем мир уже чуть-чуть по-другому.
Глава 14
Недели с Иветтой пролетели как час. Представившись моей двоюродной сестрой и невестой, она развила бурную деятельность: Василису и других местных девушек учила французским романсам, каким-то новым танцам, давала советы по новейшей моде. В те годы все французское было исключительно модным. Это было время Ива Монтана, Симоны Синьоре, Жана Маре, Жерара Филипа, Алена Делона, Эдит Пиаф и многих других, чуть позже – Джо Дассена. Все американское и английское было отодвинуто на второй план, в том числе и по политическим соображениям.
С Иветтой было легко и весело. Она никогда не скучала, всегда радовалась и смеялась, улыбка не сходила с ее лица. Повезет же тому, кто женится на ней, – всю жизнь будет счастливым! Чудесный, легкий характер – если, конечно, он останется таким и в браке, ведь часто бывает, что вскоре после свадьбы жизнь и поведение и мужчин, и женщин претерпевают удивительные метаморфозы. С ее приездом к числу моих недоброжелателей добавились еще и завистники. Однако прокурор со всей серьезностью разрешил мне не оставаться на работе после пяти, и несколько раз мы ездили в Москву – на концерт, в театр или просто в ресторан. Арам сделал вид, что ничего не знает о Мари и ее пребывании в столице.
В субботу после обеда я снова повез Иветту на такси в Москву, где в гостинице «Метрополь» для нее был забронирован номер. Группа работников искусства и культуры, которых девушка должна была сопровождать в Брюссель, уже прибыла. Чтобы избежать случайной встречи со знакомыми, я предложил Иветте поужинать в кафе гостиницы «Националь» – там, как правило, было немноголюдно и почти никого из республик и регионов. Иветта сообщила, что вечером к нам присоединится Ольга, которая через день должна лететь с другой группой в Монреаль. Решили, что, если удастся уговорить дежурную, я переночую у Иветты. Если нет – Арам меня где-нибудь устроит: может, у себя
На ужин девушки пришли в чудесном настроении. Они шутили, смеялись и бесконечно перебивали друг друга, предвкушая поездку. Вдруг позади меня раздался знакомый голос:
– Давид, могу я присоединиться к вам? Как раз вы с двумя девушками, а я один.
Обернувшись, я увидел широко улыбающегося и по обыкновению модно одетого Бифштекса. Не дожидаясь приглашения, он подсел к нашему столику и тут же обратился ко мне с вопросами:
– Что пьете? «Советское шампанское»? Давид! Такие девушки с вами, а вы угощаете их советским шампанским! Понимаю – вы патриот, советский офицер, но все-таки разрешите мне заказать французское! Лариса, – подозвал он официантку, – бутылку «Дом Периньон», пожалуйста, и ананас.
– Девушки, это Бифштекс. Шустрый парень.
– Бифштекс? Что за странное прозвище? – расхохотались подруги.
– А вы недожаренный или пережаренный бифштекс? – обратилась к фарцовщику острая на язык Ольга.
– Просто он в детстве очень любил бифштексы, вот друзья его так и прозвали, – пояснил я.
– Ничего, ничего, девушки. Я не обижаюсь. Действительно, меня многие знают под этим прозвищем. Но мое настоящее имя Генрих.
– А прозвище все-таки очень хорошее и почему-то так вам подходит! Так и хочется называть вас Бифштексом. Можно?
– Можно.
– Вы артист, Генрих? Какого жанра? – спросила Иветта.
– Иветта, как ты правильно угадала! – воскликнул я. – Он артист, и неплохой артист! А жанр у него – трагикомедия.
– Мальчики, – вступила в разговор Ольга, – мне показалось, что вы не особенно ладите? Мы рады знакомству с вами, Генрих, а ваше шампанское выпьем в другой раз.
– Ну что же, друзья, я вижу, у вас есть свои темы для разговора, не буду мешать. Давид, а может, сфотографируемся с девушками на память? Когда еще выпадет такая встреча? Пошлете родным, друзьям, в том числе и одной зарубежной подруге, к которой вы, кажется, крайне неравнодушны. Все будут рады, что ваша военная служба проходит в таких замечательных условиях. Вы просто везунчик!
– Надо же, а я-то подумал, это был дружественный шаг с твоей стороны. Даже расчувствовался – какой, оказывается, неплохой парень Биф! По-видимому, я ошибся. Все совсем не так.
– Ты что думаешь, Давид, у меня настолько короткая память? Вы с твоим дружком меня чуть не убили! Меня до сих пор мучают головные боли от твоих ударов кастетом. Разве такое забывается?
С этими словами Бифштекс развернулся и ушел. Воцарилось неловкое молчание. Иветта уставилась на меня, ее огромные глаза пылали негодованием.
– Давид, почему вы с Рафой хотели убить этого человека?
– Дурацкий вопрос! Этот человек сделал одну гнусную подлость. Мы его слегка наказали.
– То есть ударить кого-нибудь кастетом по голове – это «легкое наказание»? А ты непрост, Давид. Я начинаю тебя бояться. Я-то думала, что все о тебе знаю – такой честный, такой мужественный! А ты, оказывается, бандит, чуть ли не убийца! Помнишь, Ольга, когда мы отмечали новоселье, Давид с Рафой принесли чудесный подарок – музыкальный центр? Потом была шикарная шуба и прочие дорогие вещи… Еще тогда моя мама засомневалась: «Дочка, чем занимаются эти юристы? Симпатичные ребята, но странно, что они могут себе такое позволить». Так вот в чем дело!