Ночной путь
Шрифт:
Эти необыкновенно яркие сны, похожие скорее на кошмары, начали преследовать ее в последнее время непонятно почему. И сколько она ни кружила вокруг людей, надевших на лица маски, ей никак не удавалось оторваться от них. Тогда она спросила у Сокола, какой дорогой ей ехать, на что он предложил: не хочет ли она поехать вместе с ним?
Проснувшись, Ланна отчаянно пыталась отделить сновидение от действительности. Яркие краски ночного кошмара все еще оставляли отпечаток на всем, и Ланна никак не могла понять, что же с ней такое творится. Никогда она еще не переживала
Ее не обрадовал и приезд Чэда. Апатия не покидала девушку. Его обаятельная улыбка больше не кружила ей голову. А комплименты Чэда казались пустыми, как прошлогодняя ореховая скорлупа, в котором ядрышко сгнило от времени. Чэд стал еще более внимательным и заботливым, чем прежде, но это почему-то вызывало у Ланны непонятное внутреннее смущение. Она надеялась, что ее настроение улучшится, когда вернется Сокол, но и этого не произошло. Он здесь, на ранчо, а тоска продолжала снедать сердце.
– Том сказал, что решил с завтрашнего дня начать перегон скота с летних пастбищ, – проговорил Чэд, покачивая бокал с мартини. – В субботу стадо уже должно быть в пути.
– В этом году он слишком задержал их, идет уже последняя неделя октября, – с легким осуждением пробормотала Кэтрин.
– Погода была очень теплой, – напомнил Чэд и улыбнулся. – Но вообще-то я хотел сказать иное. Когда Том упомянул, что пора начинать перегон, я сразу же подумал о том, что это прекрасная возможность показать Ланне жизнь на ранчо во всей ее полноте. Две недели походной жизни, на воздухе взбодрят ее. Она развеется и придет в себя. Что вы думаете по этому поводу, Ланна? – обратился к ней Чэд. – Вы не против проехаться с погонщиками пару деньков? Мы будем спать под звездами, если, конечно, не пойдет дождь.
Предложение Чэда не вызвало у Ланны особого энтузиазма. Прежде она, конечно, сразу бы обрадовалась и воодушевилась. Что с ней такое творится? Она еще колебалась, не отказаться ли от предложения, как вдруг вмешалась Кэрол:
– Какая чудесная идея, Чэд. Это так интересно, правда, Ланна? – затараторила она. – Последний раз мне доводилось побывать на перегоне, когда я еще училась в школе, меня брал с собой отец. У меня остались самые волшебные воспоминания от этой поездки. Я думаю, что вы в восторге от его предложения?
При виде оживленного лица Кэрол Ланна не нашла в себе ни силы, ни нужных слов, чтобы отказаться. Может быть, оно и к лучшему, и она сможет стряхнуть с себя навалившееся на нее оцепенение и полное нежелание что-либо делать.
– Конечно, – отозвалась она, равнодушно пожав плечами.
– Вот и хорошо, – Кэрол встала со стула и взяла Ланну за руку, как берут школьниц. – Давайте посмотрим, что вам взять с собой в дорогу из одежды. Надо будет прихватить побольше теплых вещей. На открытом месте всегда холодно по ночам. У вас есть пуховая куртка? Если нет, возьмите одну из моих. Хотя она может оказаться вам немного узковата в плечах.
Предложение Чэда внезапно превратилось в решение. И все начали обговаривать подробности поездки и что необходимо взять с собой в дорогу, вовлекая
Поэтому утром она проснулась более бодрой, чем в предыдущие дни, так что желание поехать с погонщиками окрепло и даже обрадовало ее. Но к середине дня ее оживление снова угасло. Ланна была уверена, что Кэрол заговорит ее до смерти, пытаясь выяснить, отчего она не в восторге от предложения Чэда. Что на это ответить? Сказать, что на самом деле она рада, потому что непременно увидится с Соколом. Конечно же, нет, она скажет, что еще не отошла от гриппа и слабость – следствие болезни.
После ужина Ланна направилась было следом за Кэтрин в гостиную. Кэрол и Чэд шли следом за ними, смеясь над теми приключениями, которые они пережили, когда впервые ездили на перегон скота. Ланне показалось, что эта поездка поможет супругам сблизиться, преодолеть отчуждение.
– Да, чуть не забыл, – щелкнул пальцами Чэд. – У меня есть несколько бумаг, которые вы, Ланна, должны подписать. Они у меня в портфеле, в кабинете. Сейчас я принесу их сюда. – И отделившись от всех, он пошел к дверям.
– Ступай вместе с ним, – предложила Кэтрин. И не дожидаясь ее ответа, окликнула сына. – Зачем тебе носить их сюда? Ланна подпишет их у тебя в кабинете.
В ту минуту, когда Ланна вошла в кабинет, она почувствовала себя марионеткой в руках Чэда. Однако она поняла, что за веревочки дергала Кэтрин, а вовсе не Чэд. При чем тут он? И после легкой вспышки ее интерес к происходящему снова угас.
Вынув пачку бумаг из портфеля, Чэд раскрыл их на той странице, где нужно было поставить подпись.
– Всего два раза подписаться, и все.
– А что это такое? – она чувствовала, что совершенно не понимает, о чем идет речь, и не может вникнуть в сухой юридический язык.
– Что-то вроде доверенности, по которой вы отдаете мне право голоса при решении вопросов, связанных с ведением ваших дел так, как мне представляется это нужным, – объяснил он. – Случается, что необходимо принять какое-то решение незамедлительно. Дело, может, не стоит выеденного яйца. И ваше присутствие не столь уж необходимо. Таким образом вы избавите себя от массы скучных и нудных дел.
Ланна заколебалась:
– Но мне надо хотя бы ознакомиться с документом.
– Вы еще больше запутаетесь, – он, улыбаясь, протянул ей ручку. – Это всего лишь ничего не значащая доверенность.
– Если она так проста, как вы уверяете, то почему в ней так много страниц? – спросила Ланна. – Давайте вернемся к этому вопросу попозже, Чэд.
– Да, Господи, Ланна, стоит ли десять раз возвращаться к таким пустякам? – В коротком смешке Чэда скользнул легкий оттенок неудовольствия. – Я же вам все объяснил.