Чтение онлайн

отпраздновать это событие, то что тогда вообще праздновать?

Мэрилин Боннер тревожилась об Алане.

Не с утра до ночи, конечно. Кроме того, она изо всех сил старалась себя успокоить. В конце

концов, он взрослый человек и в состоянии сам о себе побеспокоиться. Но как мать она знала

его слабость - он всегда искал легкие пути, которые в итоге ни к чему не вели, и избегал

трудностей, без которых ничего нельзя добиться. Ее тревожило, что в свои двадцать

семь лет

он по своему поведению все еще оставался подростком. Например, вчера вечером, когда она

зашла к нему, он был увлечен видеоигрой, и, увидев ее, тут же предложил попробовать и ей.

Стоя в дверях его дома, Мэрилин размышляла, как же она умудрилась воспитать сына,

который ее, по-видимому, совершенно не знает.

И все-таки могло быть и хуже. Причем несравненно. Главное, что Алан нормальный,

хороший парень, работает и ни в каком криминале не замешан, а в наши дни это не так уж

мало. Можно говорить что угодно, но она и газеты читает, и слышит, что говорят в городе. Не

тайна, что многие друзья Алана с детства, некоторые из них даже из семей получше, подсели

на наркотики или превратились в настоящих пьяниц, а иные даже угодили за решетку. Что ж, ничего удивительного, если учесть, где они жили. Слишком многие восхваляли

американскую провинцию, представляя ее по картинам Нормана Роквелла, которые с

реальностью ничего общего не имеют. Кроме врачей, юристов и крутых бизнесменов в

Ориентале, впрочем, как и в других маленьких городках, никому много не заработать.

Правда, для детей Ориентал во многих отношениях идеальное место, но молодежи тут ловить

нечего. В маленьких городах никогда не было и никогда не будет менеджеров среднего звена.

И делать там по выходным нечего, и даже познакомиться не с кем. Почему Алану так

нравилось здесь жить, она понять не могла, но пусть будет, как он хочет. К тому же он сам

себя содержит. И, желая помочь ему начать самостоятельную жизнь, она купила ему

передвижной дом в двух шагах от своего.

Нет, никаких иллюзий относительно Ориентала она уже давно не питала. В этом смысле ее

мнение отличалось от мнения высшего света города, но когда в молодости остаешься без

мужа с двумя детьми на руках, взгляды меняются. То обстоятельство, что она из семьи

Беннетов и закончила Университет Северной Каролины, не помешало банкирам отказать ей в

праве выкупить заложенный сад из-за просрочки платежа. Не помогли ни имя, ни связи. Даже

полученная в университете престижная степень по экономике не дала ей никакого

преимущества.

В конце концов, все в жизни решали

деньги и поступки, а не репутация, поэтому

существующее в Ориентале положение вещей для Мэрилин было невыносимо. Сейчас,

нанимая работника, она предпочла бы трудолюбивого иммигранта выпускнику Университета

Северной Каролины или выпускнице Университета Дьюка, считающим, что весь мир им

обязан. Подобный взгляд на вещи людям вроде Эвелин Коллиер и Юджинии Уилкокс,

возможно, показался бы бого"сеп50геа"'ством, но Мэрилин давно уже считала Эвелин, Юджинию и им подобных динозаврами, цепляющимися за мир, давно канувший в Лету. На

недавнем городском собрании она так и сказала. Раньше ее заявление произвело бы

переполох, но бизнес Мэрилин был одним из немногих успешно развивающихся в городе, и

никто не посмел возразить - в том числе и Эвелин Коллиер с Юджинией Уилкокс.

После смерти Дэвида Мэрилин научилась ценить свою заработанную тяжелым трудом

независимость. Она научилась полагаться на свое чутье и признавала, что предпочитает

самостоятельно распоряжаться своей жизнью без оглядки на чужие мнения. Наверное,

именно поэтому она отвергала многочисленные предложения Лео. Бухгалтер из Морхед-

Сити, он был умен, обеспечен, и ей нравилось проводить с ним время. И что самое главное, он уважал ее, а дети его любили. Эмили с Аланом не понимали, почему она ему отказывает.

Лео, в свою очередь, знал, что она никогда не согласится выйти за него, но его это не

расстраивало, потому что такое положение вещей, по правде говоря, их обоих устраивало.

Вот, завтра вечером они, возможно, пойдут в кино, а в воскресенье она отправится в церковь, после чего зайдет на кладбище к Дэвиду, как делала это каждые выходные вот уже почти

четверть века. А потом она встретится с Лео, чтобы поужинать. Она по-своему его любила.

Возможно, это не то, что другие понимают под словом «любовь», но это не важно. Им обоим

шли на пользу такие отношения.

В это время в другом конце города Аманда на кухне пила кофе, стараясь не обращать

внимания на красноречивое молчание матери. Вчера вечером, приехав домой, Аманда застала

ее в гостиной, и не успела присесть, как начался допрос.

«Где ты была? Почему так поздно? Почему без звонка?»

«Я звонила», - напомнила Аманда и, предупреждая обличительную тираду в свой адрес, к

которой готовилась мать, сказала, что у нее болит голова и ей нужно полежать у себя в

комнате. Поэтому наутро мать всем своим видом выражала крайнее недовольство.