Чтение онлайн

— Между прочим, зря ты так, — скорчил я обиженную мину. — Для меня этот вопрос очень важный. Я вообще-то большую часть жизни на камнях и песке ночевал, и семейным человеком не для того стать собираюсь, чтобы, свернувшись калачиком, на диване под лестницей дрыхнуть. Опять же, холодно там у нас без тепла чужого прильнувшего тела. А о любви и ласке я вообще молчу.

Сой Фон резко поднялась со стула, заставив меня прерваться.

— Хорошо. Пойдем, — в самом конце голос шинигами немного дрогнул.

Может быть, это случилось от страха перед неизвестностью, а, может быть, от простой неуверенности, что

еще жила в глубине этой внешней ледяной скорлупы. Но, так или иначе, теперь оставлять Сойку один на один с этим я не собирался.

— Не бойся, пчёлка, — моя ободряющая усмешка получилась мягкой, без желчи, как мне и хотелось. — Я буду там с тобою рядом. От начала и до конца.

Робкая улыбка Сой, сверкнувшая в ответ, не могла меня не порадовать.

Если бы кто-нибудь достаточно одаренный, чтобы видеть духов, оказался бы этой ночью в одном из обширных ухоженных лесопарков, что со всех сторон обступали Каракуру, то ему, вполне вероятно, довелось бы увидеть весьма необычную картину. На берегу небольшого искусственного озера, чья поверхность серебрилась рябью в лунном свете, была выстроена резная деревянная беседка в старинном стиле. И сейчас в ней находились два существа, которым при обычных обстоятельствах следовало скорее вступить в немедленную схватку, нежели пребывать в беспокойном ожидании.

Заложив руки за спину, Нацу нарезал неторопливые круги мимо высоких перил, изредка поглядывая на часы. Сой Фон демонстрировала куда большую невозмутимость, правда, ее пальцы с каждой минутой неосознанно все сильнее теребили одно из колец, заплетенное у девушки в косу. Понаблюдав некоторое время за этим нарастающим процессом, 78-ой все же не выдержал:

— Вообще-то, милая, это довольно-таки эгоистично с твоей стороны, — с укоризной заметил арранкар, запрыгнув на перила и усевшись спиной к воде.

— О чем ты? — капитан второго отряда не сразу обратила внимание на сказанное.

— Вот о том я, — припечатал Нацу. — Как ты можешь так сильно переживать и волноваться, когда совсем рядом твой единственный и ненаглядный муж находится, буквально, на грани отчаяния! Какая поразительная нечуткость!

— И это ты еще здесь переживаешь? — искренне возмутилась Сой Фон, чуть придя в себя и дивясь в очередной раз безразмерной наглости блондинистого нумероса.

— Конечно! Ты только вдумайся! — не полез в карман за словом пустой. — Я, можно сказать, подошел к самому важному моменту всей своей осмысленной жизни, который, возможно, кардинально поменяет мою дальнейшую судьбу! Мне предстоит серьезнейший разговор, в котором я не только буду вынужден раскрыть свою душу, но также использовать все доступные мне глубины изящной словесности. И при всем при этом, очень даже велика вероятность, что по итогам этой встречи я буду: отвергнут, — загнул палец Нацу, — осмеян, унижен, раздавлен, избит! И, конечно же, не стоит забывать самого страшного варианта исхода событий — я навсегда останусь твоим законным супругом! Причем исключительно только твоим!

Несколько следующих секунд капитан, позабывшая от возмущения как правильно нужно дышать, вспоминала азы этого непростого процесса, после чего, наконец, смогла ответить.

— То есть, это для тебя самый нежелательный исход?

А для меня, значит, сугубо положительный и желанный, да?

— Конечно, — улыбнулся Нацу. — Я ведь золото, а не муж. Честный, заботливый, работящий, находчивый, остроумный, а главное невероятно скромный! Да тебе на меня молиться надо будет, если Йору-тян отвергнет мои жалкие попытки, в некотором роде, претендовать на часть ее свободы и личного времени.

— Знаешь, — угрожающе прищурилась девушка. — Я вот тут вспомнила об одной детали, которую мы не обсудили. Относительно того, что после свадьбы никто из нас не обязан искать своего супруга, если тот вдруг внезапно и необъяснимо исчезнет.

— А с чего бы мне это так исчезать? — настороженно уточнил арранкар, на всякий случай аккуратно перекидывая ноги через перила наружу беседки.

— Да мало ли, какие несчастные случаи могут произойти с пустым в Сейретее, — в глазах и голосе Сой сквозил ничем нескрываемый зловещий посыл. — Или где-нибудь, например, на бескрайних пустынных просторах Уэко Мундо.

— Великий Айзен, — всплеснул руками Нацу. — Вот так время откровений. А я еще, балбес, не верил, что свадьба так разительно меняет женщин. И где спрашивается та милая, скромная, застенчивая и безжалостная убийца, которую сосватал мне Бьякуя-семпай?

78-ой горестно закатил глаза, скорбно понурился и печально вздохнул. Не выдержав уже этой картинки, Сой Фон тихо прыснула от смеха. Нацу тут же довольно улыбнулся и, спрыгнув на траву, прошел несколько шагов в сторону озера. Замерев на месте, пустой поднял голову и посмотрел на ночное небо и большой диск луны зависший на нем.

— Знаешь, в Уэко Мундо она совсем другая, — сказал арранкар каким-то другим, тихим и не похожим, голосом. — Бледная, бесчувственная… Всегда одинаковая. К этому привыкаешь и просто не замечаешь. Ровно до того момента, пока не окажешься в этом мире. И только здесь вспоминаешь как когда-то, очень-очень давно, в самые первые страшные годы тебя жутко бесила та одноликая и безжизненная луна…

Слушая слова Нацу, девушка подошла к тому месту, где он недавно сидел, и облокотилась о перила, вглядываясь в невысокую фигуру пустого тем странным взглядом, который Нацу уже подмечал пару раз.

— Как долго ты был… там?

Нумерос усмехнулся, не обернувшись.

— У меня тогда еще не было с собой моднявых часов и прочих занятных гаджетов, так что, даже приблизительно не имею понятия. Вечная ночь никогда не меняется. Но я ничуть не жалею, — тон Нацу снова стал жизнерадостным, а в следующую секунду даже немного восторженным, — ведь именно после всех этих вынужденных мучений и долгих скитаний я встретил прекраснейшую девушку, чья красота, ум, сила и грация достойны воспевания поэтами всех эпох и народов!

Сой Фон почувствовала, как к ее щекам снова приливает румянец, но прежде чем девушка успела как-то ответить, из густой кроны дерева, находившегося с другой стороны от беседки, послышался звонкий смеющийся голос.

— Няка-кун, так нечестно! Ты снова меня заметил!

— Да что ты, Йору-тян! — обернулся пустой, весело улыбаясь.

— Заметил, заметил, — силуэт Йоруичи мягко скользнул вдоль ствола на землю, и оборотень с золотыми глазами вышла на освещенное пространство у берега. — И как только у тебя это получается?