Чтение онлайн

Бедняга Дэн, подумал я. Обычно он не такой. Ему, должно быть, совсем несладко.

С каникулами все вроде получалось превосходно. Даже поездка была веселая – всю дорогу машина кипела необъяснимой истерикой. Дэн был великолепен – с Барри и Луизой он был знаком едва-едва, но мгновенно расслабился, и мы прохохотали всю дорогу. Барри пребывал в крайне загадочном настроении. Каждый раз, когда мы видели за окном что-нибудь смутно необычное, он тут же это комментировал

или просто издавал какой-то дурацкий звук, Дэн и Луиза корчились в коликах, а потом скрючивало и меня. Несколько раз я спросил, не напились ли они, и это, кажется, их рассмешило еще больше.

Мы остановились в Кендале возле супермаркета и купили еды на несколько дней. Когда мы разыскали коттедж, было уже поздно, так что мы свалили сумки в гостиной и устремились ужинать. Мы с Барри мыли и резали, Дэн с Луизой готовили. Царила та же чудная атмосфера. Почему-то всем нам было смешно. Мы безостановочно хохотали над странными вещами. Не знаю, кто начал, но заразились все.

Когда еда была готова, мы переместились из кухни к камину в гостиной и ели, держа тарелки на коленях. Когда всё дожевали, атмосфера стала еще страннее – но уже не такой приятной. Мы уже столько не смеялись, и я заметил, что они как-то загадочно переглядываются. Так, будто... не знаю... будто центром всего был Дэн, а не я.

Мне вдруг стало неуютно, и я уже хотел высказаться, когда заговорил Дэн.

– Марк, – сказал он, – ты ничего странного не заметил?

– Да. На самом деле, заметил, – ответил я. Последовала долгая пауза. Потом Дэн заговорил снова:

– Мы хотим тебе кое-что сказать.

– Что значит “мы”? – Сердце у меня забилось быстрее. Я чувствовал, как надвигается что-то ужасное.

Дэн обхватил лицо ладонями.

– Черт, я хотел по-человечески. Мне казалось, я уже проговорился.

– Что? О чем проговорился? – Теперь я говорил громко.

Я глянул на Барри, сидевшего с Луизой на диване. Он был пугающе серьезен. Она пыталась притвориться серьезной, но едва заметно ухмылялась.

– О чем проговорился? – спросил я. – Может, мне кто-нибудь скажет, о чем речь?

– Слушай, – сказал Дэн. – Эти каникулы – не просто совпадение. Мы это планировали, чтобы тебя увезти и сообщить одну важную вещь.

Я вспотел.

– Какую? Какую вещь? И что означает это “мы”?Еще одна пауза. Никто не мог произнести ни слова.

Тут Луиза подскочила в раздражении.

– Черт побери, Марк! Ты что, догадаться не можешь? Господи, тебе обязательно нужно, чтобы они сказали? Просто подумай,хоть раз в жизни. Посмотри на этих двоих. Они похожи на людей, которые еле знакомы?

– Нет, не похожи. – Сердце у меня неприятно колотилось. – Что происходит?

– Марк, – сказал Дэн, – нам нужно было сюда приехать, потому что мы решили, что так будет легче всего тебе сказать. Мы с Барри... в общем, мы любим друг друга.

Я застыл. Время замерло.

– О господи! Выдвое.

– Прости, – сказал Барри. – Надо было

сказать раньше.

– Раньше? Вашу мать! И давно вы?.. Все трое поглядели на меня.

– Дэн – ты не... И Барри... Черт. Вы оба.Я не верю. – Я посмотрел на Луизу, надеясь, что она подтвердит: да, произошло нечто невообразимое, но она только улыбалась, глядя на меня так, будто хотела сказать: “Болван ты долбаный”.

– Болван ты долбаный, – сказала Луиза. – Как ты мог не заметить?

– Заметить – что? Ну, то есть, я теперь заметил, но как я мог заметить?.. То есть, что было?.. Как?.. Вы... вы были... вы?..

– Голубые? – подсказал Дэн.

– Да?– спросил я.

Они переглянулись, а потом взялись за руки. В желудке у меня что-то странно зашевелилось.

– Так вы двое... вы – двое...

– Боюсь, что так, – сказал Барри. – Еще с Рождества.

– Что? На той вечеринке? Черт! Я не верю.

– Все началось в шестидесятых, когда Барри даже еще не родился, – сказал Дэн.

– Правда, просто поцелуй. А сексом мы впервые занимались в окопах Первой мировой, – сказал Барри.

– Господи! Господи боже! Дэн – ты же мой брат? Как получилось, что я ничего не знал? То есть – и давно ты?.. Ну...

– Можешь сказать, это не больно.

– Гей. Ты давно гей?

– С рождения, дорогой мой.

– Но когда ты?..

– Я раскрылся только год назад в Кембридже. Правда, Барри – мой первый настоящий любовник.

– Господи! Невероятно! А Барри... ты... Барри... какого?.. То есть – ты кто? Что происходит? Ты?.. Ты?..

– Кто?

– Бисексуал – ты бисексуал?

– Не знаю. Думаю, на самом деле я вот такой. – Он коснулся Дэновой ноги. – В школе слишком давят, – наверное, я потому и был немного слишком восторженный. Вообще-то женщины мне не особо нравятся.

– Это фаза, которую он прошел, – сказал Дэн.

– Ха-блядь-ха. Очень остроумно, – сказал я. – Что ж это вы такие самодовольные? По-моему, вы надо мной издеваетесь.

Дэн внимательно посмотрел на меня. Я посмотрел на него. Вся троица сидела напротив меня: Луиза с Барри на диване, Дэн устроился на подлокотнике, положив руку Барри на плечи. Я внезапно почувствовал себя будто на каком-нибудь собеседовании при устройстве на работу или вроде того. Будто они все были членами какого-то клуба, а я умолял меня принять. Мое смущение мгновенно испарилось, и я просто разозлился.

Я мрачно посмотрел на Барри.

– Это отвратительно, – сказал я. – Вы оба отвратительны.

Повисло долгое напряженное молчание.

– Думаю, тебе стоит взять эти слова назад, – сказал Дэн. – Это очень обидно.

Я тяжело дышал. И не мог заставить себя моргать помедленнее.

– Что значит – взять слова назад? Вы же знаете, что я говорю правду.

– Какую? – спросил Дэн. Я видел, что он тоже начинает злиться.

– Это отвратительно. Это неестественно. Ты украл у меня лучшего друга, превратил его в голубого урода, а теперь вы тут сидите и самодовольно хихикаете, какие вы умные и оригинальные.