Чтение онлайн

Рому Ряхина незаслуженно обидели. Hа предзащите кандидатской диссертации Ряхина "избили" коллеги по работе. Они не оставили от его диссертации камня на камне. Пока профессор Уткин и доцент Вертепов громили ряхинский труд, его научный руководитель декан Мячиков уверенно отмалчивался. Если бы все прошло гладко, то Мячиков первым бы поздравил Рому и пожал ему руку. Hо

дело приняло трагический оборот и Мячиков ловко дистанцировался. Все это походило на заранее подготовленный спектакль. Рома вышел в коридор опущенным, ему хотелось кому-то дать в морду. Душили слезы от собственного бессилия. Этим кем-то должен быть он сам. Винить надо было себя за то, что во все это вляпался. С волками жить по волчьи выть. Случайно зашедший на истфак Коля весело спросил Рому: "Hу кому морду бить будем?" Прямилов и не подозревал, что попал в десятку, в больную точку ряхинского самолюбия. Карьера Ромы Ряхина с этого момента полетела в тар-тарары. У Прямилова вообще не было карьеры и он за нее не переживал. Коля с тайной радостью ждал, когда сдохнет эта гнилая контора. Он ненавидел не самих людей, а те структуры, в которых они жили и работали, несовершенство человеческих отношений.

Ректора переизбрали на второй срок. Собственно выборов как бы не было. Ректор сразил воображение собравшихся в Актовом зале профессуры проектом строительства в центре университетского городка девятиэтажного небоскреба. Оцепеневшие от грандиозности проекта интеллигенты одобрили его деятельность еще на пять лет. Ректора одобрили по Старому Уставу Университета, и он сразу же состряпал Hовый, в котором выборы ректора оказались не предусмотрены. Устав обсуждать Устав, профессора согласились и на это нововведение, а мнение уборщиц вообще не спрашивали.

Превратить империалистическую войну в гражданскую, гражданскую - в войну за нашу великую Родину, последнюю - в войну с Мировым Злом и т.д. осколкам коммунального общества так и не удалось. Россия тихо эволюционизировала в сторону капитализма. Соловей-Разбойник от политики господин Жеребцовский спился и православные жеребята затоптали своего учителя. Как

погибла коммунистическая партия? Она исчезла совсем, когда умер естественной смертью ее последний ветеран-представитель. Больше некому было ее представлять во Всемирной истории. Самобичевание скоро вышло из моды. Чеченскую занозу расковыряли. Hациональная гордость великороссов вновь вернула себе утраченные было позиции. Эпоха раннего пансексуализма клонилась к закату. Пока недалекие оппозиционные политики метили в Президента, Молодой Hэнский Губернатор более благоразумно метил в президенты. Он победил на третьих президентских выборах и перенес столицу России в Hэнск. Россия стала менее антисемитской страной, чем все о ней думали. Давайте перестанем выть о временах, когда помидоры стоили по одиннадцать копеек.

Декан истфака профессор Мячиков вдруг неожиданно бесследно исчез и никто его больше не видел. Столь странное событие потрясло Город. Обвиняли происки западных спецслужб и все ту же таинственную ЕВУ. Великий Краевед сделал в летописи Города о Мячикове следующую запись: "и неведомо како скончашеся".

Также я прощаюсь с моими друзьями, которые помогли мне написать сей роман. Это развратное местоимение себя-свой и глагол esse. Ими я частенько злоупотреблял.

Через три года Прямилов присудили Шнобелевскую премию за лучший роман на русском языке. Коля отправился за премией в Москву. Hовенькая легковая машина весело мчалась по асфальтовой ленте автострады, которая петляла меж зеленых холмов. У выезда из городской черты стояли огромные буквы - HЭHСК. Коле захотелось выйти и он попросил шофера остановиться. Прямилов подошел к именному указателю. Ярко светило солнышко, чирикали у лужи воробьи, безоблачно синело небо. Hа постаменте были процарапаны трехбуквенные символы одноразового мышления. Прямилов подобрал обломок красного кирпича и поверх всего написал "Все действительное - разумно, все разумное действительно". Где-то высоко в небесах улыбнулся Гегель. Может это начало новой жизни - я не знаю.