Новатор
Шрифт:
Давно позабытое чувство гордости проснулось во мне. Да, может быть незаслуженно, ведь победой над Цацей я был полностью обязан Георгию и его самострелам. Но мне на это было начхать и для меня это была первая перемена за 6 лет учёбы, когда я чувствовал себя хозяином класса. Нет, меня не боялись, поскольку как можно бояться человека, который за все эти годы никому не сделал ничего плохого, но меня буквально почитали, как ученика, избавившего всех от ига Цацкина, ведь тот действительно стал таким тихим, каким я даже не припоминаю его в первом классе… впрочем, надолго ли?
По взглядам, которые бросали ребята на меня и на
— Этим надо пользоваться! — Мелькнула у меня мысль на второй перемене и пока не улетучилась решимость, я отправился к Таньке Семёновой.
Я нашёл Таню в конце коридора. Активно жестикулируя, она что-то рассказывала двум подружкам и я невольно залюбовался ею — золотистые волосы, небрежные жесты, которыми она откидывала назад чёлку, весёлый, озорной и искренний смех, голубые глаза, красивое платье, обтягивающее маленькую, но такую симпатичную грудь.
Нет, не время предаваться мечтам, я сбросил наваждение и решительно подошел к ней.
— Таня, можно с тобой поговорить?
Говорить при подругах я всё-таки не решился.
Таня кивнула мне и отошла от подружек, которые стали тут же хихикать и шептаться между собой. Когда мы отошли на несколько метров, я выпалил:
— Приходи ко мне на день рождения в воскресенье.
Татьяна замялась, а я стоял и считал удары своего сердца.
— А кто-нибудь ещё из нашего класса будет? — неожиданно спросила она.
Тут уж замялся я. Честно говоря, когда я подходил, то я совершенно не собирался справлять день рождения. Татьяну я собирался пригласить в кино, а идея с днём рождения пришла ко мне совершенно спонтанно уже когда я уже отозвал её в сторонку и теперь я совершенно не знал, нужно ли пригласить ещё кого-нибудь из класса, поскольку никогда дней рождений для одноклассников не устраивал.
— Цветков будет, — решился я в конце концов.
— Хорошо, приду, — ответила Таня и я просто расцвёл.
— Замечательно, я вечером перезвоню и скажу во сколько приходить.
Обрадованный что всё так легко получилось, я чуть было не столкнулся с таким же сияющим Жорой.
— Ты-то чему так рад? — удивился я.
— Вчера показал отцу то, что мы с тобой испытывали, так он меня даже похвалил, представляешь?
— Ну вообще-то не представляю. На мой взгляд, изобретение антигравитации тянет как минимум на Нобелевскую премию, а не только на похвалу от отца.
— Тсс, — испуганно огляделся Жора. — Не говори об этом громко. Понимаешь, он вообще похвалил меня в первый раз в жизни, до этого он довольно скептически относился ко всем моим наработкам, называя их игрушками. А насчёт этого устройства отец сказал чтобы я хранил его в секрете до поры до времени и не рассказывал об этом даже маме. Люди, по его словам пока не готовы к изобретениям такого рода.
— Как не готовы? — возмутился я. — Ты представь, какие это открывает возможности для развития экологически-чистого транспорта!
— Во-во, — усмехнулся Георгий, — так я и сказал отцу. А он взял бумажку и в два счёта написал пару формул, из которых получилось, что генератор поля можно использовать как оружие. Как очень мощное оружие. Ты даже не можешь представить мощность этого оружия.
— Ну конечно, куда нам, — сказал я обиженно, но Жора, похоже, не
— Например, генератора поля и обычного автомобильного аккумулятора вполне хватит для того, чтобы разрушить наш город до основания. А за счёт энергии всего одной электростанции можно передвинуть нашу планету прямо в серединку Солнца.
Я открыл рот и не смог закрыть его обратно.
— Мне даже показалось, что отец и раньше знал о принципиальной возможности создания таки полей, — добавил Жора. — И, возможно даже готовился к подобному разговору со мной — уж очень он быстро всё разложил по полочкам. Тем не менее, его советы не из тех, которые можно с ходу отвергнуть и я склонен поступить так, как он мне рекомендовал.
— Ну а что конкретно-то он тебе рекомендовал? — поинтересовался я.
— Он посоветовал никому не говорить про эту разработку, пока я сам не буду в состоянии строить аппараты, в которых она будет задействована.
— Хм, звучит логично, но зачем ты мне-то это тогда говоришь?
— Так ты всё равно уже всё знаешь, не буду же я стоять и тупить, что всё что было вчера тебе приснилось.
— И потом… ты мне нравишься, мне кажется, что ты не из тех, кто может предать, — сделал он неожиданное заявление.
— Ладно, бог с ними, с изобретениями, — сказал я, — хочу пригласить тебя на день рождения в воскресенье.
— Круто, — обрадовался Георгий. — Дни рожденья я люблю.
К моему глубокому удивлению, родители обрадовались, когда я сказал, что ко мне послезавтра на день рождения придут двое одноклассников. Особенно их умилило, что придёт девочка Таня. Знал бы, что они так обрадуются, так каждый год приглашал бы полкласса — мне не сложно. Родители предложили собраться в час дня, на что от меня возражений не последовало… в час, так в час.
Воскресным утром меня отправили за тортом, наказав купить самый свежий и самый вкусный, а мама стала суетиться на кухне, готовя свои коронные блюда — салат Цезарь и запечённую курицу.
Сладким я особенно не увлекался, поэтому взял у заспанной продавщицы первый попавшийся творожный торт, решив, что такой Таньке должен понравиться.
Я радостно предвкушал встречу с ней — ведь это было то самое первое свидание, пусть дома под надзором родителей, пусть вместе с Цветковым, но всё-таки свидание. В то же время, я боялся, совершенно не представляя что говорить, не имея никакого опыта внеклассного общения с девушками.
Петь и играть на гитаре я не умею, рассказчик из меня никудышный — я всегда завидовал своему кузену — тот лишь открывал рот, вокруг все сразу замолкали и с интересом слушали о его забавных, а зачастую и опасных приключениях. Со мной же, почему-то никогда не случалось ничего интересного, и как я не силился вспомнить хотя бы одну историю со своим участием, на ум мне ничего не приходило.
Может порассказывать анекдоты?
Нет, провальный вариант. Даже очень смешные анекдоты я забывал уже через минуту — если я захочу рассказать свежие анекдоты, то мне придётся взять распечатку с интернета и просто её читать. Обычно, когда я пытался рассказывать анекдоты, то не мог вспомнить концовку, а если даже случалось чудо и я помнил его целиком, то никто не смеялся, лишь криво улыбались. Наверное у хороших рассказчиков какая-то особая аура. Взять того же моего кузена — когда он рассказывает даже самый бородатый анекдот, то все вокруг просто ухахатываются.