Новый Вавилон
Шрифт:
Наконец он не выдержал и задал чернокожему вопрос, который назойливо крутился в голове:
— Простите, вы — вавилонец?
— Нет, — солидно ответил мужчина. Я приехал и работаю здесь, а жители Нового Вавилона никогда не появляются в Кадингире.
«Интересно, чем он заслужил право работать на вавилонцев?» — подумал Афанасий и спросил:
— А мы сможем их где-нибудь встретить?
— Не могу вам сказать, мистер. — Мужчина пожал плечами — он был немногословен. — Сам, ни разу не встречал. Они, если и посещают материк, то так, чтобы никто не
На небольшой аэродромной автостоянке их ждали самые дорогие модели всех континентов. У человека увлеченного тут могло случиться тихое помешательство. В России давно запретили ввозить иностранные автомобили, а старые, эпохи до Разделения, можно было увидеть лишь в музеях и частных коллекциях.
«Все настоящие патриоты должны пользоваться только товарами, произведенными в родной стране» — этот лозунг, произнесенный после Разделения, навсегда перекрыл дорогу всему заграничному.
Растерявшийся Афанасий до сегодняшнего дня видел подобные машины на нелегальных снимках, в Сети и казалось, они все подмигивают ему. Он заметил, что и другие пассажиры, летевшие с ними, выбирают себе машины, чтобы добраться до места проведения торжества.
— Какую берем?
— Если хочешь, я угадаю, что ты выберешь? Вот, пишу на корпускуле и отдаю в закрытом виде.
— Ты разбираешься в марках заграничных машин, интересно, откуда? Все равно, не отгадаешь, нарочно, другую выберу. — Афанасий внимательно смотрел на Веду, словно стараясь рассмотреть, написанное ею.
— Попробуй! — Девушка смешно передразнила его.
Восхищенный Афанасий снова обратился к рядам переливающихся на солнце красавиц. Задумчиво окинув их взглядом, он решительно направился к красной, приземистой машине с широкими, спортивными колесами.
— Эта, — сказал Афанасий, указав на значок в форме лошади на капоте, и нетерпеливо открыл корпускул.
В смеющихся глазах Веды, он увидел отражение похожего контура лошадки.
Афанасий быстро сориентировался по навигатору, молодые люди выехали с автостоянки, расположенной прямо на берегу океана, и стремительно понеслись в сторону саванны, видневшейся вдалеке. Мощный двигатель спортивного кабриолета охотно откликался на желание Афанасия пофорсить перед спутницей и мгновенно набирал скорость, вжимая пассажиров в глубокие сиденья.
Примерно через час появилась надпись на дорожном указателе: «Парк Нга», а на склоне холма возникли одноэтажные домики цвета глины, утопающие в зарослях.
Чернокожий администратор вышел навстречу новичкам, приветливо улыбаясь, сверился с картой приглашенных и выдал ключи вместе с планом — на большой площади парка насчитывалось несколько десятков отдельных домиков со своей территорией, кухней и бассейном. Напоследок он предупредил, что на шесть утра запланировано сафари.
Ранним утром их встретила, приветственно сигналя, молоденькая негритянка — егерь на открытом джипе, вооруженная тяжелым и длинным не по росту карабином.
Все для них было в новинку: запахи, звуки, дикие животные, подходившие к машине. Грациозные жирафы, стадо
— Смотри! Там, справа, сын президента с девушкой. Она, похоже, китаянка — Гибрид, вот это новость! Жирафа рассматривают и целуются.
— Ты сюда приехал разглядывать чужих подружек?
— А ты красивее, чем она!
Довольные и полные впечатлений, к полудню они вернулись готовиться к предстоящему вечером торжеству.
6. Филарет. Под Землей
У генерала Назария Вениаминовича Филарета в одном из подмосковных подземных автономных бункеров по защищенной линии проходил важный разговор с Борисом Левицким, бывшим российским миллионером. Вскоре после Разделения тот успешно выдал себя за британца во втором поколении и получил необходимые документы для эмиграции в Великобританию. Обычно он проживал в одном из своих домов в фешенебельном районе Лондона, но сейчас беседовал с Филаретом из Кадингира, где был в числе приглашенных на торжество к молодому князю Романову.
Генерал Филарет прошел суровую школу от простого «топтуна», следившего сначала за иностранцами в собственной стране, а потом и за своими соотечественниками за границей, до человека, возглавлявшего службу проведения тайных операций, подчиняющуюся лично президенту.
— Мы могли бы где-то встретиться, обсудить детали?
— Вы, господин генерал, наверное, забыли, что я давно живу в Британии, и почему-то не доверяете собственной секретной связи? Ведь она надежна, как броня танков. Правда, танки сегодня никому не нужны.
— Можно встретиться на Балтике, на борту вашей яхты, например. Впрочем, хорошо, если вы настаиваете на срочности, то я в ближайшее время получу разрешение от «Головы» на ваше участие в деле Априна по искусственной нефти.
«Головой» Филарет называл действующего президента.
— На решение этого вопроса уже выделены немалые средства — все напуганы последствиями появления искусственного заменителя нефти на мировом рынке. Мы сможем перевести часть суммы на счет, который вы укажете.
— Вам пришлют номер. Только не перепутайте, как в прошлый раз, — перечислите на счет в Английском банке, а не в Шотландии — она закрыта для англичан, уже пять лет и новой границей отделена от Англии! Сколько я должен, оттуда…
— Не надо, не здесь…
— Тогда, укажите по обычному каналу. Теперь — у меня вопрос. Вы обдумали?.. Я говорил с вами в прошлый раз… о том, что если вы становитесь новым «Головой» и…
— Я же просил вас аккуратнее выражать свои мысли!..
— Простите, генерал, но мы нашу позицию должны обсудить. Она важна для меня. Я уже говорил, что хочу вернуться в Россию только победителем. Собранные на сегодняшний день средства помогут быстрее решить вопросы вашего продвижения вверх, если возникнет противодействие. Вы меня понимаете?