Новые угрозы

Это был самый настоящий кошмар…

Ни одного свободного мгновения. Стоило покончить с одной тварью, как рядом оказывались еще несколько. Рычали, скалились, тянули ко мне когтистые лапы и перли вперед.

Я обездвиживал противников. Замедлял и ослаблял. Поджигал их и ломал кости. Пронзал монстров глефой, чей клинок полыхал зеленым магическим пламенем. И делать все это приходилось ежесекундно.

Впрочем, другим защитникам Прибрежного Полиса было не лучше. Отовсюду слышались крики, мат, мушкетные выстрелы и щелканье арбалетов.

Для каждого, кто сегодня вышел под многоглазый взор монстра-Луны, ночь превратилась в беспрерывную борьбу за выживание.

Определенно, если бы я не добился возможности использовать магию в полную силу, это Монстролуние забрало бы не десятки, а сотни или даже тысячи жизней. И никакое «вхождение в раж», которому способствовало незримое магическое поле Аве-Ллара, не спасло бы Прибрежный Полис от таких значительных потерь. Порталы открывались быстрее обычного, и выходящих из них тварей было куда больше. Вдобавок монстр-Луна вновь преподнес «сюрприз» в виде новых чудовищ: полуспрутов-полузмей десятиметровой длины, шестилапых ящеров, защищенных костяной броней, и безголовых, разлагающихся горбунов под три метра ростом — последние, падая замертво, взрывались.

Да, новое Монстролуние и впрямь было кошмаром, однако…

Однако лучше так, чем лежать и корчиться на мостовой из-за того, что мозг закипает от бушующей со всех сторон ярости тварей. К счастью, то, чего я боялся больше всего, не произошло. Монстр-Луна пробудился, на улицах Прибрежного Полиса зажглись алые круги порталов, выпускающие тварей, люди «вошли в раж»… Каждую секунду я ожидал, что меня «накроет» из-за чужеродной ярости и жажды убийства, но вот первые монстры появились, вот кинулись на людей и получили отпор, а я… Я оставался в здравом уме и доброй памяти, готовый сражаться.

«Неужели пронесло? — несколько раз задавался я вопросом, расправляясь с тощим, рукоглавом или какой другой тварью. — Выходит, все-таки «разовая акция»? Что же, тем лучше».

Осознание, что мне не грозит свихнуться, очень приободрило. В какой-то мере я даже ощутил себя будто бы заново родившимся, поскольку последние минуты до пробуждения монстра-Луны были очень страшными. Настолько, что мне до одури хотелось попросту провалиться под землю, лишь бы спастись от волны ненависти тварей. К счастью, ментальная стихия не разбушевалась, однако само Монстролуние стало жестче. И если бы не магия… Впрочем, об этом я уже говорил.

«Ничего, — сказал я себе, уворачиваясь от броска огромной двухголовой жабы. — И с таким количеством тварей справимся».

Противник взревел, разбрызгивая из зубастых пастей слизь. Затем вновь попер на меня, вытягивая короткие передние лапы с жуткими, загнутыми когтями. Взрывающийся сгусток пламени разнес одну из уродливых голов и серьезно повредил толстое склизкое тело. Захрипев, монстр повалился на мостовую, а я спешно переместился — иначе бы угодил под атаку рукоглава.

Использовал дезориентирующее заклинание. Затем с помощью телекинеза заставил серую тушу попятиться — прямо на обмазанные ядом шипы, защищавшие стену ближайшего здания. Вскоре металл пропорол тело монстра сразу в пяти местах. Выдохнув, я использовал глефу, чтобы разобраться с парой гремлинов и тощих. После

этого все же получил двухсекундную передышку и огляделся.

Да, сегодняшнее Монстролуние разительно отличалось от предыдущих. Как минимум тем, что улицы пестрели росчерками магической силы, которой я наполнил боеприпасы. Пули для мушкетов, арбалетные болты, пушечные ядра, яд в бочках… Все это светилось разными цветами — причем, когда снаряд устремлялся к цели, сияние усиливалось. Если бы не полчища монстров повсюду и не оружие в руках людей, то можно было бы подумать, что я попал на праздник. С фейерверками. Однако до праздника творящемуся в Прибрежном Полисе этой ночью было далеко, а каждый «фейерверк» обрывал жизнь одной из тварей — или, по крайней мере, наносил серьезный урон.

Что касается людей… Поначалу аве-лларцы относились к светящимся боеприпасам настороженно и даже с опаской, но вскоре, увидев, на что способны заряженные магией пули, болты и прочее, заметно приободрились. Ну а как иначе, когда одним метким выстрелом можно взорвать башку, скажем, пятиметровой махине с клешнями вместо рук?

Впрочем, и Фукс с остальными моими учениками потрудились на славу. Да, они пока не умеют вкладывать в боеприпасы полноценные заклинания, но даже простая магическая сила делала снаряды не в пример убойнее.

— Что, сука, нравится?! Н-на, жри еще!

Обернувшись на послышавшийся неподалеку хриплый голос, я увидел Джагра. Вооруженный моргенштерном, парень расправлялся с обездвиженной акуло-улиткой. Каждый удар шипастого металлического шара на цепи, также заряженного магией, оставлял на теле твари очередную рану. Кровь и ошметки плоти летели во все стороны, а мой ученик явно наслаждался процессом.

«Каким бы трудным Джагр ни был, сражаться он умеет, — отметил я про себя. — И, судя по всему, любит. Что же, значит, есть шанс, что из него выйдет хороший боевой маг. Вопрос только в том, сколько времени на это потребуется».

Пока что я склонялся к тому, что достаточно, и всему виной были гордыня и расточительность Джагра. Даже сейчас, в разгар Монстролуния, парень тратил гораздо больше силы, чем требовалось. Казалось, он совершенно не боится остаться без запаса магии, то есть практически безоружным. Уже сейчас его Ореол едва светился, а значит очень скоро Джагр опять прорвется ко мне и потребует наполнить вторую ауру. И снова мне придется укрывать его и себя «Защитным Коконом», отыскивать подходящую подворотню, защищать ее «Отводом Глаз» и делиться с парнем силой.

С начала Монстролуния прошло уже часа два, и за это время я трижды напитывал Ореол Джагра. При этом Фаро и Лора истощили запас энергии в своих вторых аурах всего по разу. А Фуксу так и вовсе не требовалась помощь: он и сам спокойно дотягивался до ядра Аве-Ллара и вычерпывал из него силу. Эни и Даст в сражении не участвовали и ждали рассвета за стенами нашей школы.

Понимая, что скоро Джагр не сможет применять магию, я приблизился к парню. Попутно расправился с бронированной рыбиной, передвигавшейся на тонких ногах. Глефа вошла в защищенную костяными пластинами голову, почти не встретив сопротивления. К этому времени и противник Джагра повалился на мостовую.