Чтение онлайн

— У них нет воображения, сэр. Они что видят, то и рисуют.

— Светящиеся глаза…

— Две красные точки, — добросовестно поправил Задранец, — которые вполне могут быть парой светящихся глаз, сэр.

— Хорошо подмечено, Задранец. — Ваймс потер подбородок. — Черт! Надеюсь, это не была месть какого-нибудь бога. Только богов мне сейчас не хватало. Можешь сделать копии, чтобы я разослал по всем штаб-квартирам?

— Так точно, сэр. У бесов прекрасная память.

— Тогда за дело.

Но еще до того, как Задранец

ушел, дверь снова открылась. Это были Моркоу и Ангва.

— Моркоу? Я думал, у тебя выходной.

— Мы нашли труп, сэр! В Музее гномьего хлеба. Но, когда мы вернулись в штаб-квартиру, нам сказали, что лорд Витинари умер!

«Так и сказали? — подумал Ваймс. — Вот тебе и слухи. Хотя, если бы можно было скрестить их с правдой, они могли бы быть так полезны…»

— Для трупа патриций слишком часто дышит, — сказал он. — Я думаю, все будет нормально. Кто-то не уследил, и во дворец проник убийца, но покушение не удалось. Патриция уже осмотрел лекарь. Поводов для беспокойства нет.

«Кто-то не уследил… — подумал он. — Ага. А кто должен был следить? Сэмюель Ваймс».

— Не сомневаюсь, сэр. Вряд ли к патрицию пригласили какого-нибудь коновала, — кивнул Моркоу.

— О, не какого-нибудь, а лучшего из лучших, — откликнулся Ваймс.

«Я должен был следить за ним, и я не смог его защитить».

— Если с патрицием что-то случится, для города это будет серьезным ударом! — продолжал Моркоу.

Ваймс внимательно поглядел на Моркоу. В глазах капитана не было ничего, кроме заботливого участия.

— Разумеется, — согласился он. — Но, так или иначе, теперь все под контролем. Однако ты сказал, случилось еще одно убийство?

— В Музее гномьего хлеба. Кто-то убил господина Хопкинсона. И очень коварно, сэр. Одним из экспонатов!

— Что, закормил насмерть гномьим хлебом?

— Господина Хопкинсона ударили по голове, сэр, — с легким упреком в голосе ответил Моркоу. — Боевым Хлебом Б'хриана, сэр.

— Господин Хопкинсон — это такой старик с белой бородкой?

— Так точно, сэр. Если помните, я вас представил друг другу на выставке бисквитов-бумерангов.

Ангве показалось, что при этих словах командор Ваймс виновато поморщился.

— Ну кому могли помешать эти несчастные старики? — спросил он, обращаясь к миру в целом.

— Не знаю, сэр. Констебль Ангва обследовала все и ТАК, и ЭТАК. — Моркоу многозначительно подвигал бровями. — Но никаких следов не обнаружила. И ничего не украли. Убийство было совершенно вот этим оружием.

Боевой Хлеб был гораздо крупнее обычной буханки. Ваймс осторожно повертел его в руках.

— Гномы метают этот хлеб как диски, если не ошибаюсь?

— Да, сэр. На играх Семи гор в прошлом году Снори Щитокол с пятидесяти ярдов сбил макушки у шести вареных яиц. Стандартной охотничьей буханкой! А этот хлеб является исторической ценностью. Секрет его выпечки безвозвратно утерян. Он уникален.

— Стало

быть, это очень ценный экспонат?

— Очень и очень, сэр.

— Его стоило украсть?

— Да, но продать этот хлеб будет невозможно! Любой гном его сразу узнает!

— Гм. Кстати, вы уже слышали, что сегодня на мосту Призрения был убит некий старый священник?

— Священник с моста Призрения?! — потрясенно воскликнул Моркоу. — Неужели отец Трубчек? Не может быть!

«А ты-то откуда его знаешь?» — чуть не спросил Ваймс, но вовремя прикусил язык. Дело в том, что Моркоу знал ВСЕХ. Даже в самых диких джунглях Моркоу наверняка будет как дома: «Привет, господин Бегущий-Быстро-Сквозь-Деревья! Доброе утро, господин Говорящий-С-Лесом, какая замечательная трубка! И кстати, очень красивое перо. А ходить оно не мешает?»

— У него были враги? То есть больше одного? — вместо этого спросил Ваймс.

— Не понял, сэр. Почему больше одного?

— Ну, по крайней мере один враг у него точно был. Это очевидно.

— Отец Трубчек… был неплохим человеком, — сказал Моркоу. — Очень редко выходил из дома. Все свое время проводил с книгами. Очень религиозен… был. Причем он увлекался всеми видами религий. Изучал их. Он был несколько странноват, но абсолютно безвреден. Кому же пришло в голову убить его? Или господина Хопкинсона? Двух безобидных стариков?…

Ваймс вернул ему Боевой Хлеб Б'хриана.

— Вот это мы и должны выяснить. Констебль Ангва, я хочу, чтобы ты навестила жилище покойного отца Трубчека. Капрал Задранец тебя проводит, — он кивнул в сторону гнома. — Он уже кое-что обнаружил. Кстати, Задранец, Ангва тоже из Убервальда. Может, вы найдете общих друзей или что-нибудь типа того.

Моркоу радостно кивнул. Лицо Ангвы окаменело.

— А, х'друк г'хар д’Стража, З'др'нец! — воскликнул Моркоу. — Х'х Ангва тКонстебль… Ангва г'хар, б'хк баргр'а З'др'нец Кад'к… [10]

Ангва собралась с мыслями.

— Грр'дукк д'буз-х'драк… — изрекла она.

Моркоу рассмеялся.

— Нет-нет! Неправильно! Это означает: «Какой замечательный инструмент женского пола для добычи руды!»

Шельма изумленно уставился на Ангву.

— Ну, язык гномов тяжело поддается изучению, — пробормотала она, глядя Шельме прямо в глаза. — Если, конечно, не жевать всю жизнь гравий…

Шельма еще пару мгновений таращился на Ангву.

— Э… спасибо, — наконец выдавил он. — Э… Я лучше пойду, подожду вас у себя…