Чтение онлайн

Почти всю работу делал ветер. Управляющие лодкой должны были лишь прилагать достаточное усилие, чтобы удерживать ее в воздухе. Ветер нес их как белое перышко.

Мэрин не мог забыть разносчика инфекции. Куда мог исчезнуть Экс? Дематериализация? Невозможно! Но это было.

Экс в стене. Прошел и… – никакого отверстия.

– Прекрати думать, – сказала Майра. – Доктор велел тебе не думать сегодня ни о чем, кроме меня.

Мэрин знал, что у него не было ни утечки мыслей, ни каких-либо изменений в выражении лица. Просто

Майра очень чувствительна к его настроению. Ему не надо было делать какую-нибудь веселую гримасу, чтобы показать, что он счастлив, или плакать, чтобы продемонстрировать грусть.

Мэрин остановил легкую лодку среди облаков и, сориентировавшись по ветру, спустил парус. Они устроили пикник на носу. Мэрин осуществил большую часть левитации, хотя Майра тоже пыталась… деликатно.

Так она пыталась уже семь лет после частичного заражения от носителя инфекции. Хотя пси-возможности никогда не покидали ее полностью, они были судорожными.

Еще одна причина для охоты на Экса.

Сандвичи Майры были очень похожи на нее: маленькие и красивые. И вкусные, подумал Мэрин, телепатируя мысль.

– Зверь, – громко сказала Майра вслух.

Солнце изливало на них тепло своих лучей. Мэрин ощущал удивительную негу. Они вдвоем были распростерты на палубе. Поддержку Мэрин осуществлял чисто рефлекторно. Он отдыхал, как ему не приходилось отдыхать много недель.

– МЭРИН!

Мэрин насторожился, пробужденный от своего полусна телепатированным голосом.

– Пойми, мне ужасно жаль, парень. – Это был Крэндол, надоедающий и извиняющийся. – Я ненавижу портить тебе отдых, но у него есть след. Чертовски занятный след. Очевидно, наш носитель инфекции не нравится кому-то еще. Мне сообщили, где он будет в четыре часа.

– Я иду, – сказал Мэрин, – мы не можем позволить себе пропустить хоть что-то. – Он разорвал контакт и обернулся к жене. – Пожалуйста, извини меня, дорогая.

Она улыбнулась. В ее глазах ясно читалось понимание. Майра не попала в узкий луч послания Крэндола, но сумела разобраться, что к чему.

– Ты сможешь опустить все это? – спросил Мэрин.

– Конечно. Счастливой охоты.

Мэрин поцеловал ее и выпрыгнул из лодки. Несколько секунд он следил, удается ли ей удерживать лодку под контролем. Потом телепатировал в службу проката:

– Моя жена все вам вернет, присматривайте за ней.

Мэрин резко бросился вниз. Он был настолько занят расчетами темпов разрастания болезни, что едва успел вовремя увидеть кинжал.

Клинок пронесся мимо, потом развернулся в двадцати футах и опять атаковал. Мэрин попытался достать его мысленно, но телекинетически управляемый клинок вырвался. Все же он чуть-чуть отклонил его, зацепив, и наконец взял в руки. Тут же Мэрин попытался обнаружить владельца, но тот исчез без следа.

Но не совсем. Мэрину удалось ухватить самый кончик идентификационной волны нападавшего, хуже всего поддающейся контролю.

Он задумался над ней, пытаясь воссоздать образ. И он его получил.

Экс!

Экс! Калека! Слепой Экс, заразный, исчезнувший в стене. Он же, очевидно, смог трусливо направить кинжал.

Или кто-то сделал это вместо него.

Угрюмо, с возрастающей уверенностью, что дело усложняется, Мэрин левитировал в отдел пси-здоровья.

Эдвард Экс неподвижно лежал в полутемной комнате на изорванном коричневом одеяле. Его глаза были прикрыты. Мускулы ног дрожали. Он старался расслабить их.

«Расслабление – один из ключей к пси-энергии. Полное расслабление возвращает уверенность в себе: страхи исчезают, напряжение испаряется. Расслабление – насущная необходимость для пси».

Произнося этот внутренний монолог, Экс глубоко дышал.

Не думать о болезни. Болезни нет, есть только отдых и расслабление.

Мышцы на ногах стали вялыми. Экс сконцентрировался на своем сердце, приказав ему работать спокойно. Послал приказ легким дышать глубоко и медленно.

Дядя Джон? Он не слышал о нем уже почти два дня. Он не должен о нем думать хотя бы сейчас. Необъяснимый феномен дяди Джона разрешится со временем.

А что с бледной, голодной, привлекательной девушкой? И о ней не думать.

Мысли обо всем неулаженном выталкивались прочь по мере того, как давление углублялось.

Следующее – глаза. Расслабить мышцы глаз тяжело. После образы танцевали на сетчатке. Солнечный свет. Темнота, здание, исчезновение.

Нет. Не думать.

«Мои глаза так тяжелы, – говорил он себе, – мои глаза сделаны из свинца. Желание спуститься, спуститься…»

И глазные мышцы расслабились. Мысли стали холодными, но под самой поверхностью было безумное столпотворение образов и впечатлений.

Калека, затемненная улица. Призрак, которого нет. Голодная племянница. В чем ее голод? Суматоха впечатлений и чувств, вспышка красного и пурпурного цвета, воспоминания о занятиях в Университете Микровски, телеборьба в Палладиуме, свидание у Кайтопа.

«Расслабление – первый шаг к восстановлению».

Экс вызвал голубизну. Все мысли провалились в огромную голубую пропасть.

Медленно он достигал желаемого холода в мозгу. В него начала просачиваться глубочайшая умиротворенность. Медленно, утешающе…

– ЭДВАРД ЭКС!

– Да?

Экс открыл глаза, расслабление оказалось поверхностным. Он осмотрелся и обнаружил, что это был дядин голос.

– Возьмите это.

В комнату влетела маленькая сфера и остановилась перед Эксом. Казалось, она сделана из блестящего твердого пластика.

– Что это? – спросил Экс.

– Вы положите эту сферу внутри нужного мне здания, – сказал голос дяди Джона, игнорируя вопрос. – Оставьте ее за дверью, на столе, в пепельнице – где угодно. Потом возвращайтесь прямо сюда.