Ноябрь

***

Нет желания, его нет. Одна пустота за много лет.

Чушь и дилетантский бред.

Страх

и одиночество.

Золотой рассвет.

Что за дерьмо!

Тошнит от испражнений века

– поэзия современника, позера и поэта:

томление по детству;

первый запах отца;

ее грудь,

первая роса.

Звезды, глаза…

Поэзия?

Где? Мой друг в поэзии – отшельник и беспутный кретин…

Сестра! Сестра!

– вина скорее в кубок мой,

о как изъеден молью стиль и нрав мой! Боль,

декадентство,

отчаянный неудачника глас;

рассвета пьяный гимн,

скорее даже..,

хотя право..,

наследников вольной поэзии -

более чем,

более. Приторно все вокруг:

ублюдки, рои суетливых мух.

Под Питерским ноябрем,

неба оголенного дождем:

в кедах мокрых с липким носком,

отгородился

музыкой ваших страданий.

Страданий – да, да, страданий.

Отвернулся от всех.

Мне стыдно смотреть на вас

и даже в кафе,

даже здесь, меня тошнит

современники,

герои ноября

в джинсах

и мягким воняющим не вами,

великодушием ко всем.

Всем кроме вас,

– всем остальным,

не повезло родиться на свет.

«Посмотри на себя»,– говоришь ты.

А я вижу тебя:

отстраненный взгляд,

жирной рот,

коммуникатор,

JPS,

твой личный гороскоп!

Ты должен, не тебе должны,

– чем-то напоминает опять же ваши,

мои,

его стихи. Сижу в двух ударах от тебя,

проклятая тварь.

Небритый подбородок,

на столике с кофе,

Бодлер тоже ничтожная..! В кафе.

Смеешься в безразличное ухо,

смотришь по сторонам,

как на тебя смотрят.

На той стороне волны тоже цензоры.

Конец ознакомительного фрагмента.