Чтение онлайн

Строгая дама в костюме от «Дольче и Габбана» и с планшетом в руках, тяжело вздохнула и что-то черкнула в своем блокноте.

— Уже лучше, Беби, но ты все еще злоупотребляешь словами-паразитами «типа» и «конкретно». Если хочешь успешно сдать курс «Романтическая драма для начинающих», тебе придется отучиться разговаривать на подростковом жаргоне. Ты же понимаешь, что сама загоняешь себя в угол? Давай-ка попробуем еще разок, согласна?

На доске объявлений перед входом висело расписание факультативов. Здесь же я обнаружила листок, на котором все желающие могли записаться на курс модного психоделического литературного стиля «Съешь меня/Выпей меня»;

еще одно объявление приглашало на семинар по «потоку сознания», причем в нем были настолько подробно изложены суть и смысл курса, что не оставалось места для того, чтобы записаться.

Я почувствовала разлитую в воздухе креативность и поняла, что попала в нужное место. Здесь меня, несомненно, полюбят.

Первым делом мне нужно было зарегистрироваться в администрации, видневшейся в дальней части двора. Остальные ученики группками стекались к главному зданию школы, и я понеслась им навстречу через парковку, бешено размахивая руками и вопя:

— Я Бегги Мотт, посмотрите на меня!

Чутье подсказало мне, что они нарочно не обращают на меня внимания.

«Типичная история! — подумала я. — Я пробыла здесь всего тридцать секунд, а они уже не смогли разглядеть скрытые глубины моей личности. Что тут говорить, подростки такиенедогадливые!»

Кротко вздохнув, я вошла в канцелярию. За столом сидела чудовищно жирная старуха и заполняла какие-то бумаги. Мне была омерзительна ее безобразная старость, однако я мило улыбнулась, словно ничего не заметила, абсолютно уверенная в том, что эта слабоумная карга не заметит моего блестящего обмана.

— Здравствуйте, я Бегги Мотт, новая ученица, звезда книги «Бегги получает все, чего хочет».Вы, наверное, сходите с ума от желания со мной познакомиться? — скромно представилась я.

— Здравствуй, душечка. Конечно, мы все с нетерпением ждали тебя, ведь наш Глухомань Виладж такое тихое местечко, так что нам все равно нечем было заняться, кроме как сплетничать о том, какая ты из себя. Вот тебе карта школы, — деловито добавила жирная старуха, — потому что у нас тут очень просто заблудиться. На территории много кроличьих нор, так что постарайся обходить их стороной. А это твое расписание.

Я посмотрела на протянутые мне документы.

— Простите, но тут в расписании указаны только английский и физкультура по утрам. Разве в вашей школе нет других обязательных предметов?

Отвратительное лицо старухи сморщилось в гримасу возмущения.

— Я, конечно, не знаю, как было у вас заведено в шикарном старом Саннитауне, но у нас в Академии порядок простой. Каждое утро все ученики занимаются английским и физкультурой, а после обеда у нас предметы по выбору — «Изложение», «Погоня за духом времени» и тому подобные важные дисциплины.

Теперь настала моя очередь возмутиться.

— Но как же химия, французский или, на худой конец, география? Разве мы не должны получить всестороннее образование?

— Английский и физкультура, деточка. Точка. Все. Ты вообще представляешь, как трудно достоверно и убедительно написать о школе? Наша Степфи окончила школу сто лет тому назад, и давно все перезабыла, поэтому у нас самое удобное расписание на свете — два настоящих предмета и несколько вымышленных. Здорово? Очень экономит творческое время и силы. И потом, кому нужен этот французский? Сама посуди, каковы шансы встретить француза в Глухомань Виладж?

— Возможно, вы правы, но все-таки это не слишком достоверно. Это, разумеется, мое личное

мнение, и я не спешу его навязывать.

— И правильно делаешь. А теперь закрой рот и беги отсюда. Опоздаешь на встречу с директором.

После этого меня грубо выставили за дверь.

Я изучила выданную мне карту. Если верить ей, офис директора располагался с другой стороны главного здания. К моему удивлению, это оказался прелестный маленький домик, стены которого были оплетены вьющейся жимолостью, а в саду росли розы. Не успела я подойти к двери, как на пороге появилась директор. Она выпроваживала за дверь пузатого желтого медвежонка в красной футболке.

— Неужели снова незачет? — обиженно пропыхтел медвежонок и, не прибавив больше ни слова, промчался мимо меня.

— Он старается, — вздохнула директор, — но у него не слишком много мозгов. — Она перекинула через плечо одну из своих толстых рыжих кос и приветливо улыбнулась мне: — Меня зовут мисс Ширли, а ты, должно быть, Бегги Мотт? Добро пожаловать в Глухоманскую Академию. Как у тебя дела?

— У меня слишком маленькаякомната, мой отец хочет, чтобы я ездила в школу на автобусе,все придурки в городе разглядываютменя, а когда я пришла сюда, все сделали вид, будто мы незнакомы, хотя я уверена,что они отлично меня узнали, старая карга в канцелярии мне нахамила, и вы себе не представляете, какая мука быть обыкновенной заурядностью, когда чувствуешь в себе силы так много дать этому миру! — Я перевела дыхание. — Кроме этого…

Мисс Ширли, нахмурившись, посмотрела в мой формуляр.

— Мне кажется, тут какая-то ошибка. Тут написано, что тебе семнадцать.

— Ну да, а что?

— Видишь ли, — сообщила она, — на этой неделе у нас будет самая обычная программа, так что мы с легкостью удовлетворим все твои интеллектуальные запросы, однако я думаю, ты должна немедленно приступить к изучению курса «Эмоциональный рост для начинающих». Не сомневаюсь, что с его помощью ты выйдешь из пубертатного кризиса раньше, чем успеешь произнести «Зеленые мезонины». [5] А теперь, прошу меня извинить, у меня новый ученик.

Когда я повернулась, чтобы уйти, по садовой дорожке к дому директора стремительно промчался тощий белый кролик. Я услышала, как мисс Ширли бранит запыхавшегося от бега ученика:

— Мне абсолютно неинтересно, что ты получил эпизодическую роль в научно-фантастическом фильме о природе реальности и больших пушках, это все равно не дает тебе права опаздывать…

Судя по всему, мисс Ширли была очень строгая, и хотя я так и не поняла, что она имела в виду под словами «пубертатный кризис», чувствовалось, что директриса свое дело знает. Уверена, что через год я буду готова стать героиней своей первой взрослой книги или, хотя бы, какой-нибудь истории, находящейся на пересечении различных целевых аудиторий.